Совушка

— Представляю вам мою пару – Сидни Керрингтон!

Раздались аплодисменты и радостные крики, а брат Джейкоба залихватски свистнул, за что удостоился недовольного взгляда своей матери. Норман только весело засмеялся и отсалютовал бокалом с шампанским.

Родители невесты на этом празднике явно чувствовали себя неуютно, но мама Джейкоба любезно развлекала новых родственников. А Норман, несмотря на то, что был младше, взял под опеку брата Сидни.

— Он славный! – заметила девушка.

Джейкоб своего брата знал куда лучше, поэтому отрицательно покачал головой.

— Скорее всего, отец провёл разъяснительную работу и пригрозил заблокировать банковскую карту.

Сова не сдержала смешка. А к ним уже спешил очередной гость, чтобы поздравить с бракосочетанием.

..После торжества Джейкоб и Сидни наслаждались недельным отпуском.

— Обычно новобрачные отправляются в свадебное путешествие, а мы, наоборот, домой прилетели! - шутили они и шли гулять по Балхибо-са.

Как-то раз авилаки ужинали в ресторане. Сидни через окно любовалась на городскую площадь.

— Я только сейчас поняла, как соскучилась по дому, - призналась она.

— В Каянте не до ностальгии, - согласился Керрингтон. - Других забот полно.

Девушка улыбнулась:

— Но сейчас я хотела бы оказаться там, в нашей квартире.

Джейкоб понимающе хмыкнул: жизнь в одном доме с родителями имела ряд побочных эффектов, как говорят лекари.

— У меня есть своё жильё здесь, в городе, но на время контракта я отдал его Норману.

Сидни пригубила бокал с вином.

— А про какой особняк твой дедушка говорил? Помнишь, на свадьбе?

— Помню, - орёл кивнул. - Когда мне было лет десять, дед получил в наследство дом. Кто же откажется от недвижимости в Кируми-са?

Сова удивлённо уставилась на мужа. Этот городок находился недалеко от птичьей столицы. Там обосновался орлиный вожак и другие известные авилаки. Жить в Кируми-са считалось весьма престижным, а недвижимость была баснословно дорогая. Джейкоб продолжил:

— В общем, дед впрягся: документы, пошлины.. Дом оказался довольно старым и нуждался в ремонте. Наняли дизайнера и понеслось. Дед часто брал меня с собой. До сих пор помню свои детские впечатления! Огромные окна, старая мебель и скрипучие полы. Я влюбился в этот дом! Мне, мальчишке, начитавшемуся приключенческих книг, он казался таинственным и загадочным. Помню, как-то раз я обхитрил деда и остался там с ночёвкой. Пока родители сходили с ума и искали меня в Балхибо-са, я трясся от страха в пустом, почти заброшенном доме. Хвала небу, дед сообразил, что к чему и прилетел за мной.. Меня тогда впервые в жизни отлупили, - и мужчина тихо засмеялся. – Как видишь, дед помнит про мою любовь к этому дому.

Сидни выпрямилась:

— Ты хочешь сказать, что нам подарили особняк в Кируми-са?

— Да. Хочешь посмотреть? – неожиданно предложил муж.

— Хочу!

Пока Джейкоб рассчитывался, оборотница, извинившись, отлучилась в дамскую комнату. А возвращаясь, столкнулась с какой-то блондинкой. Машинально извинившись, она пошла дальше и вдруг услышала:

— Сидни? Сидни Грант?

Девушка присмотрелась: в шаге от неё стояла Энджи Крофтон. Сова спокойно встретила светлый взгляд журавлихи, внутри ничего не дрогнуло и не заболело. Это как смотришь на шрам и вспоминаешь, как его получил, а боли уже не чувствуешь.

— Здравствуй, Энджи.

— Ты что тут делаешь? Работаешь?

Сидни криво усмехнулась. Ну вот как можно оскорбить одной фразой?.. Всё-таки журавлиха как была высокомерной сучкой, такой и осталась.

— Нет, Энджи. Я здесь ужинала с мужем.

— Ты замужем?

— Да, представь себе! - сова насмешливо глянула на оборотницу. – И не за каптёром.

Кивнула на прощание и подошла к Джейкобу. Она видела, как отвисла челюсть у Энджи. Возможно, журавлиха знала, кто такой Керрингтон, но скорее всего, просто оценила видного, представительного мужчину. Только подойдя ближе, Сидни обратила внимание на незнакомца рядом с мужем.

— Милая, - Джейкоб приобнял её, - познакомься: это Хью Дауман. Мы служили вместе.

— Очень приятно!

Сидни перевела взгляд на подошедшую Энджи. И Дауман засуетился.

— Позвольте представить вам мою супругу.

Сова вежливо улыбнулась:

— Мы уже знакомы.

— Вот как?

— Да, тоже когда-то служили в одной части.

— Какое совпадение! – дробно засмеялся Дауман.

Пока он откровенно заискивал перед Джейкобом, Сидни наблюдала за бывшей подругой. Энджи старательно кривила губы в улыбке, а во взгляде смешались зависть и злость. Особенно, когда Хью сделал сове очередной комплимент! Энджи перевела взгляд на Джейкоба, ожидая ответной вежливости. Но напрасно! Для Керрингтона существовала только его жена. Он мазнул по журавлихе равнодушным взглядом и что-то спросил у Даумана. Оборотница неверяще распахнула голубые глаза и быстро глянула в зеркало неподалёку, проверяя причёску и макияж: почему этот авилак не отреагировал на неё, такую прекрасную? А потом перехватила уверенно-насмешливый взгляд совы и неожиданно покраснела.

Сидни тоже отвернулась. Секундное злорадство быстро прошло, а вместе с ним растворилось и радостное настроение. Она столько раз представляла себе нечто подобное, а вот случилось - и ничего. Только острое желание поскорее избавиться от нежданных знакомых и забыть этот инцидент. К счастью, муж тоже не горел желанием общаться с Дауманами, и, попрощавшись, молодая пара покинула ресторан. Сидни жадно глотнула свежего воздуха.

— Джейкоб, не сочти меня легкомысленной, но давай мы посмотрим дом в другой раз?

— Что случилось?

Оборотница тряхнула головой, подставляя лицо тёплому ветру.

— Ничего действительно важного.. Знаешь, чего я сейчас хочу?

Орёл смотрел на неё и ждал. Девушка грустно улыбнулась:

— Давай полетаем на мотолёте. Только ты, я и небо.. Я хочу прижаться к тебе и чтобы никого рядом!

— Сидни, - Джейкоб встревожился, – что случилось за те пять минут, пока я рассчитывался с официантом?

— Плохие воспоминания.

Оборотница сбежала по ступенькам вниз. Но когда почувствовала тёплую руку мужа, стало легче.

— Я говорила, что люблю тебя?

— Нет.

— Серьёзно?! – она вытаращилась на авилака. - Как это я так?

Он пожал плечами, пряча улыбку.

— Наверное, нужно очередное потрясение, как с моим переводом в Камингаван.

— Не говори так! – Сидни забежала вперёд и посмотрела ему в глаза. – Я тебя люблю! Это самое лучшее, самое важное, что есть в моей жизни!

Керрингтон притянул её к себе и долго, страстно целовал.