Страница 126 из 128
— Ну да! Это тебе не танелер и не рыбка. Что есть, то и ешь! А то посажу в подвал на ночь, будешь мышей и крыс ловить! — Рустам хохотнул, довольный собственной шуткой. — Всё равно потом ничего не вспомнишь!
Кошка плавно спрыгнула на пол и выбежала из комнаты. Найгас выхватил звенящий гилайон.
— Джей?.. Ну, наконец-то! — он выслушал приказ и кивнул: — Уже вылетаю.
..Виджей и Рустам вернулись в поместье утром. Альфа шёл по дорожке и отдавал распоряжения своему бете.
— Встретим демона в Иринге и отвезём его к Луке. Ты останешься с ними в городе и будешь держать меня в курсе дела.
— Понял.. Бл. дь!
Найгас шагнул на ступеньки и грубо выругался. На пороге в аккуратный рядок лежали четыре задушенные мыши, а рядом с невозмутимым видом сидела кошка.
— Значит, понимаешь, что тебе говорят? — насупился тигр. — Хор-р-рошо!!!
Тандекар засмеялся, подхватил оборотницу и прижал к себе.
— Привет, маленькая!
Кошка тихо муркнула, потираясь мордочкой о его подбородок.
— О, да! Ты молодец! Охотница! — похвалил её Виджей.
Рустам спрятал улыбку, наблюдая за ними. Стоило оборотням скрыться за дверями, бета брезгливо глянул на серые комочки.
— Прем! — позвал он и ткнул пальцем в мышей: — Вот!
Дворецкий выгнул бровь.
— И что мне с ними делать?
— Что хочешь! Хочешь — съешь, хочешь — краду устрой!.. Только убери их отсюда!!! — и бета почти бегом скрылся в доме.
На Литу позвонил Ян Грис. После короткого обмена поздравлениями волк спросил:
— Я слышал, к вам демон пожаловал?
— Да. Сидят в лечцентре со Станевым и Зарецким. Ещё несколько лекарей из столицы прилетело.
— Раньше ты не был таким терпимым к магам, — удивился Грис.
— Раньше у меня не было столько слепых оборотней! — резонно заметил тигр.
— Есть какие-то подвижки?
— Пока рано говорить. Прошло мало времени.
Ян Грис понимающе кивнул, потом поинтересовался.
— Как Калина?
Мужчина глянул на кошку, играющую с мячиком.
— По-прежнему.
— Не за горами Двулуние, — напомнил волк.
— Если бы ты знал, как я его жду! — простонал Виджей.
..
В медовых глазах кошки отражались две круглые луны. Калина волновалась, что-то тревожило её, не давало покоя. Оборотница громко мяукала, непонимающе поглядывая на хозяина.
Они были в саду. Мужчина поставил кошку на тёплые доски, где она так любила греться на солнышке. Калина ткнулась носом в дерево, тщательно обнюхивая поверхность. А Виджей отошёл на несколько шагов и перекинулся в тигра. Кошка, заметив полосатого зверя, зашипела. Но тигр спокойно лёг и отвернулся. Оборотница бегала неподалёку, не понимая, куда делся хозяин? Запах же его остался!.. Посмотрела на большого зверя, который заставлял её волноваться и бояться. Но он не предпринимал никаких действий. Кошка замерла, наблюдая, как тигр поднимается.. Хозяин?!
— Мяу!
Она подбежала к мужчине, ласково потёрлась о его ноги. Виджей присел.
— Кали! Котёнок! Услышь меня!..
— Мяу!
Оборотница ластилась к хозяину, не понимая, почему он злится. Успокоилась, только когда мужчина почесал её за ушком. Потом заметила неподалёку чужого кота. Кошка занервничала, чувствуя давление. С другой стороны подходил лев. Калина предупреждающе зашипела, прижимаясь спиной к хозяину. И тут же отскочила, увидев тигра. Но запах родной! Свой! Она жалобно мяукнула. Начала болеть голова. Чего-то хотелось. А чего — непонятно! Что-то давило, тянуло вверх. Кошка глянула на небо.. Вздрогнула от боли в лапках и спине. Ледяные когти страха вспороли мозг, напоминая о пережитых мучениях. И тут же всё исчезло, растворившись в изменчивых воспоминаниях. Оборотница встряхнулась и посмотрела на кота. Тот заурчал, глядя ей в глаза. И вот там образ размывался: сквозь кошачью морду проступали человеческие черты. Кошка заметалась, нервно забила хвостом по настилу, а потом сиганула в траву. Холодная роса принесла долгожданное облегчение. Но бежать было трудно, какая-то сила не пускала. Калина задыхалась, но пробиралась по траве всё дальше и дальше от зверей..
Виджей позвал её. Взял на руки. Кошка не могла успокоиться, нервничала, вырывалась, особенно когда увидела волка. Она угрожающе зарычала, но быстро затихла. Было плохо! Что-то мучило! Давило. Причём изнутри. Распирало, как бы убого это ни звучало! Оборотница тёрлась головой об хозяина, но это не приносило облегчения.
Прошло часа три. Буланлаки и Буланга ярко светили на небе, хорошо освещая сад и происходящее в нём. Полукругом замерли оборотни, все альфы: Элкади, Ратомский, Грис. А напротив них стоял Тандекар, и на его руках по-прежнему была кошка. Ян коротко, но ёмко выругался.
— Думаете, это конец?.. Необратимо?
Сабир скрипнул зубами.
— Не знаю. Я о таком не слышал.
Время шло. Оборотница успокоилась после того, как хозяин унёс её подальше от больших, сильных зверей. Оказавшись на траве, кошка принялась вылизываться. А потом увидела его. К ней шёл ещё один зверь.. Длинные стройные лапы, золотистая шкура с чёрными пятнами и яркие зелёные глаза. Они смотрели на кошку и словно вынимали душу, вытаскивали наружу..
Холодные глиняные стены, прыгающие тени в тусклом свете фонаря..
Оборотница прижалась к земле и зашипела.
Два похожих силуэта движутся к ней, и в глазах их — смерть!
Леопард медленно приближался. И вдруг прыжок! Пардус навис над кошкой, давя своей силой. Угрожающе зарычал, демонстрируя огромные клыки.
Первобытный ужас проник в каждую клеточку маленького тела и вырвался воплем!
— Джей!!!
— Калина! — Тандекар побежал к девушке. — Я здесь! Любимая моя!
Она, слепая от страха, кинулась на его голос, повисла на мужчине, прячась, спасаясь от надвигающейся смерти.
— Получилось!!! — орали Элкади и Грис.
Калина лежала на руках тигра и широко распахнутыми глазами смотрела на небо.
— Двулуние?
— Двулуние.. — Виджей бережно держал дрожащую оборотницу.
Грис переглянулся с Элкади и Ратомским, подошёл к Хадрами и протянул руку.
— Инсар, не поверишь! Впервые в жизни с чистой совестью говорю: «Как же я рад тебя видеть, пёсий ты сын!»
Рядом смеялись оборотни. А пардус, не отрываясь, смотрел на обнявшуюся пару.
Виджей чувствовал, как Калина тянется к нему, не хочет отпускать.
— Ты дрожишь вся! Не бойся! Уже всё позади. Тебя никто не тронет!
— Они там! И Лея!
— Котёнок мой, прошло три месяца. Лею с братьями мы давно убили.
Оборотница неуверенно посмотрела на альфу.
— Я опять всё забыла?