Страница 96 из 147
— Я вообще сомневаюсь, что они где-то здесь есть. Вряд-ли организаторы смогли бы установить камеры прямо в снегу, — заметила я, — Но и дирижаблей, как в пустыне, я не видела. Значит, камеры всё-таки должны где-то быть…
— Да, но не здесь.
Райан погасил огонь у входа и плотно закрыл полог. Внутри стало совсем темно, и до меня только сейчас начал доходить истинный смысл его слов. Он говорил о том, что внутри палатки нас никто не сможет увидеть.
А потом я почувствовала, что Райан совсем рядом — прямо за моей спиной. Он придвинулся вплотную, и я ощутила его горячее дыхание — оно коснулось моей шеи, обжигая кожу и посылая по ней целую россыпь мурашек. Я застыла, не в силах пошевелиться, когда почувствовала мягкое, почти невесомое прикосновение его губ к своей шее. По позвоночнику словно прошёл электрический разряд, от которого перехватило дыхание, а сердце замерло, чтобы через мгновение забиться с удвоенной силой.
Рука Райана скользнула к волосам и я почувствовала, как он ловким движением стянул резинку с моего хвоста. Тяжёлые пряди рассыпались по плечам, и он тут же уткнулся в них лицом, глубоко и жадно вдыхая их аромат. Этот жест показался мне таким интимным, что по телу пробежала волна обжигающего тепла, заставляя меня податься назад, ближе к нему. Ощущение близости окончательно вытеснило все страхи и озноб, заставляя забыть, что мы находимся посреди снегов в смертельно опасной игре на выживание.
— Ты даже не представляешь, как давно я мечтал об этом, — прошептал Райан, задевая губами мочку моего уха, — В реальности.
А потом он развернул меня к себе и накрыл мои губы своими. Внутри всё просто взорвалось неистовым, оглушающем вихрем чувств и эмоций. Как бы ни были реалистичны сны, созданные Райаном, оказывается, они не передавали и половины этого безумия. Ни один сон не мог сравниться с настоящим жаром его губ и с тем, как жадно и требовательно он меня целовал — словно пытался восполнить все те моменты, что мы вынуждены были сдерживаться.
От этого напора внизу живота тугим узлом завязалось сладостное напряжение, а по телу прокатилась волна наслаждения, парализующая всякую волю к сопротивлению. Я ответила на поцелуй с той же отчаянной страстью, вцепившись пальцами в плечи Райана и чувствуя под тканью рубашки твёрдость его мышц. Захотелось избавиться от этой преграды между нами. Мои пальцы, поддавшись внутреннему порыву, скользнули к вороту его рубашки и, чуть подрагивая, расстегнули несколько верхних пуговиц. Я коснулась его груди, ощущая живое, обжигающее тепло под своими ладонями.
Рука Райана крепче сжалась на моей талии, а вторая легла мне на затылок, зарываясь пальцами в распущенные волосы. Позвоночник прошила новая волна удовольствия, заставляя тело окончательно расслабиться в его объятиях.
Не знаю, сколько времени мы пробыли в этом пьянящем забытьи, но в какой-то момент Райан с явной неохотой прервал поцелуй. Он прижался своим лбом к моему, переводя дыхание и прошептал:
— Как я теперь смогу сдерживаться? Как смогу целовать тебя лишь во сне?
— Игра не будет длиться вечно, — тихо ответила я.
— Когда она закончится, — тут Райан зажёг над нами тусклый огонёк, чтобы видеть мои глаза, — Тебе будет от меня никуда не деться.
Он смотрел на меня так пристально и серьёзно, что у меня перехватило дыхание. В его глазах читалась неистовая, почти пугающая решимость.
— А кто сказал, что я хочу куда-то деться от тебя? — спросила я, переплетая свои пальцы с его.
Райан улыбнулся, а потом снова поцеловал меня.
Я заснула около одиннадцати часов вечера, вымотанная не только подъёмом и спуском с горы, битвой с гигантскими насекомыми, дорогой по заснеженной равнине и постройкой ледяного моста через лес, но и неуёмным напором Райана, который ещё долго целовал меня, не выпуская из своих объятий.
День 9.
Проснулась я ближе к утру. Райан, кажется, так и не ложился спать, дежуря снаружи. Натянув куртку и тёплые штаны, я выбралась из палатки.
— Доброе утро, — сказала я, ёжась от морозного воздуха. — Ты что, совсем не спал?
— На пару часов погрузился в полусон, — спокойно отозвался он.
— Иди ложись, — скомандовала я, — Иначе останешься совсем без сил. И реакция будет замедленная, а вдруг на нас кто-то нападёт?
— Ладно, — нехотя согласился Райан, — Но разбуди меня, как только рассветёт.
— Иди уже!
Я дала ему поспать до половины седьмого. К семи мы уже позавтракали, собрали палатку и отправились в путь. Райан снова взял меня за руку, переплетая наши пальцы.
— Не хочу больше скрываться, — вздохнул он.
— По-моему, все и так уже поняли, что между нами… — я замялась, искоса взглянув на него, — Ты же держал меня за руку и обнял тогда, прямо перед Дэвидом.
— Этого недостаточно, — возразил Райан, — Хочу, чтобы все вокруг знали, что ты — моя!
Я смущённо опустила глаза. Он сказал, что я — его? Внутри разлилось приятное тепло, вытесняя пронизывающий холод. Вокруг нас расстилалась ослепительная снежная равнина, а ледяной ветер норовил пробраться под одежду, но рука Райана согревала лучше любого костра.
— Ты сегодня почти не спал, — заметила я, — Почему не разбудил меня и дежурил один?
— Я же сказал, что немного вздремнул, — ответил Райан, — Ты ведь знаешь, я умею наполовину спать, наполовину бодрствовать.
— И всё же этого недостаточно! — заявила я, — Ты должен был меня разбудить.
— Не смог, ты так сладко спала, — Райан наклонился к самому моему уху и прошептал, — Это ведь я вчера не давал тебе уснуть, как же я мог не позволить тебе нормально выспаться?
Его дыхание обожгло шею, и я почувствовала, как лицо заливает краска. Вчера… Он и вправду долго не давал мне уснуть, его жадные губы буквально не оставляли мне и шанса на сопротивление. Я опустила голову, пытаясь спрятать пылающие щёки в воротнике куртки.
— Давай наденем защитные очки, уже совсем светло, — предложила я, чтобы перевести тему.
Райан лишь довольно усмехнулся, потянувшись к рюкзаку. Я тоже полезла за своими очками, и в этот момент почувствовала под ногами сильную вибрацию, а тишину прорезал резкий, сухой треск. Внутри всё похолодело, когда я поняла, что под нами не просто снег, а вода. Слишком много воды!
— Под нами какой-то водоём! — воскликнула я.
Райан замер, не делая ни шагу, но было уже поздно. Лёд под нами пошёл трещинами, и я даже не успела ничего сделать, как мы оба провалились в ледяную воду.