Медоед 12

И я бегал, приседал, прятался за укрытиями, стрелял по мишеням. Оказалось, что при стрельбе по-самолийски, если цель однажды была замечена, то зелёный крестик можно наводить, стоя за укрытием. Андроид видел в темноте, андроид не уставал, андроид мог двигаться в рваном темпе. А когда при очередном нажатии выстрела не произошло по причине опустошения магазина, я отложил АК и, забравшись на кубическое укрытие, сделал шаг на нём назад, и разбежавшись прыгнул на другое. Приземлившись на соседнюю верхотуру, я обвалил её, бухнувшись на пол задницей вперёд. Человек бы себе рёбра переломал, а машина — нет, она просто встала. И тогда Тиммейт отключил мне автостояние, и далее я тренировал ползанье, кувырки и, вернувшись за новым магазином, поупражнялся со стрельбой с нижних позиций.

Чудо-крестик позволял стрелять и одной рукой. Мало того, если управляет андроидом не оператор, а машина, то она может стрелять с двух рук прицельно — у неё нет проблем наводиться сразу двумя крестиками на разные цели.

Самым тяжёлым оказалась именно мелкая моторика, например снаряжение магазина. И я сидел и снаряжал столько магазинов, сколько за весь свой Афган не снаряжал. И метание гранат — метание гранат походило на то, будто я кидал их в плотных зимних варежках. Пару раз гранаты даже падали мне под ноги. Благо это были учебные муляжи. А то робот сразу бы начал страдать и терять ценные ноги.

Шёл день второй, а за ним третий — я бегал в аватаре, работал с командой. Оказалось, что только мой аватар может издавать звуки, потому, что он был якобы командирский. Я также управлял и ударным дроном — тоже сидя в этой же капсуле. Хотя Тиммейт обещал помочь с дронами в бою, и поведал что боевая группа из пяти роботов будет таскать с собой пару ретрансляторов на случай утери сигнала мобильных сетей. И обязательно в конце каждого дня я закреплял полёт на летучем ранце, который вешался за спиной андроида на ремнях и словно невесомую куклу поднимал его в воздух.

А уже после первого дня на всём моём теле появились мозоли от манипулятивных сенсоров камеры, но именно они сделали то, что должны были сделать, — я мало-мальски научился двигаться в этом истукане.

Под конец каждого дня мы собирали брифинг между пилотами, ещё раз проговаривая, кто что делает и сколько по времени в предстоящей операции.

И вот наконец сторона ГРУ сообщила, что ящики с машинами будут доставлены ко времени на исходные места, и мы ждали этого момента находясь в капсулах, голые и со специальными ракушками для мочеиспускания, как и с трубками у лица для подачи перорально, то есть через рот, питательных веществ.

А когда прозвучала получасовая готовность. Я снова смотрел через шлем — перед глазами был белый шум, а когда наконец проступили очертания. Передо мной была доска ящика, а если точнее — ящик был вокруг меня.

— Ребят, Медоед на связи, доложите, кто что видит, — произнёс я.

— Господа офицеры, — вмешался Тиммейт, — координировать буду вас отдельно. Енот, Сапсан, Скарабей и Жужелица, вы пока ничего не делаете, ждём, пока отработает Медоед по Зиверсу. Далее выдвигаемся на свои позиции, ждём от него команды. Медоед, упри ноги в стенку ящика.

И я упёр ноги, облачённые в армейские чёрные ботинки, в стенку ящика.

— Даю дополнительный потенциал ногам, выталкивай крышку, — продолжал инструктировать меня Тиммейт.

Заскрипели гвозди, захрустела доска, выгнувшись и медленно поддавшись, и в образовавшуюся щель показался лесной пейзаж. А после она со скрипом отварилась, так и не освободившись от гвоздей с левой стороны.

— Теперь подожми ноги под себя и вылазь на четвереньках, — произнёс ИИ.

И я сделал, как он говорит, выбираясь из ящика.

— Теперь надень ранец, возьми АК, возьми дипломат с дроном. Твоя цель в 12 км на северо-запад.

— Принял, — произнёс я.

Первым делом, оглядывая местность, мой ящик стоял на окраине лесной дороги. А на аватаре была полная штурмовая броня, магазины на грудной бронепластине, однако не было мешка для их сброса. АК был 12-й, с банкой для бесшумной стрельбы, на планку Пикатинни вместо коллиматорного прицела закрепился ЛЦУ, а в моём случае — не лазерный целеуказатель, а ультрафиолетовый. Подсумки с гранатами висели на поясе. На голове был шлем, закрывающий лицо, наверное, привычный мне «Ронин». В ящике я взял полётный ранец и закрепил его у себя за спиной, и ещё один ранец, но уже с ушками-антеннами, похожий на РЭБ, но это как раз был усилитель сигнала для роботов. В левую руку лёг дипломат с дроном.

Ну, вроде всё. Я ещё раз заглянул в ящик, убедившись, что ничего более не забыл, и выдвинулся на позицию. Вокруг стояла непроглядная ночь, но не для машины, и я видел всё словно днём, но в чёрно-белом свете.

Я шёл по карте, которую знал наизусть — каждый поворот дороги, каждую ложбинку в этом лесу. Тиммейт вывел эту дорогу для моего изучения ещё вчера, и я запоминал её до рези в глазах. Но больше всего меня интересовал особняк Зиверса, по сути, трёхэтажная художественная коробка из кирпича в неоготике, с башенками и стрельчатыми окнами. Он стоял на холме, окружённый периметром и деревьями. Подъездная дорога к нему была всего одна, и её могли контролировать огнём с двух постов охраны, словно чёрные грибки, «выросшие» над забором, смотрящие в стороны своими окнами и гнёздами для стрельбы под ними. Тут не было безопасных проходов — только врата да забор с колючкой, усиленный камерами по углам.

— Напоминаю про охрану, — произнёс Тиммейт. — Два десятка человек, все вооружены, не исключены гранаты и пулемёты в бункерах. Тепловизоры на крыше и ночные камеры с записью. Человек не подойдёт — заметят за полкилометра. И главное — сам Зиверс. Я не знаю, кого он косплеит, но сам себя он считает бессмертным, но это не значит, что его нельзя убить. Судя по материалам, у него особенность, какое-то неотторгаемое оружие. Будь осторожен.

Я шёл по земле, остановившись за 400 метров до особняка, и поставив ретранслятор. Освобождая дрон и выпуская его в воздух, замечая, как под его брюшком закреплён фугасный снаряд, обмотанный скотчем. Им управлял Тиммейт и поднявшись в воздух, он полетел в сторону особняка, скользя над верхушками деревьев и нырнув к окну спальни, где горел свет. И вскоре, впереди прогремел взрыв, а до моего аватара донеслись ещё и звуки разбившегося стекла и работающей автомобильной сигнализации.