Искры во тьме

Глава 29

Утреннее пробуждение было на удивление мягким и спокойным. Вместо привычного липкого ужаса, вырывающего из сна, я пришла в себя постепенно, в тёплой ленивой истоме. Память о вчерашнем разговоре с Легионом всё ещё согревала изнутри, как тихий уголёк в очаге, и я уснула с его вкусом на губах – вкусом веселья и прощения. И кошмары не пришли. Впервые за долгие годы темнота за моими веками была просто темнотой, без глаз и теней.

Тело отзывалось лёгкой слабостью, голова была удивительно ясной, а мысли – чистыми. Я чувствовала себя… отдохнувшей. Это было таким редким, таким драгоценным ощущением, что я не сразу открыла глаза, просто наслаждаясь им.

В каюте было светло. Солнечный свет лился из большого окна не просто лучами, а целым жидким, золотым потоком, в котором плясали миллионы сверкающих бликов. Я прищурилась, поднимаясь на локти. За стеклом простиралось бескрайнее полотно насыщенного синего цвета, наполненное лазурными прожилками и усыпанное алмазными бликами. Море. Оно было не просто морем, оно было живым, дышащим существом, и его дыхание было солёным, свежим и пьянящим.

И тут что-то случилось. На поверхности воды, точно в такт биению моего внезапно встрепенувшегося сердца, расцвел серебристый фонтан брызг. Что-то большое, стремительное и невероятно грациозное выпрыгнуло из пучины, на миг застыло в воздухе изогнутой, идеальной дугой и бесшумно скрылось в глубине, оставив после себя лишь расходящиеся круги.

Даже лёгкая качка, обычно навязчиво напоминающая о себе, теперь казалась убаюкивающим покачиванием колыбели. Я сбросила одеяло и босиком, на цыпочках, подошла к прохладному стеклу, прижавшись к нему лбом.

Снова! Ещё один мощный взмах хвоста, и второе существо повторило путь первого, будто ведомое невидимой силой. И ещё одно! Они выныривали, парили в воздухе, залитые солнцем, сверкая мокрой кожей, и снова исчезали в своей стихии, оставляя лишь мимолётное эхо восторга в моей груди. Это был танец. Дикий, свободный и прекрасный.

Я заворожённо наблюдала, как они синхронно выпрыгивают и ныряют, будто играя с кораблем, сопровождая «Морскую Звезду» в её пути. Их движение было гипнотизирующим. А вокруг царила симфония жизни: ритмичный шум волн, разбивающихся о мощный корпус корабля, пронзительные, радостные крики чаек, кружащих над водой в надежде поживиться, и далёкие, сдержанные возгласы матросов на палубе, деловито выполнявших свою работу.

Я не знала, что это за чудесные существа, в этот миг они казались мне духами моря, явившимися, чтобы поприветствовать меня и подарить мне утро без теней. И я улыбнулась, впервые по-настоящему ощутив дыхание приключения и надежду на то, что впереди может быть не только долг, но и что-то прекрасное.

– Рин! – внезапный голос Джестис застал меня врасплох, и я вздрогнула. – Как ты себя чувствуешь? Я привела Тасию.

– Доброе утро, – улыбнулась я, заключая в объятия подошедшую подругу. – Со мной всё хорошо, чувствую себя отдохнувшей.

– Не мудрено, – сказала лекарь. – Ты ведь два дня спала беспробудно.

– Что? – Мои глаза округлились. – Я только вчера ночью с Легионом разговаривала.

– Нет, Рин, – Джес качала головой. – Это было два дня назад. Тасия увеличила дозу снотворного, чтобы быстрее поставить тебя на ноги, и вот, ты уже румяная и не такая горячая. Кстати, пока ты спала, мы дежурили у твоей постели, я и Легион, по очереди. Пока Легион сидел с тобой, я помогала Тасии, и она кое-чему меня научила, – подруга обернулась на лекаря и с улыбкой произнесла. – Спасибо, я столько узнала.

– Да будет тебе, – отмахнулась женщина. – Мне было радостно и не в тягость, лишние руки лишними не бывают, да и в той каморке приятно быть в компании.

Пока они перебрасывались словами благодарности, мой мир шёл кругом от осознания, что я проспала целых два дня. Теперь понятно, почему я такая отдохнувшая. Джестис отошла к тазу, наполняя его тёплой водой и замачивая несколько полотенец.

– Простите, – обратилась я к Тасии, когда она передала какой-то флакон моей подруге. – А как себя чувствует Кайро?

– Кайро? – со смешком переспросила женщина, удивлённая моим беспокойством, а после и вовсе рассмеялась. – Да на нём всё как на собаке заживает. Он во всю уже скачет по мачтам, как обезьяна.

– Ясно, – протянуто произнесла я. – Джес, ты сказала, что вы оба дежурили у моей постели, а Даарио? Он… – я смутилась, но решила договорить. – Он не заходил?

– Насколько я знаю – нет, – с лёгкой грустью ответила подруга, понимание в её глазах больно кольнуло сердце. – Он большее время проводил с капитаном, мы толком с ним не пересекались, иногда виделись на лестнице или наблюдали его на палубе вместе с Кайро, но он какой-то молчаливый с того момента, как ты… сама знаешь.

– Вот как, – с грустью произнесла я, осознание того, что чуть не случилось, между нами, болью отозвалось в сердце. И после он даже не приходил.

– Не делай поспешных выводов, девочка, – вдруг сказала Тасия, подходя ко мне. Она понизила голос до шёпота. – Вот тебе совет. Лучше всегда спрашивать напрямую, чем выдумывать.

Мы стояли довольно близко, и наши взгляды были устремлены друг на друга, словно в безмолвном диалоге. Почему-то мне казалось, что Тасия не так проста, как кажется на первый взгляд, что-то загадочное присутствовало в ней и её пристальных глазах.

– Много ли вы знаете? – вдруг спросила я, замечая боковым зрением, как Джестис отошла в другую комнату. Глаза Тасии даже не дрогнули, отвечая на мой вопрос. – Знаете ли вы что-нибудь об Эсхаросе?

При упоминании этого имени Тасия побледнела и отступила на шаг, её взгляд заметался. Она удивлённо и, скорее, напугано по-новому изучала меня с головы до ног. Джестис чем-то шуршала в другой комнате, но скоро она вернётся, времени было не так много.

– Ведь знаете, – с нажимом подтвердила я.

– Не мне тебе об этом рассказывать, – резко оборвала Тасия, отворачиваясь, но я схватила её за руку, возвращая зрительный контакт.

– Что вы знаете? – не отступала я. – Лучше всегда спрашивать напрямую, ведь так?

– А сама ты что знаешь о нём? – парировала она, но я покачала головой. – Я не могу тебе рассказать всё, но дам подсказку. Обратись к истории. Многое поменялось, но ты хоть поймёшь, от чего отталкиваться.

В комнату вошла Джестис с комплектом белья, мы с Тасией приняли невозмутимый вид, словно ничего не произошло, но Джес, похоже, заметила эту перемену, и тогда лекарь произнесла: