Медоед 12

Глава 6 В четыре руки

И, озвучив Еноту безумный план, я положил АК, расстегнул липучки бронежилета на первом лежащем ко мне бойце и оставшейся целой рукой сдёрнул его с тела за эвакуационную ручку на загривке. Сдёрнул и надел на себя вместо пробитого штатного, закрепив липучки, я надел на голову ещё и их шлем.

Ультрафиолетовый указатель был только на АК, и, взяв к нему магазины и дополнительные магазины, я поднял с пола Хеклер и Кох противника. Благо у них тут у всех одинаковое оружие и магазинов будет много, так ещё и на броне есть.

— Тиммейт, слушай задачу: сейчас бери под управление левую руку, там АК УЦУ, и стреляй по всему, что движется, короткими очередями, — выдохнул я.

— Понял. А ты? — спросил меня он.

— А я буду работать с правой руки, используя механические прицельные приспособления.

— Сделано. Процент успешности миссии минимален! — воодушевил меня Тиммейт.

— Знаю, — выдохнул я и пошёл в новой броне с новым оружием обратно на лестничную площадку, но дверь на этаж медленно открылась, и прежде чем я успел что-то предпринять, Тиммейт прошил её насквозь из АК, чем вызвал ответный огонь сквозь дверь. И ещё пара очередей от Тиммейта по закрытой двери поразили кого-то за ней, судя по крикам боли.

И если бы я в жизни мог смотреть через «Следопыта», то этот электрический умник просчитывал траектории и вектора обстрела стреляющих через дверь, понимал, где они находятся, и давал ответную очередь. Ещё бы, были бы у наших пилотов мощности серверов Пекинского исследовательского центра — могли бы также. И Тиммейт явно лукавил, он бы мог сам управлять роботами, единственное в чём он нам уступал это в импровизации. Может просто не хотел показывать кожаные обезьянам чего по настоящему стоит в бою, чтобы мы испугавшись не отключили его от серверов и других электронных ништяков.

Я бежал к двери, а она открывалась под тяжестью умирающего тела, давившего на неё с той стороны, открывая мне путь на лестничную площадку. И снова Тиммейт выстрелил первым, добивая трёхсотых противника. Где-то внизу продолжился бой — это Енот воспользовался идеей отдать левую руку в управление Тиммейту, а сам стрелял так же, как и я, на глаз.

Так мы увеличили огневую мощь вдвое, желая сойтись в одном единственном месте — в холле первого этажа. Мой аватар перешагивал через тела и палил по всему, что движется, я же иногда опускал подбородок, потому как голова была защищена шлемом, а вот лицо аватара ничем не было защищено.

И вот я выходил в холл первого этажа, откуда-то справа палили, а Енот с двумя стволами стоял за бетонным перекрытием. И, увидев меня, его аватар кивнул. И тогда я вышел на линию огня, вышел туда и он, и наши четыре ствола ударили в пестрящую вспышками темноту. А когда вспышки прекратились, мы оба двинулись вниз.

— Военные прибыли, — произнёс Тиммейт. — Надо остаться тут и сдерживать их, пока второй разбирается с серверами и тюремными блоками.

— Кому остаться? — спросил Енот.

— Мне, — произнёс Тиммейт. — Медоед, дай Еноту АК с УЦУ. Я окопаюсь и в два ствола дам тебе время, пока держу штурм.

— Принято, — произнёс я, поворачиваясь к аватару Енота.

— Удачи, — произнёс Енот и взял из моих рук второй АК, просто отпустив рукоять Хеклера, позволяя гравитации забрать у него вражеское оружие. Это уже Тиммейт заменит пилота в его машине.

А я спускался вниз: минус первый этаж, минус второй, когда наверху снова начался бой, и вот наконец минус третий. Мне преграждала дверь на магнитном замке, и я, ускорившись на последних ступеньках, ударил её всем своим механическим телом, просто выломав замок. И предо мной предстала та же картина, что и в Вевельсбурге, только это не была какая-то комната — это был целый этаж серверов.

Перед глазами подсвечивался путь — единственная цветная линия, словно идущая по полу. Это Тиммейт решал многозадачу: был одновременно и защитником моего тыла, и вёл меня к точке входа — точке, где можно будет подключить его физически.

Петляя между мерцающими диодами стойками с серверами, высокими от пола и до потолка, словно книжные полки в библиотеке, я шёл, не встречая никакого сопротивления. А вверху всё ещё глухо шёл бой. И вот подсветка довела меня до главного системника, и, присев андроидом, я вытащил накопитель с выданной мне флешкой и вставил её в один из продолговатых и прямоугольных USB-портов.

— Все камеры открыты, — произнёс у меня в шлемофоне Тиммейт, копируя данные с серверов и попутно форматируя. — Аватар Енота уничтожен. Твоя задача — держать оборону, пока я не закончу. Хаос от освободившихся вернувшихся — тебе в помощь!

— Принято, — произнёс я.

Вернувшихся жаль, конечно, но особенности, которые будут передаваться во время их убийства, выведут военных из русла.

— Тиммейт, — дополнил я. — Срочно во всех камерах объяви, на языке сидельца, что-нибудь мотивирующее: мол, наверху, в холле первого этажа, куча оружия, и это ваш последний шанс выбраться из лап фашистов.

— Делаю! — было мне ответом.

А я… А я пошёл в начало серверной ко входу и, взяв последнюю свою гранату, положил её к двери лежать на скобе под собственным весом.

Уйдя чуть глубже за шкафы и положив Хеклер на один из серверов, но так, чтобы видеть вход — я стал ждать.

Думая, как меняются люди… Ещё бы 2–3 месяца назад я бы пошёл всех спасать наверх и, скорее всего, не спас, потому как вернувшиеся — это не солдаты, это узники, мучимые тут голодом и экспериментами. Можно ли было бы сделать операцию лучше? Наверное, да. Как минимум не привлекать киберспортсменов, а отдать это всё на откуп мне и Тиммейту. А сейчас рано или поздно меня подавят огнём, а вернувшихся перестреляют и загонят обратно в камеры. Тем более, скорее всего, на штурм пошла именно та рота, которая и охраняла эти коридоры.

Невиновных среди них не будет. И пока я думал, дверь открылась, впуская в серверную вооружённый до зубов спецназ.