Черная Бетти

Мне хотелось связаться с кем-то через преподобного Тауна, священника первой Африканской баптистской церкви. Оделл познакомил меня с ним, вскоре тот найден мертвым со спущенными ниже колен штанами, с ним рядом лежал труп одной из его прихожанок. Оделл тогда обвинил меня, и я не стал с ним спорить. Ситуация казалась очень сложной, и я не мог отрицать, что отчасти повинен в случившемся.

– Чем я могу быть полезен тебе, Изи?

– Почему вы направили ко мне домой этого типа?

– Какого типа?

– Перестань, Модрия. Зачем играть со мной в прятки?

У жены Оделла были широкие бедра и очень узкие плечики. Когда она пожимала этими плечиками, становилась похожа на перекормленную розовоглазую лягушку.

– Не знаю, о чем ты говоришь, Изи.

– Тогда я буду продолжать стучать вот в эту дверь до тех пор, пока Оделл не объяснится. – И я вознамерился сделать это, но, несмотря на крупную комплекцию, Мод довольно резво подскочила к двери.

– Оставь его сейчас в покое, Изи. Ты же знаешь, как он переживает из-за размолвки с тобой. – Она взяла меня за руку и потянула вниз по лестнице.

– Ему никто не мешает общаться со мной.

– Не знаю, что там у вас произошло. Оделл не посвящает меня в это. Я говорила ему, что бы между вами ни случилось, друзья так не поступают, а вы ведь друзья.

Я тогда перестал общаться со старым другом. Во всяком случае, не разговаривал до сегодняшнего утра.

– Если он не хочет говорить со мной, зачем кого-то посылать ко мне?

– Повторяю, Изи, мы никого к тебе не посылали.

– Нет, посылали. – Я произнес это достаточно громко, чтобы меня было слышно в доме.

Я достал фотографию, которую вручил мне Линкс.

– Этот снимок сделан на парадном крыльце Эльбы Томас, а Эльба в то время была девушкой Оделла. И мы с тобой оба знаем, что Бетти – двоюродная сестра Оделла.

Мод сложила ладони в безмолвной мольбе. Оделл подошел к сетчатой двери. Он вел себя так, словно меня здесь и нет вовсе.

– Модрия, ступай в дом и приготовь мне завтрак.

Судя по тому, что в четверг утром Оделл сидит дома в халате, я сообразил, что, видимо, он вышел на пенсию. Он пошел обратно в дом. Мод хотела последовать за ним, но я схватил ее за руку.

– Поговори со мной, Мод. Или я буду торчать тут весь день.

– Я практически ничего не знаю, – отнекивалась она, но я продолжал держать ее за руку, и она добавила: – Этот человек, мистер Линкс, явился вчера вечером и сказал, что разыскивает Элизабет.

– Значит, она все-таки живет здесь?

Мод кивнула.

– Марлон схватил туберкулез, и врачи сказали, что ему будет полезен климат Калифорнии. Они приехали сюда еще до войны, еще до нас. Но мы практически их не видели. Она работала у этой богатой белой женщины и даже не сказала Оделлу, кто эта женщина и где живет. Если бы примерно две недели назад к нам не заехал Марлон, мы бы посчитали, что ее уже нет в живых.

– Зачем приезжал Марлон?

– Сказать, что скоро уедет отсюда. А если Бетти спросит о нем, мы должны говорить, что он уехал неожиданно, но с ним все в порядке и он свяжется с ней.

– Почему он сам не мог сказать ей этого?

– Не знаю. – Невежество было добродетелью, которую Мод впитала с молоком матери.

– Что еще сообщил Марлон?

– Ничего. Мы просто пили лимонад и болтали. Сказал, что, как и Оделл, вышел на пенсию.

– Вышел на пенсию? От каких дел?

– Он не уточнил.

– Что хотел Линкс?

– Он сказал, что Бетти бросила работу, а хозяйка хочет ее вернуть. Еще сказал, что заплатит пятьдесят долларов за любую информацию о ней. Оделл дал ему этот снимок, но сказал, что мы не знаем, где она находится. Тогда Линкс заявил, что это очень скверно, и она, возможно, потеряет права на пенсию от богатой семьи. Дескать, годы берут свое, ей это выйдет боком. Ха! Об этом мог и не говорить. Пятьдесят долларов нам самим пригодятся. Вот тут-то мы и вспомнили о тебе, Изи. Я сказала, что ты знаешь Бетти с детских лет и, возможно, сумеешь найти ее. Ведь ты, по-моему, иногда занимаешься такими делами. Оделл снабдил его твоим адресом, отыскав его на рождественских открытках, которые ты присылал. Приятно вспомнить, как ты относился к нам, Изи. Знаешь, Оделл часто смотрит твои открытки.

Несколько секунд мы молчали, вспоминая прежнюю дружбу.

– Мистер Линкс добавил, что не скажет, где он раздобыл твой адрес, и горячо нас поблагодарил.

Мод высоко ценила правила хорошего тона.

– Почему Линкс решил обратиться к вам?

– Бетти сообщила наш адрес хозяевам, у которых она работала, так, на всякий случай.

– Куда Марлон направился от вас?

– Не знаю. – Мод опять напомнила лягушку. – Он здорово нервничал и дергался. Хотел, чтобы Оделл ссудил ему немного денег, он как раз вышел на пенсию. Оделл не болен, но какой-то слабый. Если бы я не подрабатывала уборкой домов, мы были бы не в состоянии платить налоги за этот дом.

– Значит, по-твоему, Марлон нездоров?

– Да, но не в такой степени, как Мартин.

Напоминание о Мартине укололо меня. Я держался в стороне от него отчасти потому, что они с Оделлом были хорошими друзьями. Видеть, как Оделл игнорирует меня, и знать, что Мартин умирает, стало для меня слишком тяжелым испытанием.

– Я слышал об этом. Как сейчас у него дела?

– Он кашляет сухим кашлем, у него болит спина, и он не спит уже девять недель. Доктор говорит, это рак, но ведь доктора часто ошибаются.

– После поисков Бетти загляну к нему. Ты не знаешь, как мне его найти?

– Нет, родимый. – Она оглядывалась на дверь дома.

– У него есть кличка, верно? – Я щелкнул пальцами, стараясь припомнить.

Впервые Мод дружески улыбнулась мне:

– Блуто. Его, бывало, называли Блуто.

– Это из мультика о Попи?

– Ага. Именно так его и звали. Марлон получил это прозвище за то, что носил старые ботинки из крокодиловой кожи, которые получил от белого парня за какую-то работу.

Он выиграл их в пари, но белый парень так рассвирепел из-за этого, что выкрасил их в синий цвет перед тем, как отдать Марлону. – Она рассмеялась. – Знаешь, это были сорокадолларовые башмаки, но Марлон все равно носил их. Вот его и прозвали Синие Мыски.

Мы оба рассмеялись. Она изогнула руку, за которую я ее держал, и коснулась пальцами моей руки.

– Изи, постарайся, чтобы с Элизабет ничего не случилось. Оделл ничего не скажет, но я знаю, он хочет, чтобы ты разыскал ее.

– А что с ней может случиться?

Мод тупо уставилась на меня. Я увидел Оделла, молча стоявшего в дверях.