Страница 14 из 49
Поймал ее маленькую холодную ладошку и прижал к своему плечу. Двадцать лет назад, когда я еще не был бизнесменом и не вступил в права наследования «Люцифер Индастрис» после своего отца, я шел с семейной встречи, злой и напуганный. Помниться, тогда мой хвост принял одну сомнительную девицу за подходящую пару, и отец старался мне объяснить разницу между просто влечением и более глубокими чувствами. С той девчонкой мы встречались несколько месяцев, у нас был горячий безумный секс, но отношения, как сейчас понимаю, были больными. Ей нужны были мои деньги и место в высшем обществе, а мне… черт его знает, что я хотел найти в той жгучей брюнетке, готовой запрыгнуть в любую постель. Однажды я спросил ее прямо, любит ли она меня, не забыв осторожно коснуться хвостом.
Она ответила утвердительно, улыбаясь и облизывая алые губы, но от хвоста пришла обратная связь – все сказанное ею в тот вечер, каждое слово, было ложью. Я заявил, что разрываю отношения, а потом поехал на семейный ужин к родителям, где признался в своей неопытности и принял их мудрость.
Но я все еще злился, и быстро шагал в сторону маленькой квартирки на окраине города. Помниться, я хотел пройтись пешком, чтоб сбросить пар от болезненного разрыва во время ходьбы. Именно тогда и случилось это…
Двойной визг тормозов, грохот металла. На перекрестке какой-то дебил на спортивной тачке врезался в семейный седан, надеясь проскочить. Обе машины сразу обуяло пламя, послышался звонкий детский вскрик.
Одно окно на седане было приоткрыто, и оттуда потянулась маленькая ручка. Я не помнил, как подскочил к авто, выламывая дверь. Мельком глянул на переднее, там сидели мужчина и женщина. К сожалению, удар на лобовое пришелся такой силы, что они не смогли выжить и их тела уже горели. Маленькая девочка на заднем сиденье, пристегнутая к пылающему авто, никак не могла выбраться самостоятельно, ремень заклинило. Огонь опалил ее лицо, грудь и тело, сжег колготки. Она лишь тихо всхлипывала, больше не в силах кричать.
Не обращая внимания на бушующее пламя, я выдрал кресло из машины, пользуясь преимуществом своей расы – сильными мускулами. Хвост помог отбросить в сторону обломки.
Едва я поставил малышку на землю, как сзади раздался оглушительный взрыв. Вдалеке уже гудели сирены скорой помощи. Помню, малышка посмотрела на меня пронзительными голубыми глазами с сожженными ресницами. Мне тогда еще подумалось, что теперь у нее будут большие проблемы со зрением. Но она вытерла слезы кулачком и пролепетала:
– Спасибо, дядя… – и потеряла сознание.
Секунды ожидания слились в пытку, пока скорая приехала, пока они осмотрели девочку, осторожно отделив маленькое тельце от кресла, разрезали остатки одежды, медики быстро увезли ее в больницу, но прибывшие на второй машине эльфы, отсматривали уже меня, констатировав смерть остальных участников аварии.
– Ваше плечо сильно пострадало, останутся шрамы, ожоги слишком глубокие, – сообщил ушастый парнишка, пшикая на раны охлаждающим спреем.
– Это неважно. Сообщи потом, что с девочкой.
– Конечно. Вам придется выступить свидетелем по делу. Если она выживет, родственники виновного обязаны будут оплатить лечение и крупную компенсацию.
– Но родителей ей уже не вернуть, – тихо сказал я, глядя на синее ночное небо, затянутое дымом от аварии.
Слова медика оказались пророческими. Если бы не я, никто не бы не смог доказать вины малолетнего придурка, унесшего жизнь двух человек и свою собственную на тот свет. Его папаша – противный толстый мужик, похоже важная шишка в кругах людей, саботировал следствие как мог, затягивая время. Девочка долго лежала в искусственной коме, врачи боролись за ее жизнь. Она нуждалась в дорогостоящей операции по замене кожи, но в том состоянии, она бы просто не смогла с ней справиться. Риск летального исхода был слишком высок.
Я говорил с врачами и те приняли решение в пользу сохранения жизни пациентки. Приехала ее тетя из другого города, взяв опекунство над племянницей. В итоге отец виновника выплатил семье приличную компенсацию и на этом дело закончилось. Я отказался от суммы на свое лечение, посчитав шрамы своей платой за то, что шел не по тому жизненному пути.
Это событие полностью выбило из меня подростковую дурь, заставив серьезно заняться делами семьи. Через три года отец назначил меня своим замом, а еще через пять ушел на покой, передав все дела мне.
Тем не менее, оно того стоило. Шрамы позволили показать Марии, что она не одна в этом мире страдает от подобных отметин и немного склонить чашу весов в мою пользу. Надеюсь, за время командировки я смогу показать ей что такое настоящие отношения, а не то недоразумение с ее парнем. Да, я совершил ошибку, дав волю инстинктам. Больше такого не повторится.
***
Анриэль
Но это я так думал. На деле хвост утроил настоящую истерику еще в машине! Я мысленно разговаривал с ним:
– Хватит, приятель. Нужно проявить терпение.
Кисточка нервно дернулась и потянулась в сторону длинной юбки Марии. Девушка откинула голову назад, ловя теплые потоки воздуха. Я скосил на нее взгляд и вдруг очень ясно осознал: она красива. За толстыми стеклами прячутся ясные глаза, за нелепой одеждой – потрясающая фигура, за скромным поведением – травмы. И речь совсем не о шрамах. Одна прядь выбилась из высокого пучка и принялась играть с изящным ушком девушки, скользя по тонкой дуге туда-сюда. Хвост настойчиво потянулся в ее сторону.
– Нельзя! – шикнул на него. – Если ты сейчас нарушишь ее доверие, ничего не выйдет! И тебе больше никогда не придется ласкать ее между ног!
Хвост обиженно ударил по креслу и заполз подальше, боясь снова соблазниться.
Это было очень странно. Вести разговор с бессознательной частью себя. И контролировать свои инстинкты рядом с девушкой тоже было непросто. Но однажды я уже ошибся, позволив своему хвосту слишком многое, поэтому теперь несколько раз профильтрую эмоции через мозг, прежде чем дать ему волю.
Первым делом мы зашли в магазин оптики, и Мария перемерила все линзы из возможных, смущенно признавшись, что причина плохого зрения – повреждение роговицы. Что ж. И почему я не удивлен?
Интересно, что случилось с ней много лет назад, оставив столь серьезный след? Наверное, спрашивать об этом будет глупо. Поэтому, пока она была занята примеркой я достал смартфон и набрал вездесущей Елену Петровне сообщение.
«Вы знаете откуда у Марии шрамы?»