#Настройка

Короткий разговор закончился вопросом, который она задала этому русскому, и сейчас напряжённо ждала его ответа. Секунды тянулись, казалось, как карамель. Внутри Эмили всё сжалось в тугой комок. Это была не просто разведка, не просто сбор данных. Это была проверка. Проверка на то, чувствовал ли он то же, что и она. Есть ли между ними та самая пресловутая химия, которую она уловила на борту самолёта? Или это была лишь искорка эмоций, вызванная скукой долгого перелёта и усталостью от работы в Китае? Она надеялась, что личная встреча поможет ей не только залегендировать своё появление на конференции, но и, возможно, лучше понять свои чувства. Её сердце застучало сильнее, чем обычно. Этот звонок мог изменить очень многое, и Эмили надеялась, что Максим согласится. Ей почему-то очень этого хотелось.

***

Максим сидел в кресле у панорамного окна своего номера в отеле «The Golden Gate Regency», чувствуя, как свинцовая усталость растекается по венам. Отель был воплощением бездушной корпоративной роскоши: огромная кровать, способная вместить небольшую семью, минималистичная мебель из тёмного дерева и вид на ночной Сан-Франциско, сверкающий, как россыпь бриллиантов на чёрном бархате. Красиво до тошноты. И совершенно чужое. Он чувствовал себя не участником этого праздника жизни, а лабораторной крысой в позолоченной клетке, которую привезли для очередного жестокого эксперимента.

Телефон завибрировал.

На экране высветилось короткое имя звонившего. Ирина. Девушка из самолёта. Лёгкая, почти забытая за день теплота шевельнулась в груди, вытесняя привычную тревогу. Это было неожиданно и оттого особенно приятно. Он провёл пальцем по экрану, принимая вызов.

— Привет, Максим, — её голос, услышанный через динамик, казался ещё более мелодичным. — Это Ирина. Надеюсь, я тебя не отвлекаю?

— Ирина? Нет, что ты, — голос Максима прозвучал чуть удивлённо, но в нём слышалась и неприкрытая радость. Он и сам удивился, насколько рад был её звонку. — Очень приятно слышать. Ты уже устроилась?

— Практически, — ответила она, и он мог поклясться, что она улыбается. — Слушай, тут такое дело. Не успела домой добраться, мне отец позвонил! Представляешь, он один из спонсоров той конференции, в которой ты участвуешь! Нет, с ним такое случается, всё же часть его активов — это тайваньская компания по разработке чипов для ИИ. Ну так вот, его представитель на конференции оказался вынужден взять срочный отпуск, у него какая-то серьёзная семейная проблема на Восточном побережье. Ну отец и попросил меня помочь ему с организацией. Ты представляешь, какой кошмар?! — в её интонациях проскользнуло идеально сыгранное возмущение. — Отцу не откажешь вот так вот запросто, да и он чувствует, что со мной сможет лучше держать происходящее под контролем. А может, готовит меня к семейному бизнесу… отцы, они такие отцы, — она театрально вздохнула. — В общем, мне сейчас нужно заехать в отель с участниками конференции, проверить кое-что. И я подумала, раз уж мы оба будем здесь рядом… Может, встретимся где-нибудь? Просто посидим, поболтаем? Можем заглянуть в ресторан или кафешку, там, думаю, я смогу найти что-то менее скучное, чем папины поручения. Ну как тебе идея?

Идея была восхитительной. Максим почувствовал, как внутри что-то отпускает. Просто посидеть. Просто поболтать. Это звучало как глоток свежего воздуха после затхлой атмосферы конспирации и шпионских игр. Он ощущал себя винтиком в огромном механизме КИРАР, одиноким и заброшенным в чужой стране. Присутствие Ирины, такой живой, настоящей, обещало короткую передышку, возможность хотя бы на час забыть о миссии, об Александре, о Джинне, который пока молчал в недрах планшета. Эта встреча была спасательным кругом в океане его собственного одиночества.

— Идея отличная, — сказал он, стараясь, чтобы его голос не дрогнул от предвкушения. — Я как раз думал, чем занять вечер. Когда тебе удобно?

— Думаю, через час я уже освобожусь. Встретимся в лобби? А там решим, — предложила она.

— Договорились. Буду ждать.

Он повесил трубку и несколько секунд смотрел на погасший экран. В груди нарастало лёгкое, приятное волнение. Но тут же, словно холодный душ, в сознание ворвалась мысль об Александре. Максим представил его непроницаемое лицо, его вечно подозрительный взгляд. Данилов бы точно не одобрил. Для него любой незапланированный контакт был потенциальной угрозой, брешью в безопасности. Он бы назвал это «бесполезным риском» и «отвлечением от главной цели». Александр видел мир чёрно-белым, где есть только задача и всё, что ей мешает.

«Личные связи — это слабость, Останин», — прозвучал в голове воображаемый голос Данилова. — «Ты здесь не на курорте».

Да пошёл он. Максим встряхнул головой, отгоняя наваждение. Он не солдат и не собирался жить по уставу. Он учёный, гражданский специалист, которого втянули в эту авантюру. И он имеет право на час личной жизни, на ужин с понравившейся ему девушкой. Он не собирался отчитываться перед своим цербером за каждый шаг. Сказать Александру означало бы нарваться на нотацию, на споры, на его молчаливое, но тяжёлое осуждение. Проще было просто умолчать. Это не предательство, а маленькая личная тайна. Его право на свободу.

Решение было принято. Он не скажет Александру ни слова. Пусть этот вечер будет только его. Максим встал и решительно направился в ванную. Горячий душ смыл остатки усталости. Он тщательно побрился, чувствуя, как гладкая кожа приятно холодит. Затем достал из чемодана новый костюм, купленный в ЦУМе. Ткань легла идеально, строго и элегантно. Десять минут, отчаянно чертыхаясь, он пытался повторить узел галстука по гайду какого-то парня в YouTube. Раньше повязывать галстук ему не доводилось, да и сейчас он не получал никакого удовольствия от этой головоломки. Но затем, глядя на своё отражение, он поразился: из зеркала на него смотрел не растрёпанный айтишник в мятой футболке, а уверенный в себе, успешный мужчина. Роль, которую он должен был играть. И сейчас она ему даже нравилась.

И последний штрих — «Лес после дождя». Совсем капелька.

***