Страница 155 из 230
Глава 1
Когда я начал расчесывать волосы Алевтине, то мельком заметил что‑то необычное. Сначала подумал, что мне показалось, ведь темное пятно тут же исчезло. Однако, когда пригляделся, понял, что «второе» зрение переключилось не зря.
– Семен, иди сюда! – крикнул я нашему помощнику и, склонившись над Алевтиной, мягко проговорил: – Ничего не бойся. Я всего лишь хочу посмотреть твою спину.
– Звал? – спросил Семен, показавшись из спальни, где он мыл пол.
– Помоги раздеть Алевтину, – велел я и забрал щенка из рук девушки.
– Зачем это? – напрягся он.
– Я кое‑что увидел. Хочу внимательнее посмотреть.
Семен вымыл руки с мылом, насухо вытер полотенцем и несмело подошел. Вдвоем мы быстро расстегнули многочисленные мелкие пуговицы на ее платье и через голову стянули его.
Семен прикрыл глаза, чтобы не смотреть на полуголую Алевтину, я же повернул ее к себе спиной и, откинув волосы, переключил зрение. Так и есть, мне не показалось – начиная с затылка и вниз до самых пяток тянулась темная, полупрозрачная изменчивая фигура, напоминающая человеческий силуэт. Конечности тонкие, длинные и изгибаются странно, будто щупальца. Лица нет, но из темных провалов, где должны быть глаза, исходят еле заметные зловещие отблески. Ага, это не болезнь, а иномирная сущность‑паразит, поселившаяся в теле беззащитной жертвы.
Провел рукой по спине Алевтины, на что сущность заколыхалась, будто на ветру, а я почувствовал, как кончики моих пальцев обожгло холодом. Раньше я такого не встречал. Повернув девушку к себе лицом, я убедился, что спереди этого гада не видать. Вот почему при прошлом осмотре его не увидел.
Прямо на спине девушки я нарисовал «Вытеснение тени» – руну, которая отлично справлялась с сущностями. Руна была сложная, со множеством переплетающихся знаков, и довольно мощная, отчего у меня перехватило дыхание и затряслись руки.
– Ты побледнел, – подал голос Семен и подошел ко мне, наблюдая за рукой, которая будто жила своей жизнью, с огромной скоростью рисуя невидимые ему линии.
– Еще чуть‑чуть, – прошептал я, подбадривая себя. – Потерпи немного.
– Возьми мои силы! – решительно сказал Семен и протянул руку. – Я видел, как ты это делаешь.
– Нет, я справлюсь, – мотнул я головой и второй рукой оперся о стол.
Пот струился по вискам, ноги ослабли, перед глазами появились черные точки, но я делал свое дело.
Чувствуя, как сердце застучало в ушах, я снова разозлился на самого себя. Как же я слаб! Одна‑единственная руна полностью опустошила меня. С этим надо что‑то делать.
Когда остался последний знак – связующий круг, я увидел, что сущность стала зыбкой, как дым или чернильные разводы. Она чувствовала приближение своей погибели.
Вдруг меня обдало холодом, и темная сущность начала плавно выплывать из тела девушки.
– Отойди подальше! – я оттолкнул Семена в сторону и из последних сил нарисовал круг.
Руна вспыхнула. Сущность нервно дернулась и начала испаряться. Последними остались черные провалы глаз, в которых мелькнул злобный огонек.
– Прощай, – прошептал я, дрожа от бессилия, и улыбнулся.
Сущность пропала, а ко мне полетел светящийся шар, который восполнил запас энергии, и стало лучше. Я с облегчением выдохнул и опустился на лавку.
– Как ты? – спросил Семен.
– Все хорошо. Помоги Алевтине одеться, – попросил я и, поднявшись, подошел к бочку с холодной водой.
Прохладная вода освежала и придавала сил. Я выпил целый ковш, умылся и только после этого подошел к девушке.
– Как ты себя чувствуешь?
Девушка пожала плечами, безучастным взглядом наблюдая за тем, как Семен застегивает пуговицы на ее платье.
– Ты что‑нибудь почувствовала? – не отступал я. – Может, было больно или
– Холод, – еле слышно ответила она. – Холода больше нет.
– Как давно ты чувствовала этот холод?
Алевтина пожала плечами, подняла с пола щенка Грома и вновь села на лавку. Пока в ее поведении ничего не изменилось. Интересно, это сущность явилась причиной ее душевного заболевания или просто подселилась в нездоровую девушку и питалась ее жизненными силами? Время покажет.
Но, что меня больше всего напрягло – кажется, подселенец обладал разумом и прекрасно понял, что его уничтожили. Его глаза до сих пор стояли передо мной.
– Волосы так и не расчесал, – сказал мне Семен и протянул гребешок.
– Да уж, не до того было, но хорошо, что ты об этом подумал. Если бы не ты, я бы не увидел сущность, – я забрал гребешок и снова подошел к Алевтине.
– Сущность? – глаза Семена округлились от страха, и он начал оглядываться. – Куда она подевалась?
– Я ее уничтожил.
Семен с облегчением выдохнул и продолжил заниматься своими делами, я же распутывал волосы девушки и заодно еще раз прошелся вторым зрением по затылку – ничего нет. С одной стороны, почувствовал облегчение, ведь смог избавить ее от вредителя. Но, с другой, было внутри какое‑то тревожное чувство. Пока не знаю, с чем оно связано. Однако я привык полагаться на интуицию, поэтому решил внимательнее следить за ней и тем, что происходит вокруг.
Ерофей лег спать раньше всех, мы же с Семеном и Алевтиной засиделись до позднего вечера. Я постоянно украдкой наблюдал за девушкой, но та вела себя точно так же, как и раньше: не участвовала в разговорах, со скучающим видом смотрела перед собой и медленно, нехотя ела.
– Завтра придется встать раньше обычного, чтобы успеть завтрак приготовить, – сказал Семен. – Решил пораньше пойти и спрятаться в дровянике своего соседа Кольки. Оттуда хорошо видно дверь нашего дома.
– Продолжаешь следить за мачехой?
– Я ее выведу на чистую воду, – кивнул он. – Что‑то она мутит. Ведь не просто так батю против меня настраивает. Еще и шляется где‑то целый день.
– Согласен.
Прислонившись к стене, я пил морс, который Семен сделал из клюквы. Вообще он рукастый парень и готовит хорошо, на месте мачехи я был бы рад такому помощнику. Но она как могла настраивала против парня не только своего мужа, но и меня. Зачем ей это?
– Только будь осторожен. Неизвестно, что она задумала, – предупредил я. – Проследи, но не высовывайся. Вместе потом подумаем, что делать.
– Хорошо. Спасибо, что не поверил ей, – улыбнулся он мне. – Я уж было подумал, что этой ведьме все так же верят, как и батя.
Я не стал говорить, что поначалу сомневался в том, кто из них говорит правду.