Все оставляют следы

Он взбесился. Он понимал, что Зоя не виновата, он сам загнал себя в этот угол. Но кто же признаёт свою вину? Виноваты всегда невиновные, те, кто рядом. Вот на них и обрушивается лавина ненависти, злобы и бессилия. Мы же не можем орать на самих себя и обвинять себя? В нашей боли всегда виноват кто-то другой. Так ли это? В ста процентах нет. В ста процентах мы источник того, что происходит с нами. Никита думал, что Зоя уедет из их дома, но Зоя осталась. Она делала вид, что ничего не произошло. Вот уже полгода он отмахивается от так называемых супружеских обязательств. А Зоя всё терпит и продолжает жить в соседней спальне. А Никита чувствует себя виноватым перед всеми. Он виноват в том, что не желает видеть возле себя тех, кто хочет быть с ним. А той, с кем хочет быть Никита, уже никогда не будет. Просто лабиринт какой-то, где есть только вход. Выхода нет.

Человек появляется в нашей жизни с определённой целью. Причина может быть неясной, могут пройти годы, прежде чем ты узнаешь, какова была эта цель. Хитрые китайцы придумали красные нити, чтобы как-то объяснить всю эту людскую суету вокруг нас. Будто бы мы связаны со своим человеком именной этой красной нитью и должны обязательно встретиться. А жизнь – это игральные кости. Бросили кубики удачно, оказались в нужное время и в нужном месте. Неудачно? Бросайте снова. Вопрос лишь в том, хватит ли жизни до удачного броска. А люди, открывающие и закрывающие дверь в вашу жизнь, – это просто люди. Кто-то искренне радуется пусть и маленьким вашим успехам, таких всегда меньше. Кто-то завидует молча или подставляет подножку, таких всегда больше. Кто-то чему-то вас учит, а кто-то просто вас любит. Они все разные, но без них театр жизни будет пуст.

Театр жизни Никиты был полон людей. Это были нужные люди, прохожие, родные. Девушки сами заигрывали с ним, а он оставался снежным королём, глядя сквозь них. В заснеженной жизни Никиты никому не было места. Он застыл с бокалом возле рояля и наблюдал за Ликой. Осколки льдинок кололи в виски, в кончики пальцев, замораживая шампанское, холодный взгляд безразлично скользил по окружающим и оттаивал только на Лике. Осколки ледяных слов попали прямо в сердце Зои. Кровь девушки зашипела, забурлила, волна злости и ненависти поднялась, стуча в голове. Зоя подошла к столу и налила шампанское в два фужера, протёрла руки салфеткой. Повернулась и встретилась взглядом с Дианой. Зоя улыбнулась сестре Никиты и поискала глазами Лену. Нашла её, сердито смотрящую на Никиту, поморщилась.

«Ненавижу. Бегает от мужика к мужику. Ни себе ни людям. Её тоже никак не отогнать от Никиты. Вцепилась как клещ. Может быть у них восстановились отношения, поэтому Никита и выставил меня?» – девушка не могла решить эту задачу и спросить ей было не у кого.

У Дианы? Сестра Никиты не особо жаловала Зою разговорами. И весь вечер Зоя чувствовала её взгляды.

«Что ей от меня надо? У Владимира Ивановича спрашивать неудобно. Надежда Андреевна сделает вид, что не понимает. Лена солжёт, – думала Зоя и попыталась выведать намерения Никиты другим путём, у знакомых. Но это тоже не вносило ясности. Кто-то говорил:

– Никита с Леной прекрасная пара.

Кто-то говорил:

– Зоя, ты вывела Никиту из депрессии. Он опять стал прежним.

«Если вот это состояние Никиты прежнее, значит раньше ему было ещё хуже, – подумала Зоя. – У него нет уверенности в завтрашнем дне. А у меня нет уверенности моего присутствия в его завтрашнем дне. Ещё и эта Анжелика звездит тут. Вон как Никита смотрит на неё. Что-то между ними есть. Эта писательница тоже на него смотрит. Они словно переговариваются взглядами. Любовники!» – осенило вдруг Зою.

Лена подошла к Зое, к столику подошла девушка, из зрителей, и налила в два бокала шампанское.

– Привет, подруга!

Зоя напряглась, но улыбнулась в ответ.

– Рада видеть тебя у нас.

– Смотрю, у тебя и здесь не очень-то складывается. Жена вернулась, а ты по боку, как с Ковальским, – с милой улыбкой язвительно произнесла девушка.

– Олька, что тебе надо? пришла слушать музыку? Слушай. А мои дела тебя не касаются.

Олька хихикнула.

– А я вот замуж выхожу.

– Мне-то зачем это знать?

– Думала пригласить тебя на свадьбу, как подругу. Бывшую. Приглашение на одну писать или на двоих?

– Спасибо. Я не приду.

– Значит одна. А Владимир Иванович, смотрю, так от старой жены и не отлипает.

– Ты зачем сюда пришла?

– Похвастаться. У меня всё прекрасно, а ты так и осталась ни с чем. Ковальскому была по боку, Никите тоже. Мужа у Надежды Андреевны не увести. Неудачница.

Лена внимательно прислушивалась к разговору. Зоя нервничала. Девушка крутанула столик с вином, взяла два бокала и отошла.

– Кто это? – спросила Лена.

– Да так, бывшая подруга.

– Почему бывшая?

– Парня не поделили.

– Прям страсти какие-то. Тебе всегда дают отставку?

– Нет! Это я отбила у неё, – зло возразила Зоя.

– Ой, да ладно! Ты? – засмеялась Лена. – Слушай, у неё лицо знакомое. Где я могла её видеть?

– Тут.

– В смысле? – не поняла Лена.

– Она до меня помогала Надежде Андреевне вести квартирники.

– Точно! Там ещё был какой-то скандал, и Надежда выставила её! А что не поделили-то?

– Её мужа, – уронила Зоя.

– Чьего?

– Надежды. Владимира Ивановича.

– Ой, да ладно!

Лена смеялась. Зоя кипела от злости. Она ненавидела всех вокруг. Ей хотелось сделать что-то такое, чтобы никого никогда не видеть. Осточертели ей все. Вдруг улыбка сползла с лица Лены, она покусала палец и произнесла:

– Не повезло нам. А могли бы подружиться. Есть в тебе какая-то упёртость. Как у меня. Мужика поделить пытаемся. Только не выйдет ничего.

Зоя протянула бокал с шампанским Лене.

– Выпьем? Почему не выйдет?

– Выпьем, – Лена отпила глоток. – За провал нашего предприятия.

Зоя держала бокал и не пила, смотрела на Лену.

– Какой провал?

– Видишь звезду нашу? – спросила Лена.

– Кого?

– Писательницу.

– И что?

– Она была любовницей Никиты, а потом бросила его. И вот, пришла сегодня на нашу голову, – недовольно прошептала Лена. Никита глаз от неё не отводит. Мои шансы уменьшаются, а твои стремительно падают ниже нуля.

– Ты о чём? – Зоя не поняла ничего.

– Ты всегда такая глупая или сегодня особый случай? Если эта Лика вернётся, кранты нам. Тебе-то точно. Собирай чемоданы, гражданская жена.

– А ты сможешь остаться с Никитой? – съязвила Зоя.