Страница 33 из 69
— Зачем? Хавьер, потому что это нормально, когда люди, которые собираются пожениться, обсуждают такие вещи! — в голосе прозвучало раздражение, которого она не ожидала от себя. — Или ты не согласен?
Он резко закрыл крышку ноутбука и посмотрел на неё с тенью раздражения:
— Нет! Просто… сейчас я не хочу это обсуждать, у нас полно времени..
— Ты не хочешь или… тебе неприятно сама идея свадьбы? — спросила тихо, но в глазах уже плескалась боль.
Он выдохнул, потер переносицу и произнёс фразу, которая, казалось, должна была всё успокоить:
— Для меня ты уже жена. Разве этого мало?
«Мало». Это слово вспыхнуло в голове, как лампочка.Да, мало. Для неё было мало.
Не потому, что она мечтала о белом платье. Нет. Алёна никогда не ставила штамп в паспорте выше чувств. Но если для него это просто слова — зачем тогда было всё начинать?
«Не зря же придумали эти формальности… чтобы сказать: я выбираю тебя. Окончательно. Без полутонов».
Она попыталась ещё раз:
— Да, для меня это просто слова и для меня этого мало. Я не понимаю, Хавьер. Ты сделал мне предложение, а теперь ведёшь себя так, будто я жду чего-то слишком большого от тебя... Мне это обидно. Если ты считаешь, что поторопился или ошибся, самое время это прояснить.
Он пожал плечами, сел рядом и обнял, но в его объятиях не было силы, той, что согревает.
— Mi vida, перестань болтать ерунду, всё будет. Просто доверься мне. Все произойдет в правильное время.
Алена сидела, облокотившись на подлокотник кресла, и пыталась понять, что происходит. Пары, которые решают жениться, всегда что-то планируют, пусть даже маленькое, простое, иногда смешное или невероятно изысканное — это часть ритуала, часть игры, часть радости. Она знала это, знала, что взрослые, ответственные мужчины тоже вовлекаются в такие моменты, особенно если женятся впервые, как Хавьер.
И всё было прекрасно: предложение, знакомство с её родителями, его безупречная серьёзность, маленькие жесты, которые казались сказочными. Но сейчас — полное молчание. Никаких планов, никакого обсуждения, ни единого слова о будущем, будто всё это её обязанность. Алена не понимала. Неужели он думает, что она из тех девушек, которые только и мечтают, чтобы их окольцевали? Он сам сделал предложение, она ни разу об этом не намекала, не умоляла, не просила. И всё же его холодная отстранённость заставляла её сомневаться: может, она слишком увлеклась романтикой, может, ей следовало ожидать чего-то другого?
Внутри неё росло раздражение и одновременно тревога — это не поведение человека, который так часто называл её женщиной своей мечты и собирался жениться впервые. Но разум отказывался принимать простое объяснение, а сердце шептало, что что-то здесь не так.
Она кивнула, но внутри что-то треснуло.
С того дня она перестала поднимать эту тему. А когда родственники снова спрашивали «Когда свадьба?», она лишь улыбалась и ждала, что Хавьер ответит сам либо отвечала: “данный вопрос не терпит спешки. Всему свое время”.
Кольцо она стала надевать всё реже.
«Если для него это не повод для радости, почему я должна помнить?»
Алёна никогда не была из тех женщин, для которых брак — самоцель. Если бы ей просто нужно было «выйти замуж», она сделала бы это много лет назад.Ей нужна была любовь, тепло, ощущение, что двое строят жизнь вместе. А теперь всё выглядело так, будто она — единственная, кто хочет говорить об этом.
И это было обидно.
Обидно до слёз.