Страница 10 из 95
Но единственный, на который я знала ответ, что если я реально попала в тело Миледи, то для всех я умерла. И в этом моё спасение.
Так что кошелёк с золотом ‒ это плата за то чтобы так всё и оставалось.
Неизвестный мне граф англичанин умудрился купить жизнь Миледи, но и ему было важно, чтобы все думали, что она умерла. И это точно был не граф де Ла Фер. И от этого графа, а стало быть, и от Англии мне стоило держаться подальше.
Размышляя о том, что же делать дальше и пытаясь вспомнить все, что я когда-то читала, видела, слышала, а главное изучала по истории XVII века. Я пыталась выбрать самое безопасное место, куда бы можно было поехать женщине, чтобы спрятаться.
Результат моих сборов и размышлений был плачевными.
Не существовало безлопастного места для одинокой безымянной женщины в мире, где правят мужчины, во времена, когда постоянно ведутся войны и похвастаться стабильностью жизни и полной уверенности в завтрашнем дне не могут даже сильные мира сего.
Поэтому я даже предположить пока не могла, что делать дальше, тем более, что и собранный мною скарб был не так велик.
Две шпаги, два кинжала и большой нож Гисона, плащ старика, его дорожная сумка, похожая на мешок. И два кошелька денег. Возможно был бы и третий кошель, но к старику я так и не подошла.
Сумка и плащ его были под сидением возничего в самой повозке. И уже эта находка обрадовала меня. В сумке я нашла завернутый в тряпицу кусок хлеба и чего-то мясного, похожего на сухой копчёный окорок. Этот «бутерброд» я с наслаждением откусила и на минуту зависла, тщательно работая челюстями.
При этом на всё ещё болтающий на крюке труп самого старика я старалась не смотреть. Но стоило только подумать о нём, мысленно благодаря за еду, как кусок встал в горле. Проглотить тщательно пережеванный хлеб с мясом, я так и не смогла. Пришлось выплюнуть и с сожалением посмотреть на бутерброд. Потом я аккуратно завернула свой будущий завтрак или уже обед в тряпицу и убрала обратно в сумку.
Там же в повозке под сидением была кожаная фляжка с чистой водой.
Пила жадно. Готова была выпить всю воду. Но, когда начала захлёбываться, не успевая глотать, а грудь сдавил спазм, я решила, что стоит остановиться. Бурдюк я закупорила и убрала в сумку, туда же убрала и один из кошельков, тот что был с золотом. Затем перекинула лямку через голову и плечо. Потерять сумку я теперь не имела права. Плащ надела поверх, спрятав волосы под капюшон.
В этот момент я поняла, что было не так.
Мои волосы были тёмно‒русыми, а не белыми. А ведь все знали, что Миледи блондинка. Но вот её исторический прототип англичанка, имени которой я не помнила, но тоже же графиня, а именно графиня Карлайл. Вот она не была блондинкой, хотя и отличалась красотой и грацией.
Решив, что это не существенный момент, я убрала волосы и натянула капюшон так, чтобы и лица не было видно. Но увы, скрыть тот факт, что я женщина это не очень помогло. Всё же несколько слоёв юбок вырисовывали женский силуэт, как бы я не куталась в плащ. Решение было бы простым, найди я штаны, рубашку и мужскую обувь подходящего размера. Увы в данный момент, ничего из перечисленного у меня не было. Но всё это можно было бы купить лишь бы добраться до какого-нибудь городка.
Эта мысль как пришла, так и ушла. Так как я не представляла, как вообще решиться и выйти из амбара. Я обманывала сама себя, уверяя, что я не спешу уходить из-за Санта. Но на самом деле, я просто боялась.
Обойдя весь амбар, я снова села рядом с притихшим, но всё ещё дышащим, Сантом и приготовилась ждать.
Но вот, казалось бы, стало совсем тихо.
Сант перестал дышать. Его веки были опущены, а грудная клетка замерла.
Пора было принимать решение, что делать дальше?
Не имея ответа, я посмотрела вверх с мыслью: «Ну, а вдруг..?»
И вдруг случилось..