Страница 112 из 127
Перепуганный Мурали вызвал Рустама. Тот явился сразу же и присел рядом
— Калина!
Оборотница подняла глаза на Найгаса. Тигр гулко сглотнул. В глазах женщины зияла бездна.
— Кали, он любит тебя. Только тебя! Помни это!
Мурали тихо шепнул:
— Она третий день не ест ни хрена! Снег лижет и всё!
— Калина! — Рустам запустил пальцы в волосы. — Если с тобой что-то случится, нам с
Муриком не жить! Нам же лучше тогда самим в пропасть сигануты! Пожалей ты нас!
Он же не помилует!
Кошка промолчала, а ночью ушла в глубокую. безлюдную Степь.
— За что?! — кричала она в тёмное небо. — За что ты не дал мне стать матерью?!
И рыдала, царапая мёрзлую землю. Потому что знала ответ: за то, что однажды хотела убить своего ребёнка.
Беты ходили в сотне метров, наблюдая эту агонию.
— Может, Джея позвать? — Чанд отвернулся. не в силах смотреть на кошку.
— Нет, — Рустам опустил голову. — Он сюда сорвётся. Пусть делает то. ради чего это всё затевалось. А Калина.. будем приглядывать.
Они смотрели на неподвижную скрюченную фигурку, на которую падал белый снег.
Оборотница не чувствовала ничего. Ни холода, ни голода. Всё заслонила другая боль..
Когда Рустам поднял её с земли, даже не дёрнулась.
— Всё закончилось. Полетели домой, девочка.
— В Паг-Авит, — прошепестела она белыми губами.
— Кали, давай в вашу квартирку! Там чистенько, тёпленько. Я пожрать приготовлю. а? — Найгас чуть не плакал, глядя на то, что было у него на руках.
— В Паг-Авит.
И он перестал спорить, согласно кивнул.
— Как скажешь.
Виджей ушёл сразу, как только стало понятно, что течка у Леи закончилась. Хотя та ещё ластилась, тёрлась об него. Он аккуратно высвободился из тонких рук и пошёл в дом. Смыть с себя чужой запах. Вернуть аромат солнца и мёда. Оборотень соврал бы, если бы сказал, что юное тело Леи его не возбудило. Но это был чисто мужской интерес. Один секс, без эмоций, без чувств. Как когда-то в молодости. когда на утро не помнил имя той, с кем провёл ночь. Тигр был рад, что это наконец произошло и не будет висеть над ним и Калиной.
Мужчина нахмурился, когда Рус доложил, что кошка в Паг-Авите. Для него вообще неожиданностью стало, что она узнала о течке леопардицы. Он не хотел этого.
Тигру казалось, что Калине было бы легче, узнай она об уже свершившемся событии. Но беты докладывали, что всё в порядке. И его кошка держится с честью.
Альфа полетел в Паг-Авит. Ему нужно было увидеться с женой. Убедиться, что с ней всё в порядке. И чтобы она убедилась, что ничего не изменилось, и он по-прежнему любит только её. Тандекар видел светлый прямоугольник окна. Несмотря на ранний час, его кошка уже не спала. Он позвонил в домофон.
— Кали, это я! — постарался говорить беззаботно, как будто вернулся домой с работы.
— Заходи.
Он вошёл в квартиру, с интересом огляделся. Да. современно, модно, но ещё необжито. Видно, кошке было не до этого. Мужчина вошёл в просторную кухню.
— Ну и погодка! У нас такая метель! А здесь, в столице, тихо!
— Да, у нас тихо, — эхом откликнулась женщина, заваривая чай.
— Что у тебя с голосом?
Виджей обнял её за плечи, повернул к себе и отшатнулся.
— Котёнок..
Мужчина побелел. Это была тень его Калины. Огромные погасшие глаза. Впалые щёки. Обветренные, потрескавшиеся губы. И вся она какая-то неживая, чужая..
Значит, беты врали, что всё хорошо!
— Я убью их! — тигр притянул женщину к себе. — Кали, любимая моя!
Но она выкрутилась из его рук.
— Нет! Не подходи!
— Калина?.. — выдохнул Виджей.
Она покачала головой и просипела сорванным горлом.
— Это оказалось труднее, чем я думала. Дай мне время.
— Не надо! Не отталкивай меня! Пожалуйста! Чем дольше ты будешь шарахаться меня, тем труднее потом будет сделать шаг навстречу.
Альфа протянул руки, а кошка попятилась, не сводя с него дикого взгляда.
Зацепилась за табурет. Пытаясь удержаться, ухватилась за край шкафчика, но не рассчитала и столкнула поднос. Вздрогнули оба. Калина схватилась за горло, растерянно глядя на разбитый кувшин и лужу на полу.
Тигр криво усмехнулся.
— А я ведь говорил!.. Я ведь знал'!.. Дурак. Какой же я дурак. Знал же, что ты не справишься!
Кошка не спорила. Отрешённо разглядывала разлетевшиеся осколки.
— Ты босой.. Я сейчас уберу стекло.
Виджей молчал, опустив голову, пока она суетилась рядом, собирая острые осколки, вытирала разлившуюся воду. Очнулся от безликого:
— Завтрак на столе.
Калина проскользнула мимо так, чтобы не коснуться его. Стояла в коридоре и беззвучно плакала. Вздрогнула, когда из кухни раздался грохот. Альфа в сердцах маханул всё со стола на пол:
— Завтрак, бл. ды? Да нах. й он мне?!
Кошка подхватила куртку и сумочку.
— Будешь уходить, захлопни дверь.
Уже через час Тандекар знал, что Калина полетела на остров Гаса. Он вернулся домой. Рустам с избитой физиономией топтался у двери.
— ..Она сняла бунгало на неделю. Я отправил туда парочку ханов. Они присмотрят.
— Пошёл вон отсюда.
Виджей даже не посмотрел на лучшего друга. Сейчас по ментальной связи альфа знал, что происходило с Калиной эту неделю, пока он трахал Лею. И даже получал удовольствие. Урод! Бл. дь! Какой же он урод!.. Он был противен сам себе!
Тандекар с небольшой сумкой в руках выбежал на улицу. И неожиданно натолкнулся на Лею. Та с милой улыбкой шагнула к нему.
— Привет!
— Тебе чего?
— У тебя красивый дом, Виджей. Мне он очень нравится!
— Ты что, не поняла, что я тебе сказал?.. Для тебя я альфа и только альфа. Ясно? В доме чтобы духу твоего не было!
Оборотница затравленно кивнула, обхватывая себя руками.
— Вы уходите?
— Не твоё дело!
Тандекар понимал, что зря срывается на девчонке. Не её вина. Это они искали леопардицу. Но бл. дь! Как же было погано!
Он три дня ждал Калину в квартире в Паг-Авите. Писал ей сообщения. Звонил.
Кошка отвечала на вызов, но молчала. Говорил Виджей. Как сильно любит. Как она ему нужна. Гассказывал все, что вспоминалось за их совместную жизнь. А воспоминаний было много! На четвёртый день не выдержал, полетел к ней.
Тандекар тихонько вошёл в бунгало. Да его и не услышал бы никто из-за свиста ветра. Таэльское море зимой было пугающим. Калина сидела за столом. На скрип двери вскинула голову. Взгляд уставший, измученный.. как и у него. Виджей присел на пол рядом, обхватил жену, уткнувшись в её колени. Оборотница видела, как напряжены его плечи.