Страница 97 из 148
Денвер
СЕЙЧАС
— Что ты сказала?
Мое дыхание учащается.
— Я не это имела в виду.
Итан широко раскрытыми глазами уставился на меня.
— Ты только что сказала, что убила Уайатта. Это правда?
Я прикрываю рот рукой, но не могу вымолвить ни слова. Я не могу продолжать лгать, когда между нами повисла правда, затуманивая воздух и удушая нас обоих.
Итан замер на месте, ожидая моих опровержений.
Я молчу.
Он разворачивается и уходит, и металлическая дверь клуба с грохотом захлопывается за его спиной.
Я не могу броситься за ним, чтобы все объяснить. Люди увидят; они снимут меня на видео. Я в ловушке, все вокруг рушится, и я только что подписала Итану смертный приговор. Как только Рейнджер узнает о том, что ему известно, Итан умрет.
На ватных ногах я иду к офису; желудок сводит от тошноты, слезы жгут глаза.
Как я могла так поступить? Как я могла быть такой гребаной эгоисткой и втянуть во все это Итана?
Я ступаю на первую ступеньку и поднимаю взгляд. Мои пальцы сильнее сжимают перила, когда я вижу его.
Аксель стоит на верхней площадке лестницы.
— Я хотел дождаться тебя, — говорит он монотонным голосом. — Хотел извиниться за то, что устроил сцену.
Я не могу дышать. Холод разливается по груди и спине, колени подкашиваются.
— Ты обещала мне, что не делала этого.
— Я... — Моя губа дрожит. Я переживу ненависть Итана. Я справлюсь с его разочарованием. Но не с разочарованием Акселя.
Он спускается, чтобы пройти мимо, но я преграждаю ему путь.
— Аксель, пожалуйста, дай мне объяснить.
— Объяснить что? Что ты убийца? Такая же, как он? — Его глаза наполняются слезами. — Мы не такие, как они, Денвер. Никогда такими не были. Как ты могла?
— Все сложно, Акс, — шепчу я. — Я узнала о тех женщинах, и я просто... Это не просто. Совсем нет. Ты же знаешь, на что похожа наша жизнь.
— Это не наша жизнь! — кричит он, и его голос эхом разносится по коридору. Он снова выглядит как ребенок — тот трудный подросток, которому я понадобилась в ту самую секунду, когда вошла в его жизнь. — У нас есть выбор не быть такими, как он. — Он отводит мою руку и проходит мимо. Я следую за ним.
— Аксель, пожалуйста, пожалуйста, не уходи! — умоляю я, слезы катятся по щекам. — Ты же знаешь меня! Ты знаешь, что я бы не сделала этого, если бы у меня был выбор!
— Выбор есть всегда! — бросает он, резко оборачиваясь ко мне. — Теперь он тебя никогда не отпустит. Ты это понимаешь? Все наши планы, неважно, верили мы в них или нет, теперь не осуществятся. Потому что, если застряла ты, застрял и я.
— Нет. — Я качаю головой и хватаю его за куртку. — Я вытащу тебя. Клянусь.
— Но я не оставлю тебя, — говорит он. — Я не могу бросить тебя, Денвер. Ты моя семья.
Я едва сдерживаю рыдания.
— Мне жаль.
— Кого? Меня или Уайатта? — Он вырывается и уходит.
Я опускаюсь на пол, закрыв лицо руками.
Никогда еще я не ощущала последствия своих поступков так остро, как сейчас. Я не просто убила Уайатта; я приговорила к этой жизни и Акселя. Потому что он меня не бросит, он всегда будет рядом, и мне следовало подумать об этом прежде, чем нажимать на курок.
Я откидываю голову назад, грудь содрогается от рыданий. Неужели я всегда была такой эгоисткой? Я пыталась убедить себя, что я такая же жертва, как и Аксель, но, возможно, это не так. Я могла бы держаться от Рейнджера на расстоянии, если бы захотела; я могла бы жить в его доме и не позволять ему прикасаться ко мне, но я этого не делаю. Потому что, несмотря на все, что я ненавижу в этой жизни, кажется, именно этот мир дает мне силы двигаться дальше. Кажется, он часть моего кровотока, он не просто поддерживает во мне жизнь, он позволяет мне процветать. Возможно, во мне гораздо больше от Рейнджера, чем я готова признать.
Я поднимаюсь на ноги, смахивая слезы ладонями. Мне нужно все исправить. Нужно защитить Итана и Акселя, даже если для этого придется броситься на милость Рейнджера.
Я удаляю записи с камер. Если Рейнджер заметит, я что-нибудь придумаю. Захожу в офис, накидываю куртку и делаю глубокий вдох.
Я поговорю с Итаном и все объясню. В полицию он не пойдет, он умнее этого, а даже если и пойдет — я смогу все перевернуть. Он отвергнутый любовник, жаждущий мести, сорвавшийся после того, как я дала ему от ворот поворот после курортного романа. Это легко исправить. Сторонники теорий заговора это сглотнут и не поморщатся.
Боже, как я вообще могу так думать? Я нападаю на Итана, хотя он даже шага не предпринял. Я готовлюсь к атаке, которой может и не быть.
Я веду себя как ДеЛюкс.
Я выхожу на улицу, врываясь на парковку, и жадно глотаю прохладный воздух, радуясь падению температуры. В клубе было жарко, душно, но с каждым вдохом голова проясняется. С Итаном я разберусь в другой раз. Сейчас моя цель — Аксель.
— Миссис Леджер.
Хейз стоит, прислонившись к своей машине, скрестив руки на груди; в пальцах дымится сигарета.
Когда же закончится этот кошмар?
— Малыш «Люкс» выглядел взбешенным, — говорит он. — Поругались?
Я игнорирую его и открываю машину, но слышу, как он приближается сзади.
Паранойя скребется в затылке. Мог ли Хейз слышать, что я сказала Итану? А ссору с Акселем? Нет. Точно нет. Из-за расстояния и музыки он не мог услышать ни слова, но я настолько взвинчена, что часть меня готова поверить, будто он знает все.
Хейз уже совсем рядом.
— Ты ведь не спишь еще и с ним, а?
— Ты отвратителен.
Он улыбается.
— Ты в трендах. Знала?
— Какая удача. И что там сегодня?
Хейз достает телефон.
— Хэштег ДеЛюкс-и-Рейнджер. Звучит как название тачки, не находишь?
— Тачки, которую ты не можешь себе позволить.
— Я лучше на автобусе поеду, чем возьму твои деньги, — говорит он, показывая мне экран. — Милые фото.
Я бросаю взгляд на экран. Там сплошные снимки за сегодняшнюю ночь, сделанные с танцпола в «Пульсе»: руки Рейнджера на моей талии в офисе, его губы у моей шеи.
И тот ресторан. Я пытаюсь скрыть, как у меня опускаются плечи, когда смотрю на фотографии: рука Рейнджера на моей шее, его губы у моего уха. Идеальный ракурс. Красивое фото. ДеЛюкс и Рейнджер снова вместе, сильнее, чем когда-либо, несмотря на всю шумиху в СМИ.
Рейнджер все это подстроил. Сегодняшний вечер был не про нас и не про попытку что-то наладить.
Все это было ради имиджа.