Страница 10 из 128
— Нет. Ничего особенного эта Лина не делает. Она почти всё время проводит с Сашей. Учит язык, сидит в Интернете, — и тут же успокоил шефа. — Там всё чисто: мы проверяем. Школьные сайты какие-то. То история, то география с астрономией.. Даже странно для девчонки её возраста. Лину не интересуют соцсети с их лайками. Она шарится на познавательных каналах.. Ночью спит, а если не спит, то плачет.
— Плачет? — Михаил Владимирович повернулся к мужчине.
— Угу, сам сначала не поверил. Потом по камере посмотрел. Точно! Сидит на подоконнике и ревёт.
— И чего плачет?
— Не знаю, Миша, — Лебедев неуютно повёл плечами. — Говорю же, странная она. Не в смысле мошенница или воровка. Таких я за версту чую.. Но — ты заметил? — Лина не реагирует на тебя и твою власть, на богатый дом и снующих туда-сюда слуг! Словно для неё это в порядке вещей!
— .. И у неё в той, прошлой жизни всё это было?
— Может, и было. Девчонка-то вылизанная, холёная, трудом не изморенная, — безопасник перевёл взгляд на девушку за окном.
— Чего же тогда она сбежала от хорошей жизни?
— Откуда мне знать? Были мысли, что бывший муж — мудак. Тогда чего плачет? Радоваться надо, что вырвалась!
— А может у неё там дети? — предположил Серганов.
— Думаешь, она оставила бы своего ребёнка?
— А если заставили? Отобрали? — Михаил Владимирович озадаченно нахмурился.
— Тогда зачем ей сбегать? Имя менять, чтобы не нашли? Наоборот, рядом должна быть! — тут же возразил Денис.
Они ещё некоторое время наблюдали за девушками. Лина что-то показывала Сашке, говорила, а та смеялась, прикрывая рот ладошкой. Не раз битые жизнью, мужчины не верили в человеческую доброту и бескорыстие. Им проще было думать, что у рыжеволосой девушки есть свои тайные цели, чем то, что она искренне хочет помочь. Так не бывает!..
Серганов очнулся от своих мыслей, когда тлеющая сигарета обожгла пальцы. Тихо чертыхнулся.
— Кстати, документы готовы! — между делом доложил Лебедев.
— Что ж.. пойдём порадуем девочек.
Мужчины спустились вниз, разговаривая о текущих делах, и услышали звонкие голоса. Девушки как раз вернулись в дом. Лина ловко вкатила кресло в холл. А Саша в это время успокаивала свою сиделку.
— Ниночка Васильевна, не накручивайте себя! Никто не собирается прогонять вас! Мы просто с Линой хотели посекретничать!
Женщина виновато поглядывала на своего работодателя. Серганов взмахом руки велел ей идти вниз, где находились другие слуги.
— Ступайте, Нина Васильевна. После обеда вас позовут, — он повернулся к дочери. — Как погуляли?
— На улице так жарко! — Саша обмахивалась тонкими руками.
Оборотница помалкивала. Она легче переносила земную духоту. На Гебе лето было горячее.
— А ты, Лина? Как твоё настроение?
Девушка настороженно посмотрела на мужчину. Он впервые к ней обратился после случившегося ночью в подвале. За завтраком Серганов не сказал гостье и пары фраз. Оборотница растянула губы в вежливой улыбке.
— Всё хорошо, дядя Миша. Саша права: на улице очень душно.
— И парит! — добавила подруга.
— Это к грозе, — предрёк Лебедев.
— Но мы аппетит нагуляли, — улыбнулась Сашка, поглаживая впалый живот.
У Серганова дрогнули уголки губ.
— Тогда мойте руки и в столовую. Пора обедать.
Лина хмыкнула. В чём-то Михаил Владимирович был похож на её дядю. Тот тоже настаивал на совместных трапезах, полагая, что это укрепляет родственные связи.
Во время обеда мужчина заметил, глядя на дочь:
— Ты сегодня рано закончила процедуры.
— Да, я постаралась, — Саша переглянулась с подругой. — Хотела показать Лине парк.
Сергановы посмотрели на молчаливую девушку. Та отложила ложку и вежливо заметила:
— У вас красивый парк. Всё очень удачно спланировано!.. Я не ожидала увидеть такое бережное отношение к традициям.
Саша пояснила отцу:
— Я показала Лине вишню, которую ты посадил, когда я родилась.
— Ностальгирую порой, — Михаил Владимирович понимающе кивнул и протянул оборотнице маленькую тонкую книжечку: — А у меня подарок для тебя, Лина.
— Что это?
Кошка не спешила протягивать руку. С Сергановым это чревато.
— Паспорт! — радостно закричала Саша. — Лина, это твой новый паспорт. Пап, дай посмотреть! — она выхватила документ и громко прочитала: — «Ангелина Михайловна Кузнецова». Михайловна? Серьёзно? — она не сдержала смешок и неверяще уставилась на отца.
— Почему нет? — тот пожал плечами. — В каком-то смысле я, как отец, даю Лине сейчас новую жизнь.
— Да я не против! — и Саша посмотрела на подругу. — Ангелина, ты довольна?
— Ангелина? — переспросила кошка.
— Ты же хотела новое имя! А здесь два в одном. И Лина осталось, и Ангел.
— Ангел.. Что это?
Денис, в отличие от Михаила, понимал речь девушек. Он обменялся с Сашей недоуменными взглядами и недоверчиво посмотрел на притихшую оборотницу.
— Ты не знаешь, кто такой ангел?
— Ну, ты даёшь, Лина! — Саша начала смеяться. — Ангел — это божий посланник.
Но рыжеволосая девушка всё равно не понимала её. Она растерянно переводила взгляд с одного человека на другого.
— Что-то не так, Ангелок? — насмешливо пропел Лебедев.
— Я Ангелина, — поправила его оборотница, не понимая, в чём смысл шутки.
В отличие от Саши. Та повернулась к девушке и пояснила:
— Да, отныне тебя зовут Ангелина. А это имя образовалось от слова «ангел».
— Ангел, — зачаровано повторила за ней кошка. — Ангел.. Ангелина..
Она сидела, склонив голову набок. Саша нахмурилась.
— Лина, а кто ты по вероисповеданию?
— Я?..
Оборотница замялась, чувствуя себя крайне неуютно. Мужчины тут же насторожились, пристально следя за диалогом (Денис всё это время шёпотом переводил шефу).
— А ты? — вопросом на вопрос ответила девушка.
— Я православная.
Кошка опустила глаза, мучительно соображая, что она об этом знает. Ничего! Наверное, что такое отразилось на лице девушки, потому что Саша поспешила успокоить её.
— Лина, ты не бойся! Мы — веротерпимые люди. У нас не ведутся религиозные войны. И православные мирно уживаются с католиками и мусульманами.
Оборотница улавливала знакомые названия, но суть этих понятий она не знала.
— Я не православная, — выдавила кошка наконец.
Лебедев засмеялся.
— Да мы уже поняли.
Растерянная девушка перехватила колючий, подозрительный взгляд Серганова. Не вовремя вспомнился холодный подвал. Она отложила столовые приборы.
— Прошу меня извинить.
— Ангелина, сядь на место и доешь! — велел хозяин дома.
— Благодарю, я уже сыта.