Страница 48 из 160
ГЛАВА 18. С НАМИ ФОКУС НЕ ПРОЙДЕТ
Через час мы переоделись и спустились к ужину в общую столовую. В ней стояло 3 массивных стола, на 6 персон каждый.
Нас посадили с величествами, Алисой и Герхардом.
— А сухую рыбу куда дели? — всполошилась я.
— Положили в кладовую, миледи — сказал Желли.
— Ооо, спасибо огромное! Завтра все дружно будем ее есть! А тут пиво варят? — спросила я
— Да — ответил Герхард.
— Прекрасно, ради Машулиного приезда купим пиво в городе и отметим наше воссоединение да знакомство! — подхватила Наташа — Хоть сможем отдохнуть по-человечески.
— Вы пьете пиво? — удивился обаяшка.
— Да, а что такого? — спросила его с удивлением Натали.
— Просто пиво — это напиток для обычного населения — попытался объяснить он помягче. Но мы с Наташей уже взбесились.
— Ну так и мы не графини — язвительно сказала Наташка.
— Мы, ваше благородие, люди простые — поддержала я подругу с улыбкой, говоря специально деревенским говором — ваших королевских тонкостев не разумеем.
— Да и короля в нашей стране свергли сто лет назад — говорила Наташка зло. Что с ней? Когда она успела поругаться с обаяшкой? Вроде так мило в карете общались.
— И кто же у вас правит? — спросил Андрон.
Наташка пустилась в историю про президента, про то, как его всем колхозом раз в 6 лет выбирают и т .д. Я не хотела ее прерывать, лишь улыбалась и поедала вкусный кусок мяса.
— Так что содержание праздной царской семейки, которая только и умеет, что казну на свои балы растрачивать нам ни к чему — закончила жестким финальным аккордом Наташка.
— Ну да, не справился, не оправдал надежды народа — пинок под зад от населения — наконец вставила я свои 5 копеек — у нас равенство. Никому не позволено унижать других. И считается дикостью, когда богатые сидят за одним столом, а бедные за отдельным во время приёма пищи. У нас в обществе выскочек не любят — теперь я смотрела ехидно в глаза Андрону.
— Вы на что-то намекаете? — начал заводиться Андрон
— О нет, что вы, ваше высочество, я не намекаю, я прямо говорю: все ваши знатные семейки изрядно зажрались. Вы даже не замечаете, как себя ведете с людьми — у меня появилось настроение поругаться.
— Ага, как унижаете, оскорбляете, дискриминируете своим поведением — у Наташки, видимо, оно тоже появилось.
— Девочки, вы что? Так нельзя — испуганно сказала Алиса.
Ээх, нас бы сейчас на баррикады! Еще не ту речь толкнули бы.
— А что нам сделает ваша королевская семейка? Убьет? Ой как страшно — сказала я спокойным тоном, разрезая ножом и вилкой овощи на тарелке.
Тут Андрон внезапно вытаскивает меч и приставляет к моему горлу.
— Значит не страшно? — говорит он с издевательской ухмылкой. Решил власть свою надо мной показать.
Это он, конечно, зря. Сеня называл нашу компашку «крейзи троица», потому что у нас троих была одинаковая странная реакция на опасные события — мы зверели и вели себя неадекватно по меркам других людей, потому что напрашивались ещё больше.
Ну собственно я и веду себя в своей обычной манере — зверею. Глаза наливаются кровью, из ноздрей пускаю пар. Спешу на корриду, бью копытом, готовлюсь затаптывать тореадора:
— На слабо меня решил взять, гандон вонючий? Ты на кого полез, мамин пирожок? — улыбка превращается в оскал. Наташка сзади тоже вскочила с лавки. Обаяшка, видимо, заодно с братцем решил включить властного короля и направил свой меч на Натусю.
Мы то с Наташей прекрасно понимали, что они блефуют. Убивать им нас не с руки. Мы еще не выполнили свою миссию в их мире. Но они же не знали, что мы дуры конченные. А вот сюрприз!
В следующий момент я специально подставляю шею еще больше под лезвие Андрона и резко двигаюсь ему навстречу. Тем самым перерезаю сама себе шею. Я как раз задеваю артерию и кровь хлещет на Андрона. В тот же самый момент Наташка рукой хватает лезвие меча обаяшки, прислоняет его к своему животу и с усилием делает шаг навстречу, пронзая себя его мечом. Мы негласно подгадали момент и нанесли увечья себе одновременно.
Алиса вскрикивает и бросается ко мне. За соседним столом кричат служанки. Оба величества в шоке. Вы бы видели их глаза!
Я медленно начинаю садиться на лавку обратно, победно смотря Андрону прямо в глаза. Кровь хлещет из раны фонтаном. Алиса зажимает рукой мою рану и орет, чтобы служанки принесли полотенца.
Наташка берет лезвие меча руками и вынимает меч из себя. Она с таким же презрением, не отрывая своих глаз от глаз обаяшки, медленно садится на лавку с прямой осанкой, как королева.
— Вы что стоите, совсем ополоумели? — Алиса уже орёт на двух королевских братьев — они из-за вас кровью истекают. Да у вас сердце есть?
Герхард, берет одно из полотенец, принесенное служанками и прижимает его к животу Наташки.
— Ты сумасшедшая — говорит Андрон в шоке.
— запомните, вы, щеглы в королевских панталонах, мы не боимся смерти. Можем себя убить и без вашей помощи — я не говорила, я шипела от злости, а кровь текла сквозь ладонь Алисы при каждом моём слове — но мы прекрасно понимаем, что наша смерть не в ваших интересах, соколики. Мы еще не выполнили миссию, которую Боги вашего мира уготовили для нас.
— Но так случилось, что нам глубоко плевать на вашу миссию. Сдохнем и глазом не моргнем — продолжила говорить моим тоном Наташка — а вот вам кобзда. Пока мы в ваших руках, вы можете контролировать нашу миссию, и быть в курсе всех событий. Где это видано, чтобы вся королевская семейка впрягалась за трех девиц неизвестного происхождения? Вы думаете, что мы совсем идиотки?
После этих слов голова у меня закружилась и я начала отключаться. Остатками сознания я слышала крик Алисы: «о, всевышние, Таня, помогите».
АНДРОН
Эта девчонка начала мне дерзить. Наталья, глядя на нее, начала хамить кузену. Да что они себе позволяют? Мы из королевской семьи, мой брат император! Видел я таких дерзких на публику. Сейчас напугаю смутьянку, и она затрясётся как лист на ветру, будет вымаливать прощение на коленях. Я резко одним движением выхватываю меч из ножен и приставляю к ее шее.
Но на Танином лице ни один мускул не дрогнул, она даже не моргнула. Смотрю, глаза наливаются кровью от злости. Сказала что-то похабное с использованием словечек своего мира про мои панталоны и резким рывком сама порезала свою шею о мой меч. Кровь хлестнула мне в глаза, забрызгав лицо, рубашку и камзол.