Страница 43 из 81
А вот для Эл явно этого показалось мало, и она решила добить:
— Ведь это Марго обнаружила того мага в театре.
Моя подруга была не совсем права в этом, и Виктор сразу нашел что ответить:
— Тут я не согласен. Маг сам себя проявил и показался нам. И я уж, прости, но ни за что не поверю, что маг пятого уровня смогла увидеть ауру магов третьего уровня.
Виктор посмотрел на меня и невозмутимо повторил:
— И дело тут не в доверии. Просто это невозможно! Магия — это, конечно, сложная и тонкая материя, но есть законы и правила, которые невозможно нарушить. Еще никто и никогда не мог увидеть или почувствовать того, кто сильнее и могущественнее, чем он сам.
Спор становился скучным и бессмысленным, и я решила объяснить на пальцах. А если он и так не поверит, то тогда я просто умою руки и буду ужинать.
— Твоя аура мерцает, — я старалась максимально точно подобрать слова. — Словно фейерверк: свет теплый и живой. Немного желтый, немного коричневый, цвета переходят в зеленый, местами есть голубые вкрапления.
Взяв его руки, я почувствовала небольшое покалывание, и энергия слегка заискрилась.
— Здесь очень много разной магии, но стихию земли я вижу четко.
Он удивился, а я продолжила:
— Но насчёт колдуна из театра ты почти прав. Его ауру я не видела так же четко, как твою. Лишь небольшой отблеск. Я почувствовала его почти сразу, только не поняла это, так как никогда с таким еще не сталкивалась.
Думаю, эти слова помогли найти нам точку опоры в этом вопросе.
Я отпустила его руки, а он, немного подумав, спросил:
— Ранее в обед, ты колдовала в доме. Что именно ты пыталась сделать?
Тут решил подать голос всеми забытый и обиженный Ли:
— Да, это наша с тобой головная боль на ближайшие две недели. Мы смогли найти очень интересный предмет, но открыть его не получилось.
— Ну… у меня получилось немного узнать об этом.
Обида и явное разочарование Ли мгновенно сменились неподдельным интересом.
— Прости! Я еще не успела тебе рассказать, — Эл снова превратилась в ягненка.
Ли глянул на нее, с осуждением покачав головой, но ничего не сказал, а лишь спросил у меня:
— Насколько «немного»? И как это у тебя получилось?
— Через землю, оставшуюся на дне сундука, мне удалось считать кое-что о заклинании. На сундук наложили магическую печать четырех стихий одновременно четыре разных мага.
— Да и магия там полыхала нехилая в этот момент, — дополнила мой рассказ подруга.
— А само заклинание ты смогла узнать? — уточнил Ли.
— Лишь маленькую часть.
И я просто повторила то, что узнала.
— Ты считала эту информацию с сундука при помощи магии земли? — внезапно подал голос наш Фома Неверующий.
— Да.
— Возможно, ты подвергалась в детстве сильному воздействию магии или, может быть, проклятию?
— Что? К чему это? Насколько я знаю, нет. Разве что в самом раннем детстве. Но тут я вспомнила про свой щит и, встретившись с Эл взглядом, поняла, что мы подумали об одном и том же.
— А что? У тебя есть какая-то теория? — Эл снова превратилась в лисицу.
— Бывает так, что если маленьких детей подвергнуть очень сильному воздействию магии в раннем детстве, то это может сильно изменить их способности. Возможно, ты просто считываешь информацию с земли, предметов и даже пространства. Это очень похоже на побочный эффект от заклинания.
— Побочный?
Его слова заставили меня начать волноваться, и я вспомнила о ритуале, который провела около полугода назад.
— А оно... ну это воздействие должно быть проведено только в детстве, чтобы иметь такой эффект? А если позже? Или совсем недавно?
— Лет до пяти. Плюс-минус год, но не больше. Такому роду способностей нужно много времени, чтобы развиться.
Его слова запутали, но успокоили.
И тут к разговору снова подключилась Эл:
— Ты знаешь, а в этом есть смысл.
— Значит, было вмешательство? — хмурясь, спросил Виктор.
Я не успевала за ходом их мыслей. Растерявшись немного, я смотрела то на Эл, то на Виктора, и мне стало неуютно от того, что они так легко обсуждали меня.
— Не знаю, я не помню… — расстроилась я.
— Твой щит, может быть, дело в нём! Нам нужно тщательно изучить его. И попробовать снять, раз ты ничего не помнишь, — затараторила Эл.
— Какой щит? — Виктор удивленно посмотрел сначала на Эл, потом на меня. — На тебе щит?
Воронка вопросов и теорий начинала закручиваться всё сильнее.
— Эл нашла на мне какой-то барьер, но я… я ничего о нём не знаю.
Виктор нахмурился.
— Как ты можешь не знать, что на тебя наложен щит?
Такая постановка вопроса мне не понравилось, и я начала злиться, а Эл, ничего не замечая, продолжила дискуссию:
— Я проверяла: по всем признакам его накладывали в раннем детстве. Он очень пластичный и расположен близко к телу, почти как вторая кожа. При этом он не защищает от воздействия активной магии напрямую, но и воздействовать на него у меня не получилось.
— Если он был наложен при рождении, то нельзя его так просто снимать, нужно сначала во всём разобраться! Иначе последствия могут быть непоправимыми, — Виктор говорил всё это таким будничным тоном, словно обсуждал погоду за окном.
Эллиза понимала его с полуслова, продолжая отвечать за меня:
— Но и оставлять его тоже не стоит. Раз Марго про него не знала, то и снять его не могла.
— Тебе действительно совсем ничего не известно об этом? — снова с укором спросил у меня Виктор.
От его строгого тона и взгляда мне начало казаться, что меня отчитывают за то, чего я не делала.
— Нет. Если бы Эл не сказала, то я бы и дальше ничего не знала, — оправдывалась я.
Настроение стремительно падало от подобного допроса.
— За двадцать лет ты впервые услышала про него от Эллизы? А твои родные? Они тоже не в курсе этого?
Вопросы и подозрения Виктора, наверное, были вполне закономерными, только вот мне уже совсем не нравилось, куда начинал уходить наш диалог. Настроение совсем испортилось, и говорить больше мне не хотелось, но ответить ему стоило.
— Я живу одна. Родителей я никогда не видела, а бабушка… — на секунду я запнулась и почувствовала себя паршиво… — Бабушка умерла очень давно и ничего об этом мне не говорила. Но знаешь, я и не прошу вас снимать его с меня. Он никогда мне не мешал, да и окружающим вроде тоже. Более того, я не прошу твоей помощи. У меня всё и так нормально.
Мне больше не хотелось продолжать этот разговор и вечер. Я улыбнулась Эл.