«Дом» под землей

— Ноги затекли? — спросил он, оглядывая сестру с головы до ног.

— Наверное. Идём?

Он взял ладонь Эмилии в свою, совсем как в детстве, и они зашагали в нужном направлении.

Каждый шаг давался парню всё легче и легче, и оставалось только радоваться, как вовремя организм решил подключить какие-то свои скрытые ресурсы. Пожалуй, напрягало его только одно — сестра то ли переволновалась, то ли просто оказалась недостаточно развита физически, и прямо сейчас скорость их движения существенно замедлилась.

— Эми, не спи. До места уже рукой подать.

Девушка лишь кивнула, действительно немного ускоряя шаг. В принципе, теперь сделать это стало возможным, ведь она как раз закончила процесс восстановления сил брата, который было довольно хлопотно осуществлять находу.

Теперь настала её очередь покрываться испариной, ведь за неправильное применение силы пришёл откат в виде колоссальной слабости. Ей бы самой отправиться на три дня в госпиталь, хотя бы элементарно отлежаться, пускай и без настоев. Но о своём поступке Эмилия не сожалела, потому что, во-первых, теперь брат в безопасности, а во-вторых, если из них двоих кому-то и нужно быть полностью здоровым, то именно ему. Лидер группы, который сможет довести их сперва до убежища, а после вернуть в «Дом». А раз она не рухнула в обморок, то ничего. Дойдёт как-нибудь.

Всё, что происходило дальше, Эми воспринимала словно через дымку тумана. Дважды они прятались от отрядов смотрителей. Каждый раз Кевин брал её за руку и успокаивал, мол, всё в порядке, но она и не переживала. Эмоции, включая страх, попросту покинули это тело, ведь чтобы испытывать хоть что-то, придётся потратить немало душевных и физических сил. А это для неё пока непозволительная роскошь.

О том, как выглядело то самое убежище она вряд ли смогла бы рассказать в подробностях. Да, там было теплее, чем на улице, и остаток ночи они провели, сидя на какой-то скамье. Кевин несколько раз тормошил её, привалившуюся к стене и сидящую с закрытыми глазами, чтобы то предложить попить, то поделиться своей порцией энергетических плиток. Именно последние и позволили Эми оставаться в сознании, и это было просто замечательно. Ведь стоит мозгу отключиться, получая возможность полноценно отдохнуть, и в следующий раз проснуться она может спустя хоть сутки, хоть двое. Непозволительная роскошь для того, кто до сих пор находится на задании.

— Сдаётся мне, сестрёнка, что те твои ежеутренние тренировки вообще ни о чём, — сердито проговорил Кевин, когда они были уже на подходе к пункту перехода между слоями. — Как сумерки пришли, ты сразу принялась клевать носом. Где твоя выносливость?

Эми на это не ответила, просто опустив голову ещё ниже.

— Это не дело, — твёрдо добавил брат, который эту покорность принял как показатель стыда. — С завтрашнего дня беру тебя с собой.

— Угу, — всё же кивнула девушка, туман вокруг которой теперь сгущался.

В кабинке транспортёра, где Эми должна была находиться одна, пришлось особенно туго. Девушка чётко знала, что спать в момент перехода нельзя, и чем чётче твоё сознание, тем выше шанс, что процесс перемещения пройдёт успешно. Разумеется, уже давно те, кто желал отправиться через один слой в другой, не пропадали без вести, да и покалеченными не выходили. Для подавляющего большинства это и вовсе являлось лёгкой прогулкой. Небольшим приключением. Но техники «Дома» могли бы рассказать немало интересных вещей и про такие вот модели кабинок для перемещения в пространстве, да и вообще о разных принципах работы современной техники. Вполне возможно, что как раз из-за перенапряжения сил девушки и не хватило до самого конца. Ведь она чувствовала, что может сделать это. Может добраться до «Дома», уйти в госпиталь и отключиться уже там. Но вместо этого прошла лишь сотню метров от территории прохода, а после туман в сознании, ставший особенно плотным, поглотил её целиком.

​

* * *

За прошедшие два дня в кабинете директора ничего не поменялось — это Кевин мог сказать наверняка. Вот только изменилось что-то в нём самом.

— Уверен, что хочешь пойти на такую сделку? — интересуется Смит, привлекая к себе внимание молодого человека. — Ты ведь прекрасно знаешь, что я могу потребовать взамен всё, что угодно. Любую услугу, участие в любом деле.

— Разумеется, — кивает Кен. Он никогда и не питал иллюзий ни о понятии чести директора «Дома», ни о его моральных принципах. — Всё, что захотите, но Эмилия больше не должна отправляться на задания. Никогда.

— Это высокая цена. К тому же не даёт гарантии, что девчонка сама не захочет отправиться в тот же Средний в следующий раз.

— Не захочет. И цена.. — на миг задумался Кевин. — Она даже и близко не та, которую мне стоило бы заплатить.

И дело не в том, что сейчас он сидит перед директором, живой и совершенно здоровый, а Эми где-то там, на койке в госпитале, и по прогнозам госпожи Вазайски проспит так ещё несколько дней. На самом деле, Кевин злился. Притом злился на самого себя, собственное незнание и бессилие.

Когда сестра рухнула на землю он первым делом подумал про обморок из-за волнения. Сердился и ворчал себе под нос всю дорогу, мол, как можно было вырасти настолько изнеженным созданием, и, не слишком-то нежно прижимая к себе хрупкое девичье тело, всё обещал себе заняться физической подготовкой Эмили всерьёз. И позже, когда при помощи других парней из дома, девушка оказалась в кабинете Вазайски, так и ответил врачемагу — мол, слишком уж слабой она выросла, раз нервная система не выдержала напряжения. Даже сомнения, что с сестрой что-то не так, закрались в его голову лишь после того, как госпожа Вита приказала ему снять с себя повязки.

'— Эмоциональное перенапряжение здесь, кажется, только у тебя, — спокойно ответила женщина, даже не взглянув на рану. Вернее, её полное отсутствие. — Я дам тебе настойку, пей по десять капель перед сном в течении недели. А хотя нет, при твоём весе лучше по двенадцать. Всё, свободен.

— Но.. — парень погладил ладонью бок, в котором ещё полсуток назад зияла колотая рана. — А Эми? Когда она очнётся, и почему до сих пор спит? И почему моё ранение выглядит так, словное его и не было?

Буквально пару секунд Вазайски смотрит на него с удивлением, а после легонько стукает себя ладонью по лбу.

— Точно! — говорит она, едва заметно хмыкая. — Мы все так привыкли, что ты у нас мальчик, поцелованный силой, что я порою забываю об ограничениях. Ты же не видишь потоки энергии, как врачемаг, да? Зелёные искорки в чёрных лентах.