Чёрная смородина

— У тебя встреча через час с мэром Денты.

— Успею.

Он рывком поднялся с кресла. Я инстинктивно попятилась, впечатавшись в закрытую дверь.

— Куда? — оборотень схватил меня за волосы.

Я зашипела от боли, запрокидывая голову и хватая его за руки. Глаза Карнеро вспыхнули жадным огнем. А у меня внутри все похолодело: что он на этот раз придумал? Позвоночник обожгло, когда меня бросили на стол.

— Трахну тебя в рот. Давно собирался.

Услышав это, рванулась прочь, прекрасно понимая, что волк имеет в виду не обычный минет. Но Карнеро схватил мои плечи и припечатал к столу.

— Лежать!

Он, удерживая меня одной рукой, второй потянулся к ширинке, но расстегнуть не успел. Ругаясь отборным матом, оборотень оттолкнул меня, с отвращением глядя на свои грязные брюки: от страха и шока меня вырвало. Я сползла со стола на пол, где меня стошнило еще раз. Карнеро брезгливо поморщился и отступил на шаг.

— Уберешь здесь все к моему возвращению. Иначе заставлю языком вылизать.

И ушел.

Прислонившись к столу, сидела на полу, не в силах пошевелиться. Руки колотились от тремора. Я уже и забыла, когда он был в последний раз, наверное, еще в детстве. И вот вернулся.

Немного успокоившись, стала убирать, потому что Карнеро свою угрозу выполнит. Хотя бы для того, чтобы в очередной раз насладиться моим унижением. Было непросто: даже чужие рвотные спазмы вызывали у меня настоящую рвоту. А убрать блевотину, пусть собственную.. В общем, пока все вымыла, не помню сколько раз бегала в уборную. Желудок болел так, что я еле доползла до своей комнаты. Скрутившись, приходила в себя.

Нилс принес молоко и свежий хлеб.

Какая, к демонам, еда?! Тут еле дышишь!

Качнула головой:

— Убери.

Мужчина сочувственно вздохнул и ушел.

* * *

Я еще трепыхалась, еще пыталась отбиваться. Кричала Карнеро, что он уже отомстил, где сам, где с помощью моих бывших соотечественников, умывших руки и забывших про кровные связи и дружбу.

Помните, когда-то я говорила, что неплохо подкована в интимных вопросах? Так вот, оказывается, я ничего не знала про секс. Но лучше бы мне и дальше оставаться невежественной, чем просвещаться подобным образом. О подчинении женщин в постели я могла написать научную работу..

Дохлый котс, я еще шутить способна?! Значит, пока не сошла с ума!

А вот через три недели после памятного визита дяди и императорского советника я действительно думала, что больше не выдержу. Во второй половине дня неожиданно в поместье Карнеро прилетел Эрки Сетсоме. Уже по отсутствию улыбки на лице друга я догадалась, что с недобрыми вестями. Пока он говорил с альфой, я маялась в саду: тут было больше простора, и мои метания по дорожкам при большой фантазии можно было назвать прогулкой.

Увидев приближающегося некроманта, я пошла навстречу. Но узнав его спутника, споткнулась и замерла на месте.

— Лаки?

— Моя госпожа, — скелет склонил голову.

Нужно быть конченым психом, чтобы привести умертвие в стан оборотней! Я перевела растерянный взгляд на Эрки.

— Что это значит?

— Новый лорд Кхана принял решение вернуть Лаки в Грани.

— Как вернуть? Зачем? Лаки служит нашему дому семьсот лет!

Эрки отвернулся. Я и сама знала ответ: чтобы ничто не напоминала о прежних владельцах. Я не могла поверить. Жалобно всхлипнула:

— Оставь его, Эрки. Лаки хороший. Ты же знаешь! Он меня вырастил!

Некромант опустил голову, виновато отводя взгляд:

— Не могу, Люц. Я и так на многое пошел, чтобы вы могли проститься.

Краем глаза заметила волков на крыльце дома, которые с интересом наблюдали за происходящим. Не иначе пришли посмотреть на продолжение шоу «Унижение бывшей отступницы». Отвернулась и поджала губы, чтобы сдержать рыдания. Спустя пару минут, успокоившись, спросила:

— Кто будет проводить ритуал упокоения?

— Я, — Эрки говорил совсем тихо. — Это просьба Лаки.

— Когда?

— Сегодня на закате.

Я закусила губы до крови, но слезы сами текли из глаз. Посмотрела на верного слугу, у которого в грудной клетке не было ничего, но который любил меня самой нежной и трепетной любовью. И плевать на тех, кто говорит, что умертвия ничего не чувствуют. Лаки пальцем вытер слезу.

— Не плачьте. И не сердитесь на Эрки. А мне в Гранях будет хорошо. Лучше, чем в замке, в котором больше нет истинных Кхан.

Все! Не могу больше! К демону, что на меня смотрят! Я заплакала навзрыд, обнимая скелет. Лаки погладил меня по голове осторожно, чтобы волосы не зацепились за мелкие косточки.

— Моя маленькая госпожа, не плачьте.

Словно издалека донесся смеющийся голос Карнеро:

— Слышишь, Герв, может, оставить его?.. Кости пригодятся зубы стачивать.

Я не отреагировала на поддевку, смотрела на Лаки:

— Мы обязательно встретимся. Там, в Гранях, — поцеловала гладкий череп. — Жди меня. Я приду следом.

Не оглядываясь, ушла прочь от дома. Волчий смех резко оборвался.

Эрки и Лаки давно покинули поместье, а я до сих пор была в саду. Смотрела на заходящее солнце и крошилась на осколки. Я знала: с последним лучом Сетсоме начнет ритуал. Начертит пентаграмму на полу зала, зажжет свечи. Потом Лаки ляжет в центре пентаграммы..

«— Лаки, я так скучаю без мамы. Мне кажется, папа меня видеть не хочет, потому что я на нее похожа. Я больше не поеду на каникулы домой.

— А как же я, моя госпожа? Я же скучаю по вам!..»

..Лаки ляжет головой на восток. Эрки прочитает заклинание упокоения, совсем простое, короткое. Это забавно и даже смешно! Чтобы поднять мертвеца, нужно выполнить долгий, в несколько этапов ритуал, а чтобы упокоить, всего пара минут. Зеленый свет в глазницах погаснет. И магистр сожжет останки, чтобы больше никто не смог побеспокоить дух.

«Скелет сидит рядом со мной и костлявыми руками учит плести венки. Получается плохо и у него, и у меня.

— Я прямо вижу вас в красивом белом платье и таком веночке, никакой фаты не надо.

— Хочу фату! Из Мейдикраса (сказочная долина, место жительства фей — Прим. авт.), — капризно звенит детский голосок.

— Вот еще! — фыркает Лаки. — Фата из Мейдикраса может быть у любой невесты, а такие роскошные волосы — есть только у вас. Они словно золотое кружево! Истинное украшение женщины!

И угловатая девочка-подросток улыбается, впервые поверив в собственную привлекательность».

..Последний луч солнца, словно извиняясь, мазнул меня по щеке и исчез. Небо на закате горело багряными красками. Несмело вспыхнула первая звезда и спряталась за фиолетовой тучкой.. Сегодня я ненавидела закат.