Страница 99 из 230
Глава 7
Когда толпа приблизилась к дому, вышел Ерофей.
– В такую рань никого пока не принимаю! – крикнул он с крыльца. – Приходите ближе к обеду.
В это время служитель «Лица Истинного» с амулетом на груди в виде золотого глаза повернулся к толпе, возвел руки к небу и зычным голосом провозгласил:
– Прихожане, вы сами все знаете! Именно к этим людям мы пришли. Так давайте же выразим волю нашего властителя Истинного, – толпа возмущенно загудела.
Многие из них выглядели озлобленными и напряженными, остальные же с любопытством рассматривали меня и Ерофея, который приблизился к калитке.
– Что вам надо? Убирайтесь отсюда! – выкрикнул он, стараясь храбриться, но я видел, как он встревожен.
– А вот и главное зло – тот самый знахарь, что ведет несчастных по темному пути, – служитель вскинул руку и указал на лекаря пальцем. – Все, что ты делаешь: бесовские чары, заговоры, отвратные напитки – это зло. Ты колдун! И мы пришли положить этому конец!
Толпа снова загудела, поддерживая своего пастыря.
– Ты что несешь? Какой я вам колдун?! – взъерепенился Ерофей. – Я исцеляю больных с помощью родового дара! Я из сильного рода знахарей‑шептунов, и никому не позволю порочить имя своих предков! – пока он говорил это, будто даже подрос.
– Никаких оправданий! Ты со своим учеником, – тут толстый палец переместился в мою сторону, – вводишь людей в грех! Увлекаешь за собой в пекло дьявольского огня! Я и все служители «Лика Истинного» не позволим тебе продолжать темное дело! Прекрати эту мерзость или будешь изгнан!
Толпа снова загудела и чуть двинулась к нам. Они мне напомнили свору собак, которая только и ждет, когда вожак даст знак, чтобы накинуться на нас. Я должен был что‑то сделать, поэтому примирительно поднял руки.
– Мы исцеляем больных с помощью знаний предков, сил рун и природы! – заговорил я, заглядывая в глаза людям. – Наши методы приносят выздоровление и облегчение. Мы не имеем никакого отношения к бесовщине!
Люди в толпе начали переглядываться и перешептываться, а в это время я заметил, что к нам со всех сторон спешат еще люди. Многих из них я узнал – больные, которых я успешно вылечил.
Вдруг из толпы кто‑то выкрикнул:
– Выгнать их из города! И дом сжечь, чтобы темные чары здесь не остались!
Его поддержали:
– Правильно! Все эти знахарские штучки лишь вред принесут. У нас есть больницы. Там пусть лечат, а этих коновалов гнать взашей!
В это время за нас вступились выздоровевшие.
– Мы сейчас вас взашей прогоним со своей улицы! – небольшого роста мужичок воинственно потряс клюкой.
– Дом жечь?! – возмутилась женищна, которой я желудок вылечил. – Ишь чего удумали! Хотите всю улицу спалить? Да мы вас за это вывернем и выкинем!
Я заметил, как мужчины начали стискивать кулаки, как в глазах загоралась ярость и решимость. Еще чуть‑чуть, и разразится настоящая буря. Надо их остановить.
Запрыгнув на Гнедую, я еще раз оглядел толпу, что полукругом обступила меня и притихшего Ерофея, и громко произнес:
– Мы никому не желаем зла! Мы прибыли сюда, чтобы помогать. Ни одна руна, которую я нарисовал, не несла в себе тьмы, только чистый свет моей души. Если хотите с кем‑то бороться, то ищите настоящих демонов и оставьте нас в покое.
– Правильно! Пусть идут откуда пришли! – поддержала меня женщина и вытолкала перед собой мужа. – Если надо, мы ведь тоже кулаки имеем.
– Вот‑вот! Ишь набежали! – старичок с клюкой подобрал с земли камень и поднял его над головой, намереваясь запустить в толпу. – Чешите отсюда, и чтоб духу вашего здесь не было!
Служитель, который явно был настроен воинственно, заметил, что нас готовы защищать, и передумал завершать начатое.
– В первый и последний раз предупреждаю! Либо вы откажетесь от своих бесовских приемов, либо я и мои прихожане придем сюда не только с молитвами, но и с мечом. Мы очистим землю от зла во имя Лика Истинного!
Он развернулся, прошел сквозь толпу и довольно резво двинулся прочь. Кто‑то сразу ушел за ним. Кто‑то еще немного для вида повозмущался, но тут же поспешил следом.
– Спасибо вам, – я спрыгнул с лошади и обратился к тем, кто прибежал к нам на помощь. – Без вас мы бы не смогли их прогнать.
– Обращайся, если что. Мы за своих горой, – подмигнул старик, бросил камень на обочину и, насвистывая, пошел к своему дому.
Остальные тоже заверили, что помогут, если прихожане Лика Истинного снова заявятся.
Вскоре разошлись все, кроме одного пожилого мужчины. Его я видел впервые, поэтому немного напрягся, когда он подошел ко мне.
– Будь осторожен. Уж если этим служителям что‑то в голову втемяшится – не так‑то легко переубедить.
– Спасибо за совет, – кивнул я.
– Я об этом не понаслышке знаю, – продолжал он. – Сестра моя, Клавдия, к вам вчера приходила. Намучилась она, – мужчина покачал головой. – Я ведь по дурости ее сначала в храм потащил. А там как услышали о ее беде, так бедную чуть насмерть не замучили.
– Как? Что они делали?
Мужчина привалился спиной к забору, а Ерофей подошел поближе, прислушиваясь.
– Сам я там не был. Как услышали, что в ней злой дух сидит, так под руки схватили и увели куда‑то. Через два дня только выпустили. Домой я ее забрал еле живую.
– Так что с ней делали‑то? – в нетерпении спросил Ерофей.
– Клава рассказывала, что сначала только песни свои пели и со свечами вокруг нее ходили. А потом… Потом начали выбивать из нее этого самого духа, – мужчина тяжело вздохнул.
– Что значит «выбивать»? – это незаметно подошел наш новый работник Семен.
– То и значит. Привязали ее к алтарю и принялись ступни жечь. А еще молитвы свои кричали. Клава говорит, просила, молила, чтобы отпустили, а они только громче пели. Когда пятки почернели, принесли воду ледяную из проруби и вместе со льдом начали ее нагую поливать.
Мужчина замолчал, глядя на дорогу, но никто не осмелился нарушить внезапно возникшую тишину.
– А потом бич принесли, – упавшим голосом сказал он, по‑прежнему не поднимая глаз. – Всю спину в кровавые лохмотья превратили, сволочи. А потом говорят: «Все, очистили мы твою душу от бесовщины. Чиста ты теперь». Я потом два месяца ее выхаживал…. Я ведь что пришел, – он тряхнул головой, будто пытался изгнать плохие мысли. – Клава вам вчера недоплатила. Я за нее принес.
Он полез за пазуху и вытащил три смятые купюры по рублю.