Страница 81 из 127
— Поздравляю, у вас будет мальчик.
Сказано это было в основном будущему отцу, напряжённо следившему за обследованием. А Калина слушала, как бьётся крохотное сердечко, и была уверена, что это самый совершенный звук в мире. Наблюдающий кошку гинеколог просмотрела результаты анализов, недавнего ультразвукового исследования и немного нахмурилась:
— Анализы в целом неплохие, только гемоглобин низкий.
— Это плохо, Лилиан?
— Такое бывает, — уклончиво ответила лекарь. — Будем поднимать. Сейчас скорректируем ваш рацион питания и пропьём курс специальных препаратов..
После известия о сыне, Виджея распирало от гордости. Такого восторга и чисто мужского триумфа он давно не испытывал. На губы сама собой наползала широкая улыбка. Первые минуты он вообще мало что соображал, потому что одно депо надеяться на это, а другое — точно знать, видеть своего СЫНА. Только когда на глаза попалась аптечная вывеска, тигр вспомнил о рекомендациях лекаря и свернул в нужном направлении.
— Калина, тебе какие витамины покупать: со вкусом малины или клубники?
— Клубники.
Оборотень протянул жене яркую коробочку.
— Помнишь, как их принимать?
— Помню. Жевать и не глотать.
Женщина засунула в рот красную желейную капсулку. Виджей не сдержал улыбку, наблюдая, как она поморщилась.
— Неужели невкусно?
— На, попробуй!
И он взял.
— Ну как? — спросила кошка через минуту.
— Вкусно.
Калина выгнула бровь:
— А если честно?
— Г..вно, — тихо признался тигр.
Оборотница прыснула и мечтательно протянула:
— Эх, сейчас бы свежей клубники!
— Можно купить в магазине.
— Тепличная клубника — это не то!
— Согласен. Самая вкусная ягода созревает на своём участке.
И тут кошка хитро прищурилась.
— Нет, самая вкусная клубника — ворованная.
— Что? — Виджей изумлённо уставился на жену.
Та искоса глянула на него:
— ОЙ, только не говори, что мальчишкой не лазил к соседям! — потом задумалась.
Хотя какие в твоём поместье огороды? У вас же газоны!..
Альфа хмыкнул:
— Положим, газона у нас тогда ещё не было, и клубнику в Степи мало кто выращивал. А вот за персиками и абрикосами мы в посёлок ходили. Но ладно я, а ты-то как умудрилась? — он внимательно посмотрел на посмеивающуюся кошку. — Хотя.. Я могу представить тебя с другими ликоями в чужом огороде. Кроме Насти, конечно: она у вас правильная от ушей до кончика хвоста.
— Мы её раз взяли с собой и зареклись, — призналась оборотница.
— Почему?
— Пока мы с Ильёй и Владом Зеленским чистили грядку, она стояла с ромашкой в руках и гадала «поймают — не поймают»! Вроде не мешала, но бесила конкретно!
Виджей засмеялся. Настроение было отличное. Радовало и известие о сыне, и довольное личико кошки. Она не шарахалась от него, шла рядом, делясь детскими воспоминаниями. Мужчина уже собирался пригласить оборотницу на ужин в тот самый зачиним, когда до его слуха долетели громкие голоса и крики.
В фойе клиники царила суматоха. Все толпились вокруг каталки, на которой лежала невысокая девушка. Бедняжка была вся в крови и в разодранной одежде. Перед эльфой расступились все. Тигр окинул взглядом раны и мгновенно посерьёзнел.
— Что случилось?
Ответил молодой мужчина с окровавленными руками.
— Тёмный тигр на девочку напал. Мы с парнями с тренировки шли через дворы, тут недалеко, а там шум.. В общем, отбили девчонку, но похоже, что поздно..
Оборотень смолк, с сомнением глядя на залитое кровью тельце. Виджей боковым зрением заметил рядом рыжеватую шевелюру.
— Такая маленькая, — ахнула Калина. — Ей же лет пятнадцать всего!
Тандекар повернулся к жене:
— Вызови сюда Рустама.
А сам направился следом за лекарями. Калина выполнила просьбу и присела на скамейку. Рядом суетилась медсестра, предлагая фири-гахум пройти в свободный кабинет, но та отказалась. Наконец в центре появился Рустам Найгас. Он поговорил с парнями, спасшими девочку, и отправил на место нападения ханов.
— Ну как вы, фири? — бета подошёл к кошке.
— Я нормально. А вот как девочка?
— Их перевезли в нормальную лечебницу. Нечего тут будущих мамочек пугать, — сообщил бета и предложил: — Вас домой подвезти?
— Нет, полетели к Виджею.
— Фири!..
— Не начинай, Рустам! — оборотница решительно промаршировала мимо тигра.
Найгас весепо усмехнулся:
— Как скажите, фири-гахум!
Вскоре им стало не до веселья. В лечебницу прибежала мать девочки, и от её криков у всех разрывалось сердце. И лекари не спешили с утешительными прогнозами. Калина понимала, что шансов выжить у девочки мало. Сама охотилась, знала, как нападать, чтобы жертва погибла с первого удара. А тёмные оборотни больше звери, чем люди. Наверное, Виджей тоже об этом думал, поэтому сейчас находился в лечебном блоке. Пострадавшая была тигрицей, и кровь её истинного вожака могла помочь. Если тяжело раненому оборотню дать несколько глотков альфийской крови, шансы выжить увеличатся в несколько раз.
Найгас шикнул на убивающуюся мать:
— Села и молчишь! Голосит она! Толку теперь.. Смотреть за дочкой надо было!
Сколько предупреждать можно?!
Женщина зашлась в беззвучных рыданиях. Калине стало жалко оборотницу, она присела рядом.
— Держитесь! Там альфа, он попробует помочь вашей дочери.
Она слышала приглушённые голоса. В лечебный бокс то входили, то выходили лекари. И у всех вместо лиц застывшие маски. Не понять ничего! Один раз дверь открылась шире, и кошка увидела мужа, склонившегося над девочкой. Альфа зализывал рваные раны на теле маленькой оборотницы.
Прошло больше часа. Женщина по-прежнему была в лечебнице, хотя ханы предлагали отвезти домой.
— Я дождусь мужа, — твердила она.
Виджей вышел из бокса часа через два. Заметил Калину и заплаканную тигрицу.
— Иди к дочери.
— Тесс?..
— Всё обошлось. Девочка будет жить.
— Спасибо! Спасибо, альфа..
— Иди! — оборвал оборотень женщину. — Там ты нужнее.
Тигрица, всхлипнув, побежала к дочери. Мужчина присел рядом с Калиной.
— Ждёшь?
— Жду. С девочкой правда всё хорошо?.. Она так жутко выглядела..
— Выживет.. Дурочка безголовая_ Сколько ни учи детей не доверять чужакам, они всё равно верят.
Женщина грустно улыбнулась:
— Дети наивные, Виджей. Чистые и доверчивые. Они привыкли полагаться на взрослых, на родителей, на бабушек, дедушек. Это не плохо. Плохо, что тварей. которые этим пользуются, всё больше.
Тигр промолчал, только устало сгорбился, опираясь руками на колени. Калина с тревогой смотрела на него: