Совушка

— На будущее, Сидни: принимай подарки только от того мужчины, с которым готова лечь в постель.

..

В театр авилаки прилетели в самое удачное время. Зрители начали собираться, но толпы ещё не было. Сидни вошла в холл и с трепетом огляделась: высокие потолки с хрустальными люстрами, колонны и стены, украшенные лепниной, пол, выложенный мраморной плиткой. Вокруг было невероятно красиво! В какой-то момент оборотница ощутила себя никчемной былинкой. А ещё трепет, словно ей позволили прикоснуться к чему-то божественному.

Вэдимас помог девушке снять пальто и любезно предложил свой локоть. Сидни восхищённо посмотрела на него.

— Это называется манеры, моя дорогая! – тихо пояснил коракс. – Нормальный и воспитанный мужчина так относится к каждой женщине, не только к понравившейся. Если же он подобным образом выделяет только тебя – значит, играет. И ставка в этой игре тебе может не понравиться.

— А как вычислить таких игроков?

— В этом деле поможет лишь опыт и наблюдательность. Свой первый урок ты уже получила. И всяко будешь осторожнее в сердечном выборе.

Авилаки прошли в зрительный зал. Сидни с трудом удавалось контролировать свои эмоции, вокруг было так красиво и роскошно, что захватывало дух! Она крутила головой, разглядывая каждую деталь, начиная от цвета портьер и заканчивая дверными ручками. Вэдимас никак не комментировал её поведение. Наверное, понимал юную оборотницу или помнил своё первое посещение театра. Наконец прозвучал звонок, погас свет, голоса в зале стихли. Зазвучала музыка, и поднялся занавес. Сова приготовилась к чуду. А на сцену вышли люди в обычной одежде, они что-то говорили, махали руками, хватались за голову..

В первом акте Сидни откровенно скучала. Она силой заставляла себя вслушиваться в реплики артистов и следить за сюжетом, чтобы потом ответить на вопросы Вэдимаса. А в том, что вопросы будут, сомневаться не приходилось. Сова тоскливо смотрела на сцену, где героиня стенала и заламывала руки. Ей всё казалось скучным и нудным. И во время антракта девушка бежала из зала чуть ли не вприпрыжку.

В буфете оборотень купил им напитки.

— В зале довольно душно.

Сидни согласно кивнула, беря протянутый бокал, и вдруг перехватила внимательный взгляд мужчины неподалёку. Ворон не входил в Алукайский гарнизон, и они точно не встречались раньше. Сначала девушка не обратила внимания, но когда в очередной раз перехватила цепкий чёрный взгляд, забеспокоилась.

— Вэдимас, - она шёпотом позвала коракса, - у меня что-то на лице? Может, макияж размазался?

— Нет. Почему ты спрашиваешь?

— Тот мужчина.. Он так смотрит..

Ворон весело усмехнулся.

— Птичка моя, ты красивая. В тебе есть особая прелесть. Помнишь, как писал Вартак? «Всю яркость спелых летних дней не променяю я на утра прелесть..»- мужчина посмотрел на оборотницу. - Твоя красота не броская, но манкая. Не каждый обратит внимание, но если заметит, то уже не забудет.

Сидни польщённо заулыбалась и украдкой взглянула на незнакомого авилака. Тот словно ждал этого и отсалютовал бокалом с шампанским, а девушка окончательно смутилась. Она отвыкла от ухаживаний и флирта. В гарнизоне оборотни вели себя по-другому, для них сова была сослуживцем в первую очередь. А об «ухаживаниях» Линаса Рихетча и Мариджуса Бурича она и вспоминать не хотела.

Мужской интерес был приятен. И Сидни надеялась, что незнакомец сделает следующий шаг. Но вдруг услышала с той стороны смех, она подняла глаза и увидела рядом с кораксом кудрявую девушку. Та что-то весело щебетала, жестикулировала, привлекая внимание окружающих и молодого, свободного самца прежде всего. А потом что-то спросила у него. Оборотень ответил. Девица ахнула, прижимая руку к груди, и мужской взгляд ожидаемо устремился следом. Наверное, увиденное впечатлило, потому что авилак повернулся к новой знакомой, и через несколько минут они увлечённо болтали, не замечая никого вокруг. Сидни расстроилась, но вида не показала. Допила свой сок и повернулась к старому кораксу.

— Давайте вернёмся в зал.

Вэдимас хмыкнул, но послушался. До конца антракта Сидни сидела поникшая, явно переживая случившееся. А потом начался второй акт, и он неожиданно увлёк девушку. В какой-то момент она и вовсе с головой погрузилась в судьбы героев, а опомнилась, когда зал взорвался аплодисментами.

— Вы специально, да? – спросила сова у Вэдимаса, когда они вышли на улицу.

— Что?

— Тереза? Сестра главного героя.. Она такая, как я.

Коракс пожал плечами.

— Нет, не специально. Мне просто нравится игра этой труппы.. Хм-м-м, говоришь, Тереза похожа на тебя?

Сидни кивнула.

— Мне так показалось. Она тоже тихая и скромная.

— «Тихая и скромная», - передразнил старый ворон. – Нашла чем гордиться!

И девушка не выдержала.

— Разве скромность – это недостаток?

— А что в ней хорошего? Что она тебе дала? Счастье в личной жизни? Прибавку к зарплате? Новое звание?

Сидни поджала губы:

— При чём тут это?

— При том! Старайся хоть что-то сделать сама! А не сиди на попе, СКРОМНО сложив ручки на коленях!

Сова растерялась, а ворон уверенно продолжал:

— Ты не там скромная, где нужно! Вспомни мужчину в буфете. Он же заинтересовался тобой. А ты глазки в пол потупила. И что в итоге? Коракс переключился на ту хохотушку.

Оборотница начала злиться:

— Мне похохотать надо было? Моим басом?

— У тебя нормальный для совы голос. Не хуже моего карканья. Однако меня слушают!.. - отрезал старик и, успокоившись, сказал: - Сидни, я тебя на сцену не гоню. Но отстаивать себя нужно всегда. Хоть басом, хоть шёпотом!..

Они шли по городу, наслаждаясь прохладным вечером. Вернее, наслаждался ворон. У Сидни голова пухла от мыслей.

— Я не понимаю, Вэдимас. Всё, что вы говорите, так странно.. непривычно. И отличается от того, чему меня учили!

— Тебя учили жить в мире со всеми. Понимать, уступать, помогать, чтобы другим было хорошо с тобой. Правда?

— Да.

— Другим-то хорошо, а тебе?.. - ворон посмотрел на неё. – Сидни, будь нужной, но не удобной!