Страница 25 из 40
Её фея, Искра, вспыхнула ярче и засыпала мантию искрами. — Рассказывай! — Мы просто пили кофе, — ответила я, садясь в кресло и сбрасывая туфли. — Просто кофе? Ты и Элдрик? В городе? В кафе? — Да. И гуляли. — Гуляли! — Кора всплеснула руками так, что Искра чихнула облачком дыма. — Они гуляли! Ты слышала? — она повернулась к Эйлир. — Слышала, — эльфийка усмехнулась, делая глоток чая. — И, кажется, леди Верба не хочет рассказывать подробности. — Не хочу, — подтвердила я, чувствуя, как уши снова краснеют. — Но мы подружились. И пирожное было очень вкусное. Ореховое. С карамелью. — С карамелью, — задумчиво повторила Лианна, не открывая глаз. Она лежала на диване, и её босые зеленоватые ступни свешивались с подлокотника. — Это хорошо. Друзья — это как корни. Чем их больше, тем крепче стоишь. Я улыбнулась ей и взяла с чайного столика чашку остывшего чая. Вечер тянулся тихо и уютно, за окном темнел сад, и я чувствовала, как напряжение последней недели наконец отпускает, словно тугая пружина внутри меня медленно распрямилась. — Знаешь, — сказала вдруг Бриония, которая до этого молча сидела на подоконнике и смотрела на звёзды, — а он ничего. Для принца. — Он племянник короля, а не принц, — поправила я.— Какая разница, — фея зевнула и закуталась в крылья. — Главное — чтобы он тебя не обижал. И чтобы угощал пирожными. — Не обидит, — сказала я. — Мне кажется, он не такой. — Посмотрим, — фея зевнула и закуталась в крылья. — Посмотрим. Я задула свечу и легла. За окном темнел внутренний сад, и первые звёзды зажигались над Остхельмом. Я вспоминала вкус орехового пирожного, запах кофе, смех Элдрика и его слова: «Мы можем повторить». И улыбалась в темноту. День был долгим, но хорошим. Очень хорошим.