Страница 46 из 124
Я пила чай маленькими глоточками и, несмотря на холод, не хотела уходить. Мне нравилось смотреть на эту сторону жизни. В ней было меньше праздника и веселья, но больше надёжности и основательности. Мейендорфу как раз кто-то позвонил, он отошёл на пару шагов и тихо разговаривал. Я не прислушивалась особо. Стояла на пустом берегу под непрекращающимся дождём и чувствовала себя как никогда живой. Словно этот дождь размочил внутри что-то засохшее. А может быть, я чуть-чуть опустила свои щиты, выглядывая наружу?..
— О чём задумалась?
Я вздрогнула, поворачиваясь к бесшумно подошедшему мужчине. Щиты автоматически поползли вверх.
— Ни о чём. Просто любуюсь рекой.
— Вот и осень.
Мейендорф взял мою руку, и я только теперь осознала, как замёрзла. Бруно начал дуть на мои ладони, пытаясь согреть, а потом осторожно обнял меня. И я, как вампирёныш, потянулась к человеческому теплу. Прижалась к мужской груди и грелась.
— Я не люблю холод и дождь. Не люблю сырость, — признался Мейендорф. — А сегодня рад такой погоде. Потому что могу обнять тебя, потрогать твои волосы, почувствовать дыхание.
Он склонился ко мне и поцеловал, осторожно, словно спрашивая разрешения. Я разжала губы, впуская его язык. Мужчина целовал без напора, мягко, ласково и недолго. Потом прижал мою голову к своему плечу, и мы вдвоём смотрели на реку, изрешечённую дождём. Такая вот романтика!..
Этот день стал началом наших отношений. И на вопрос папы, где была, я уверенно ответила:
— У меня появился молодой человек.
Мой отец не обрадовался новости. Нет, он не запрещал мне встречаться с Бруно, не поливал парня грязью. Но я видела, что он не доволен, и не понимала причину.
— Пап? — я выразительно уставилась на отца.
И он шумно выдохнул.
— Это не твой человек, Софи. Слишком мягкий для тебя. Понимаешь? Тебе нужен кто-то посильнее в эмоциональном плане, а младший Мейендорф — рохля. Видно же по нему. Вы почти месяц встречаетесь. Он хоть раз пригласил тебе к себе?
Читай «предложил тебе секс!» Я не сдержала смешка.
— Бруно просто очень деликатный. Пап, ты, кстати, должен этому радоваться больше всех!
Кристиан Арно поморщился и махнул рукой.
— Мне в зятья нужен настоящий мужик, а не деликатное нечто!
— Не всем же мышцами играть и подковы гнуть! — вступилась я за своего парня. — Или интеллигенты ныне не в чести?
— Да на здоровье! Пусть и дальше томиком Нойманна комаров гоняет!.. — папа вздохнул и посмотрел на меня: — Но это не твоё! Мейендорф как старые домашние тапочки — хорошо, удобно, уютно. А ты у меня ни разу не домашняя девочка, Софи. Вот в чём дело!.. Из вас получились бы отменные друзья. Но пара вы будете никакая.
..
Полгода года спустя
Укутавшись в мягкое, тёплое одеяло, под рёв пурги так сладко спалось! И если бы Бруно не потряс меня за плечо раз, потом другой, я бы дрыхла дальше, не слушая будильник.
— Софи!.. Софи-и!
Я с трудом разлепила глаза.
— Что?
— Тебе звонят, — мужчина протянул гилайон и с чистой совестью завалился спать дальше.
И я только сейчас сообразила, что звенел не будильник, а кто-то настойчиво хотел поговорить со мной.
Вот Бездна! Рань несусветная! Кому тут не спится?! Посмотрела на имя абонента и тихо выползла из спальни.
— Слушаю?
— Софи, это Николя! У нас жопа! — с ходу огорошил Труаль.
— Что случилось?
— Винсент Дюваль попал в лечебницу.
— Как? Я его вчера видела.
— А ночью прихватил желчный. Только что закончилась операция.
Мы не были друзьями с Винсентом, но я с уважением относилась к этому опытному репортёру.
— Вот Бездна! С ним всё в порядке?
— Дюваль выкарабкается. Но ты должна помочь.
— Как? Я же не лекарь! — спросонок затупила я.
— Возьми себе задание Винса.
Сон слетел в мгновение ока. По позвоночнику пробежала нервная дрожь.
— Ты же не пресс-конференцию имеешь в виду?
— Именно её. Сегодня в полдень король Авизар лично прокомментирует последние события в столице.
— Я не могу!
— Можешь! — отрезал Николя Труаль. — Хватит, Софи! Ты профессионал! Всё личное — вон! На первом месте — дело! Так что готовься!.. Не подведи меня, девочка!
Из динамика уже давно звучали короткие гудки, а я так и сидела, осмысливая и переваривая услышанное. Я не могла подвести Николя. Только не его. Я хорошо помнила, что господин Труаль — единственный, кто взял меня на работу, наплевав на «грязный список». Пришло время возвращать долг.
В кухню, зевая, вполз Бруно.
— Что опять?
— Винс в лечебнице. А мне вместо него идти на королевскую пресс-конференцию.
Мужчина обрадовался:
— О, это отличная новость! Поздравляю, малыш! Я давно говорил, что это ты должна работать с элитой королевства. Винсент — хороший репортёр, но ты лучше.
— Спасибо, дорогой! — вяло улыбнулась в ответ.
Бруно поцеловал меня и велел:
— Иди в душ. А я пока приготовлю завтрак.
— Ты чудо!
Мы съехались ещё осенью и довольно быстро притёрлись друг к другу. У Мейендорфа в городе была большая квартира, и места хватало. К тому же мне попался на редкость спокойный и ненавязчивый мужчина. Порой я даже не могла определить, дома ли он. Бруно оказался довольно неприхотлив в быту и не капризничал, если мне требовалась помощь. Не мешал, не лез с советами. Обычно он спрашивал только одно:
— Во сколько ты будешь дома?
А когда показывали мои репортажи, всегда восторгался:
— Очень интересно! Ты молодец!
С ним было просто, понятно и предсказуемо, начиная от выбора блюд и заканчивая позами в сексе. Мейендорф любил тишину и не выносил маломальские ссоры и разговоры на повышенных тонах. Ему было проще уступить, чем спорить и доказывать свою правоту. А если вдруг я нечаянно обижала мужчину, достаточно было покаянно свесить головушку на грудь — и он оттаивал. Удобно! (Вот Бездна! Опять папа с его удобными тапочками в голову лезет!) Смех смехом, но я действительно могла делать, что хотела, не опасаясь нагоняя и неодобрения, и в каком-то смысле привыкла.. Привыкла к тому, что Мейендорф всегда рядом, всегда под рукой. И когда на Йолль он сделал мне предложение, я согласилась. Теперь на моём пальце красовалось кольцо, а сама я пребывала в статусе невесты.
Папа позвонил, когда я уже выходила из дома.
— Я только что говорил с Николя. Ты как, детка?
— Как оборотень на Двулуние!
— Шутница!.. — усмехнулся отец и уже серьёзно спросил: — Справишься?
— Было бы с чем! — фыркнула я, бодрясь. — Успокойся, пап. Всё давно в прошлом.
— Ну-ну! — как обычно бросил он в конце разговора. — Маме привет передавай.