Страница 75 из 159
— Посмотри, — женщина кивнула на монитор. — Этих дамочек он тоже любил. И теперь скажи, чем моя Дани лучше их?.. — Николь глянула на оборотня. — Молчишь? А я тебе скажу — ничем. Лачев — завсегдатай королевского дворца, вхож в лучшие дома Авреи-Десетры. Он привык, что рядом с ним вот такие породистые кобылки, которые знают как себя вести в любой ситуации, с кислотой вместо крови и единым богом по имени «Тренд»!..
Гилмор не выдержал и хохотнул. А Николь громко всхлипнула.
— А Дани.. Дани ещё совсем ребёнок! Ей кажется, что всё по-настоящему, но она быстро надоест этому магу.
Родик поджал губы.
— Может быть, он остепенился?..
Женщина истерично засмеялась:
— Такие, как Гораций Лачев, не меняются. Они всегда добиваются своего..
..Лачев сам не понял, как оказался в комнате Даниэль. Не помнил, когда разделась девушка. Или это он раздел её? Но они были в постели абсолютно голые. Мозг включился от громкого вздоха Даниэль, от ощущения её тела под собой. Девушка, закрыв глаза, сладко стонала, подставляя под мужские губы шею и грудь. Гораций посмотрел на призывно торчащие соски, чувствуя, как забурлила кровь, с удвоенной скоростью устремляясь по венам. Жадно облизал одну розовую вершинку, втянул её в рот, покусывал, посасывал. А пальцы тем временем крались всё ниже, пробегая невесомым ветерком по нежной коже. Мужчина даже не понял, гладкая она там или нет.. Почему-то всегда думал, что у Даниэль реденькие светлые волосики.. Пальцы нетерпеливо вторглись в складочки. Мокро. Горячо. Не сдержавшись, Гор осторожно проник внутрь, начал ритмично поглаживать, ощущая ответную дрожь девушки. Видел, как Даниэль раздвигает свои точёные ножки и нетерпеливо толкает его руку обратно, моля продолжать. И мужчина осмелел. Уже два пальца внутри. Растягивают, проникая глубоко, мощно, сильно, заставляя девушку то замирать в предвкушении, то выгибаться навстречу ему.. Гораций едва не кончил, когда рука Даниэль легла на член, сжала его и провела вверх, ласково поглаживая головку. И снова вниз.. вверх.. Мужчина захрипел от дикого возбуждения:
— Что же ты со мной делаешь?!
Девушка не ответила и, зазывно улыбаясь, толкнула его вниз. Гораций послушно пополз, проводя языком влажную дорожку по животу Даниэль. Закинул её ноги себе на плечи. Дрожал от нетерпения, мечтая попробовать свою девочку, как редчайшее лакомство.. И, наверное, только в этот момент понял, что что-то не так. Он не чувствовал вкуса! Точно помнил, что во время ласк его пальцы касались волос, а сейчас видел гладкую кожу с розовыми женскими губками.. как в заумных учебниках по анатомии. Гораций резко отпрянул от Даниэль и.. проснулся.
— Бл..!
Мужчина сел, вытирая мокрое от пота лицо. Сердце до сих пор колотилось как бешенное, а в паху мучительная тяжесть. Каждое движение — боль. Гораций прошлёпал босыми ногами в ванную, смывая непонятный сон. Не удержался от смешка, вспоминая особенно горячие моменты. Идиот! Какие пальцы внутри, если Данька девственница?!.. Посмеиваясь над собой, колдун прямо из-под крана попил холодной воды. В голове до сих пор шумело. Давно у него эротических снов не было. Хватало секса в реальной жизни. А теперь, видимо, придётся вспомнить юность..
Лачев вернулся в комнату, тоскливо глянул на сбитую постель, и понял, что спать не хочется вообще. Он пошёл вниз, решив скоротать время за любимым чаем и телевизором. Спустился по лестнице, сделал шаг по коридору и удивлённо обернулся на приоткрытые двери. Воры? Вряд ли! Нужно быть конченым самоубийцей, чтобы вломиться в дом главного ткача! Пирс забыл запереть? Тоже маловероятно! Оставалась.. Даня?
Мужчина бесшумно вышел на порог и почти сразу увидел девушку. Даниэль сидела на ступеньках, обхватив себя руками и, казалось, не замечала ничего вокруг.
— Даня? — осторожно позвал её Гораций.
Она вздрогнула, оборачиваясь к колдуну:
— Привет!
— Ты чего не спишь?
Девушка кивнула на ночное небо:
— Скоро Двулуние. Я плохо сплю в эти дни. Наверное, сказывается оборотничья кровь.
Лачев хмыкнул и присел рядом:
— На сырое мясо не тянет? А то в холодильнике есть, если что!
— Не смейся!
— Я же по-доброму подтруниваю. Не злись, — мужчина нахмурился, заметив босые ноги. — Иди ко мне, а то отморозишь.. хвостик.
Даниэль улыбнулась и тут же охнула, подхваченная сильными руками.
— Гор, это не..
— Всё прилично, Дань! — перебил тот. — Мы вместе! Мы пара! Поэтому обопрись на меня: тебе будет удобнее и теплее.
Девушка послушалась. Лачев даже удивился. Наверное, устала или действительно на неё так подействовали две круглые луны на небе. Колдун посмотрел вверх. До полного Двулуния оставалось ещё несколько дней. Ночи уже были удивительно светлыми. На его груди слабо шевельнулась Даниэль, показала пальчиком на меньшую сферу — Булангу:
— Ясноликая Сионаш!
Гораций сообразил, что она называет Луны их мира на лисий манер.
— А это? — он кивнул на большую сферу.
— Верный Шантерель, — девушка перехватила внимательный синий взгляд архимага и пояснила: — Прадедушка часто рассказывал мне эту легенду.
— Я бы тоже с удовольствием послушал.
Она кивнула, устроилась поудобнее, не замечая, как мужчина на секунду зажмурился, словно от боли, и начала рассказ.
.. Давным-давно в городе Золотых лис правил великий Синид. И была у него красавица дочь Сионаш. Слава о её мудрости и красоте разлетелась по всем королевствам, и многие приходили к Синиду просить дочь в жёны. Только сердце золотоволосой лисицы уже давно было отдано простому воину Шантерелю. Увидела как-то Сионаш из окон своих покоев прекрасного юношу и полюбила его всем сердцем, ни о ком больше не помышляла. И Шантерель не остался равнодушным к прекрасной деве. Приходил под её окна, и сердце храброго воина замирало, когда за тонкой тканью он замечал девичий силуэт. Однажды, возвращаясь домой, Шантерель увидел лису. И не поверил глазам, когда узнал Сионаш. Над зелёными травами пробегал ветер и, обгоняя его, бежали две лисы. Два огня, два солнца, два пылающих сердца! Видел ли ты, каким ласковым может быть зверь? Как умеет он любить? Как поёт его душа, когда любимая рядом? Не было в мире счастливее этих двоих, обретших свою половину. Но узнал об этой любви Синид и воспылал гневом: не о такой паре он мечтал для единственной дочери. Вождь лис отослал Шантереля в далёкие земли, где бесчинствовали разбойники. Горько плакала Сионаш, но отец был непреклонен. Прощаясь со своим любимым, лиса подарила ему волшебные часы и сказала: