Падение вверх

Глава 7

Изок выдался тёплым, обошлось без сильной жары и духоты. Да и с дождями повезло, поэтому вокруг всё утопало в зелени и цветах. Жители Зорны каждый день выходили на улицу и наслаждались красивыми видами. Это было не только приятным отдыхом: как проводники природной магии ведьмы с ведьмаками нуждались в подобных прогулках. Неудивительно, что в старину они жили в лесах или на их окраинах. Другие расы именно этим объясняли особенность ведьминских поселений, отсутствие в них слишком высоких и больших зданий. Если и строился многоэтажный дом, то обязательно с просторными балконами. А вообще ведьмаки предпочитали деревянные коттеджи, окружённые хоть небольшим, но своим садом, где можно было прикоснуться к шероховатому стволу, подхватить пальцем капельку росы с травинки, вдохнуть запах цветов и земли. Даже умирая, они давали жизнь новому растению! В нескольких километрах от Зорны зеленел тихий сад, где находили последнее пристанище ведьмы и ведьмаки. Местные жители там тоже гуляли, но с определённой целью: вспомнить ушедших родственников, пожелать им скорейшего перерождения.

А вот лесок за восточной околицей города был самый обычный, и летом в спасительной тени и прохладе густых крон часто собиралась молодёжь. Здесь ведьмы и ведьмаки не боялись громко разговаривать, шутить и смеяться. А ещё наблюдали друг за другом, приглядывались, и очень часто после таких встреч парни начинали ухаживать за понравившимися девушками. По вечерам то тут, то там можно было встретить милующиеся парочки. Нравы у ведьм были вольнее, чем у тех же магов, где до сих пор ценилась девственность и непорочность невесты. Однако ведьмы весьма трепетно относились к своему здоровью и знали, чем может аукнуться ранняя интимная жизнь. Поэтому до совершеннолетия редко кто познавал радость плотской любви, но вот ухаживания и свидания под луной были делом обычным.

Купава Полянская этим летом тоже переживала свою первую любовь. Ещё на прощальном балу в школе она познакомилась со старшим братом одного из выпускников, и сейчас ведьмак активно ухаживал за хорошенькой девушкой. Они часто встречались в гостях у общих знакомых, вместе гуляли по городскому парку, где всё цвело, а птицы захлёбывались звонкими песнями, и девичье сердце жаждало любви. Возможно, Яков Сапранков просто вовремя появился на пути Купавы. Он выгодно отличался на фоне других кавалеров: улыбчивый, спокойный, а ещё прекрасно образованный. Ведьмак учился в Баранганском университете на историческом факультете, прекрасно разбирался в искусстве и литературе. Идеальное сочетание для такой романтической натуры, как Купава! Слушая стихи в исполнении Якова и принимая букеты, она представляла себя героиней любовных романов, которые умудрилась прочитать тайком от матери. Это чувство приятно будоражило и кружило голову. Ведьма хранила все записки молодого человека, перевязав их шёлковой лентой. А крутясь у зеркала, впервые придирчиво разглядывала свою тонкую талию и высокую грудь. И расстраивалась, потому что у других знакомых девушек грудь была больше. Но подобные мысли вылетали из головы, стоило ей увидеть Якова с влюблённым взглядом. Ведьма тут же расплывалась счастливой улыбкой и радостно бросалась в объятия кавалера. Единственное, что омрачало её настроение, — это Лилея. Убегая на свидания, Купава чувствовала себя неловко перед подругой.

— Пойдём с нами, Лили! — часто приглашала она. — Яков позовёт своего друга..

— Нет, — сразу перебивала её Дамаскинская. — Спасибо, но я не хочу никуда идти.

Подруга растерянно дёргала свою пышную косу, как делала всегда в моменты сильного волнения, и растерянно смотрела на ведьму.

— Ты же не собираешься всю жизнь быть одна из-за Ильи?.. Этот негодяй живёт себе и в ус не дует, а ты до сих пор страдаешь!

Лилея невесело усмехнулась. Известие о свадьбе молодого перспективного зельевара Ильи Колосова и дочери банкира Гавердовского долетело и до Зорны. Дамаскинская с каким-то извращённым интересом очень долго разглядывала газетный магоснимок, с которого улыбалась пара новобрачных. Но теперь в улыбке Ильи она видела фальшь, его объятия казались не поддержкой, а способом удержать богатую жёнушку. И на ту самую блондинку Лилея смотрела с жалостью, понимая, что Колосов не любит её. Для него Меланья Гавердовская — билет в богатую сытую жизнь, о которой ведьмак всегда мечтал.

— Лили? — окликнула её Купава.

Девушка грустно улыбнулась и наконец ответила на вопрос подруги:

— Нет, не собираюсь. Но и менять одного жениха на другого, чтобы только не быть одной, не буду. Я верю, что однажды встречу своего мужчину. Мне кажется, я сразу узнаю его, почувствую родственную душу.. — она отвернулась к окну. — Благодаря Илье, я уже поняла, что верить словам не всегда разумно, нужно нечто другое.

— Жаль, что когда мы влюблены, то слепнем и глохнем, — вздохнула Полянская.

— И не хотим слышать правду, — продолжила её мысль Лилея. — Ведь мама была права. Она предупреждала, что Илья слишком идеально себя ведёт, а так в жизни не бывает.

Подруги какое-то время молчали. Потом Купава улыбнулась.

— Я очень рада, что предательство Колосова не сломило тебя и ты веришь в лучшее.

Лилея посмотрела ей в глаза.

— Не сломило! И ничто не сломит!.. Мне нельзя ломаться, ради мамы нельзя! Не хочу, чтобы про Дамаскинских говорили как про неудачников, — и улыбнулась подруге. — А теперь беги! Твой ведьмак уже заждался.. Слышишь? Это лает Брех, значит, Яков уже оборвал клумбу госпожи Забудько.

Подружки прыснули со смеху, вспоминая лукавую улыбку парня, решившего, что букет, добытый лично, лучше купленного. Шкодливость тоже была характерной ведьминской чертой!

И Купава, счастливая и сияющая, убежала на свидание.

Если бы она знала, что родители встретят в городе друзей и допоздна задержаться в гостях, если бы заметила злого Фрола, выскочившего из кафе, возможно, всё было бы по-другому. Но Купава, очарованная Яковом, слушала песню в свою честь и даже не вспоминала о подруге, оставшейся дома. Ведь она была уверена: родительский дом — это самое безопасное место в мире!

* * *