Страница 91 из 128
Глава 23
Из большого зала с панорамными окнами людям и оборотням пришлось перейти в обычный кабинет с длинным столом и раздражающе яркими, белыми светильниками под потолком. Кошка то и дело взволнованно поглядывала на двери, ожидая тигра. Но Беренгар Арлаг присел рядом и отрицательно качнул головой.
— Он сейчас разбирается с магами.
Девушка напряглась, вспоминая кровь на полу и крики боли, вспышки заклинаний и запах озона в воздухе. Волк успокаивающе погладил её по руке.
— Не переживай. Всё будет хорошо.
А магпуты с Калины всё-таки сняли. И теперь кошка сидела за столом не как опасная преступница — на безопасном расстоянии и в сдерживающем магическом кольце — а на равных правах с остальными. И разговаривали с ней по-другому. Даже атмосфера в помещении поменялась.
Только через какое-то время оборотница сообразила, что, меняя формулировки, ей часто задавали одни и те же вопросы, надеясь поймать на обмане, но судя по хмурым физиономиям, не удалось. В тишине жалобно заурчал пустой желудок. Девушка покраснела.
— Извините!
От предложенной еды она отказалась, мечтая скорее выбраться из Управления. Кошка не знала, который сейчас час и сколько она уже находится здесь. А спрашивать у Сторожей не решалась. Они и так недобро поглядывали на неё. Пока маги допрашивали оборотницу, Светлые стражи на Земле проверяли её показания. Вернувшись, засыпали очередной порцией вопросов.
И в этот момент появился Рейнгольд Виттур.
— Меня попросил прилететь Беренгар Арлаг. Я так понимаю, случилось что-то исключительное, если позвали меня?
Атмосфера в кабинете понизилась на несколько градусов. Сильнейший волк-менталист заставил нервничать всех. Маг, заменивший главу Управления, ввёл вожака Белой стаи в курс дела.
— Хм! А позвать её кровного альфу у вас ума не хватило?! — менталист насмешливо глянул на собравшихся.
— Кровный альфа Калины Ратомской — её родной дядя, — пояснил своё решение Арлаг. — Дабы избежать обвинений в необъективности и предвзятости, лучше проверь ты, Рейнгольд.
Виттур понимающе усмехнулся. Беренгар непросто так ещё раз всем напомнил, что Калина — высокоранговый оборотень. Маги закопошились. Да и Светлые стражи обменялись выразительными взглядами. Волк подошёл к кошке. Девушка побледнела, глядя, как меняются его глаза: из бледно-голубых становятся лазоревыми. Неприятное давление в голове заставило поморщиться. Захотелось продышаться. Сквозь шум в ушах оборотница услышала:
— Она говорит правду.
И вот тут оживилась гости Изначального мира.
— Тем не менее были убиты два стража! В этом пусть косвенная, но вина кошки! Мы требуем справедливого наказания!
Поднялась Белая волчица, прилетевшая с Виттуром.
— Встречная претензия. Светлые стражи нарушили закон. Применение каких-либо артефактов к задержанным, парализованным волшебной манной, строжайше запрещено, — оборотница выгнула бровь. — Остаётся только догадываться, сколько наших сородичей, не по своей воле попавших в Изначальный мир, были убиты без надлежащего разбирательства. Калина Ратомская — наглядный пример этому!
Один из землян неприязненно покосился на девушку с платиновыми волосами.
— Соммер Шеремет!
— Эдуард Никольский! — не осталась в долгу оборотница.
Было видно, что эти двое давно знают друг друга, но приятельскими их отношения не назвал бы никто. Белая волчица лучше владела своими эмоциями. И когда Светлый страж подался вперёд, собираясь сказать какую-то колкость, вмешался один из его товарищей. Очень высокий рослый мужчина поднялся со своего места и подошёл к кошке. Несмотря на устрашающую внешность, угрозы от него Калина не чувствовала.
— Вы говорили, что вас приняла семья важного человека. Как его фамилия?
Девушка замотала головой.
— Я не хотела бы вмешивать их. Эти люди помогли мне! Они ничего не знают, — она глянула на магов. — Вы же подтвердили это!
Те кивнули и передали документы землянам. Страж мягко улыбнулся.
— Нам приятно видеть такое переживание за наших земляков. И всё же!
Кошка выдохнула.
— Михаил Серганов.
Мужчина удивлённо уставился на неё.
— Серый?!
— Да, это его кличка.
Стражей перекосило, как будто их заставили съесть пару лимонов без сахара. Только один человек сохранил невозмутимый вид. Ещё нестарый мужчина, но с уже седыми волосами, вопросительно уставился на здоровяка рядом с кошкой.
— Стас?.. Есть проблемы?
Мужчины говорили на русском, и Калина прекрасно понимала их. Она опустила голову, пряча усмешку. Михаил Серганов не та фигура, которую можно легко сбросить со счетов. И зачистку тут так просто не проведёшь: Денис Лебедев не подпустит к шефу. Или это будет очень кровавый путь для всех.
— Подобная ситуация на моей памяти впервые, — один из магов тряхнул головой. — Никогда оборотни так долго не жили на Земле. Вы понимаете, сколько людей уже связаны с кошкой? — он посмотрел на Стражей. — На работе! Соседи дома! Друзья! Знакомые! Люди, живущие в одном подъезде, которые привыкли видеть её каждый день!
Калина очень переживала, она не хотела больше крови. Девушка посмотрела на улыбчивого стража, безошибочно признав в нём главного.
— Я хотела бы ходатайствовать в защиту этих людей, — она с мольбой смотрела на хмурых задумавшихся мужчин. — Я скрывала свою сущность ото всех. Они не знали о моей природе и только хотели помочь человеку, попавшему в беду.
— Заверяю вас, фироне, им ничего не грозит, — успокоил тот самый седой человек.
Маги добавили.
— Менталисты внушат им, что вы помирились с семьёй и вернулись домой.
— А квартира? Мои вещи?..
— Квартира съёмная? — уточнил Никольский.
Калина кивнула.
— Да.
— Сообщим хозяевам, что вы освободили жилплощадь раньше времени. Ваши вещи собраны. И я настоятельно рекомендовал бы избавиться от них..
Люди ещё немного посовещались, и наконец заместитель главы Управления межмирового правопорядка и контроля вынес решение.
— Оправдана!
Беренгар вывел девушку в фойе.
— Всё, кошка! Выпутались! Подождём Виджея — и домой!
В этот момент Калина заметила Валерия Ратомского. Ликой шёл к ней, бледный, взволнованный. Девушка побежала ему навстречу.
— Дядя!
Мужчина подхватил племянницу и прижал к своей груди.
— Девочка моя! Как же я рад!
Она чувствовала, как колотится его сердце, выдавая сильные эмоции.
— Я так скучала! Как вы?
— Ой! Не спрашивай! Тося твою тётку отпаивает. Анна, как узнала, что ты живая, в себя прийти не может от счастья!