Снегирь и волк

Глава 20

Когда Гилмору доложили, что в замке маг, он не поверил. Поспешно направился в холл, велев позвать и Ансура. У основания лестницы замер черноволосый мужчина с тёмными глазами. Человек смотрел спокойно, без страха и заискивания. Родик, замещающий альфу во время отсутствия, учтиво произнёс:

— Дом Виттура приветствует тебя, чужестранец!

— Благодарю.

— С кем имею честь говорить?

— Наби Саният, маг-целитель, младший помощник придворного лекаря короля Леандра ╤╤.

— Из Ханорума? — Родик спустился к гостю.

— Вот грамота, подтверждающая мою личность, и разрешение на визит в ДРУЖЕСТВЕННЫЕ Ханоруму земли, — Саният протянул Гилмору бумаги и с поклоном встретил появление второго беты Рейнгольда Виттура: — Приветствую.

Шеремет кивнул в ответ:

— Альфа в отъезде. Нас не предупредили о вашем визите.

Маг улыбнулся:

— Ничего страшного. Я, по правде говоря, больше к своей пациентке — вашей подопечной.

— Пациентке? — Ансур задумался: что он не знает о здоровье Чёрной волчицы?

— Рик, — крикнул Родик слуге-полукровке. — Позови Полину.

Беты даже не подумали оставить мага и Чёрную волчицу наедине. Для вида поднялись по лестнице и оттуда наблюдали за происходящим в холле. В зал стремительно вошла молодая женщина, удивлённо глянула на мужскую фигуру и просияла:

— Наби!? Приехал-таки, факир-недоучка?! — волчица повисла у Санията на шее. — Фокусы покажешь?

Приятель чмокнул Полину в щёку:

— Легко! А потом ты мне фокусы покажешь.. левой рукой.

Волчица клацнула зубами, неосознанно потирая руку:

— Как узнал?

Целитель язвительно хохотнул:

— Так я ж факир, блин, недоучка! — но заметив погрустневшую оборотницу, уже куда добрее добавил: — Ладно, об этом потом, а пока.. Извини, конечно, что с опозданием, но.. Тада-та-дам!!! Поля, с днём рождения!

Мужчина достал небольшую коробку. Полина встрепенулась:

— Спасибо! А что там?

— Подожди, это надо в комплекте с другим подарком смотреть, — маг вытащил из сумки что-то похожее на кирпичи. — Это от Стаха с Яном.

— Кофе?! Глазам не верю! Наби, это кофе! — Полина пищала от восторга. — Господи, наконец-то! А то у меня уже ломка, как у героинщика.

— Не совсем тебя понял! Ну, да ладно! — отмахнулся Наби и достал из коробки какую-то штуковину: — Во-от! Я дарю тебе турку.

— Ух ты! — Полина вцепилась в заветный ковшик.

Целитель выжидающе наблюдал, пока оборотница со всех сторон рассматривала непонятную посудину:

— Похожа хоть немного? Мне её знакомый мастер делал по рисунку.

— Очень похожа! — женщина прижала к груди турку и упаковки молотого кофе. — Наби, пошли на кухню. Ты должен попробовать, что такое кофе.

— Ну, наконец-то! А я уж думал, так, не покормив, и восвояси отправите!

Беты подождали, пока шумная парочка выйдет через правый коридор. Родик скрестил руки на груди:

— У Снегиря был день рождения?

— Угу. Как-то некрасиво получилось, — Ансур скривился. — Живём вместе, а.. Этот лекаришка вон через три королевства припёрся!..

Ни Наби, ни Айне, к вящему огорчению Полины, кофе не оценили. Мужчина из вежливости допил до конца, заметив, что волчице так даже выгоднее: не надо ни с кем делиться. И они направились на третий этаж, в комнату оборотницы.

Реакция целителя на жильё подруги была откровенно матерной. Полина отмахнулась:

— Я уже привыкла, и меня всё устраивает.

— Тут от скуки подохнуть можно!

— Наби, тут можно подохнуть от чего угодно, но только не от скуки, — красноречиво усмехнулась волчица.

Мужчина кивнул ей на кровать, а сам сел на стул рядом:

— Я по гилайону заметил, что ты осторожничаешь с рукой. Показывай!

Женщина послушно сняла кофту и вытянулась на узкой кровати. Целитель приступил к осмотру.

Спустя минут двадцать Наби ругался так, что Родик, подслушивающий в коридоре, заслушался.

— Я даже не спрашиваю, сколько раз тебе выворачивали суставы! Я могу лишь догадываться о нагрузках по твоей мышечной массе! Я сам искренне удивлён, что кости выдержали это издевательство! Это вообще медицинское чудо! Но!.. У тебя надорвано сухожилие, конкретно так!.. Как терпишь — не пойму!

Полина в ответ протянула склянку с мазью Шеремета.

— И что теперь?

Саният понюхал лекарство, попробовал пальцами.

— А ничего! Терпела до этого? И сейчас потерпишь! — он поднялся со стула. — Так значит один из бет — врачеватель?.. Зови!

..Гилмор, заложив руки за спину, прохаживался в конце коридора. Сварн сидел на лестнице, замирая от каждого болезненного вопля.

Спустя три часа из Полининой комнаты вышел хмурый Ансур.

— Ну что там? — Родик изнывал от любопытства.

— Ты знал, что у неё левая рука по кусочкам собрана после капкана? А татушка не для красоты, а чтобы шрамы скрыть?

Гилмор длинно выругался. Ансур вздохнул:

— Вот и я не знал. Свою порцию пиз..ей от мага я уже выслушал. Сейчас будет твоя очередь.

Полина, вымученная лечением, только придремала, когда в комнату вошёл Каминский. Айне шикнула на мужчину:

— Чего тебе?

— А Поля?..

— Спит.

Чёрная приоткрыла глаза:

— Не сплю. Входи, Сварн.

Серый сочувственно глянул на бледную женщину:

— Даже не буду спрашивать, как ты. Вижу, что хреново.

— Можно и так сказать, — волчица чуть повернула голову набок. — Ничего, оклемаюсь, не в первый раз.

— Мы тут тебе подарок решили сделать, — Сварн выглянул в коридор. — Чтобы тебе веселее было, пока болеешь.

В комнату вошли Владий с Нарсием с огромной коробкой. Оборотница настороженно следила за ними:

— Это что?

— Телевизор.

— И не лишь бы какой, — встрял Рыжий волк. — Плоский экран, выход в Сейпонет.

Полина нахмурилась, наблюдая за уверенными действиями оборотней:

— Зачем всё это?

— С днём рождения, Снегирь! — Нарсий, не глядя на женщину, махнул рукой и вышел.

Владий смылся ещё раньше. Женщина глянула на Сварна:

— И что это за показательное выступление на тему всеобщей дружбы?

— Поля, так или иначе ты сейчас — наша. И живёшь с нами. А Белые оборотни очень трепетно относятся к семье.

— То-то я трепещу последние пару месяцев, — едко заметила оборотница.

— Не путай две вещи! Когда тебя альфа и беты дрючат за строптивость, приучая к порядку, — это одно, но если кто-то вздумает чморить тебя, просто потому что ты худая и слабая, — п..ц ему.

* * *