Забирая Денвер

Денвер

Я сижу в машине и издалека наблюдаю, как Харли закрывает «Пульс». Мы закрываемся пораньше, чтобы персонал мог выспаться перед завтрашней помощью на свадьбе. Сейчас чуть за полночь, и мое сердце колотится в предвкушении.

Прошло три недели. Это время было заполнено планированием свадьбы и фотосессиями. Мы дали интервью одному из популярных изданий, для которого мы с Рейнджером нарядились и позировали на диване: его рука на моем плече, моя рука на его бедре.

Это было наше первое в жизни интервью, и мы сплели историю о любви, обретенной после утраты. Уайатт трагически погиб, и Рейнджер стал моим маяком силы в это тяжелое время. Это не было совсем уж ложью, но в печати все выглядело куда романтичнее, чем на самом деле.

И вот завтра свадьба, а мне еще нужно кое-что сделать.

Если я хочу начать все с чистого листа, я должна забыть последние несколько лет своей жизни, забыть то, что я сделала с Уайаттом, и двигаться дальше. Но для этого мне нужно очистить прошлое.

Как только Харли уезжает, я пробираюсь внутрь «Пульс», освещая себе путь фонариком на телефоне. Я открываю напольный сейф, о существовании которого никто не знает, снимаю фальшивое дно и замираю, глядя на маленький мешочек из красного бархата.

Я запускаю внутрь дрожащую руку и высыпаю содержимое на ладонь.

Обручальное кольцо Уайатта.

Это чертовски уродливое кольцо, которое я ненавижу. Не знаю, зачем я забрала его в ту ночь. Может быть, мне нужно было напоминание о том, что я совершила, или о том, что Уайатт вообще существовал. А может, как и некоторые убийцы, я хотела получить трофей.

Как бы то ни было, сегодня я выброшу его в воду.

Я закрываю сейф и выхожу из кабинета. С каждым шагом вниз по лестнице на сердце становится легче. Вот и все. Новая жизнь. Больше никакой лжи.

Я спускаюсь в холл и поворачиваю к выходу, и тут мой пульс резко подскакивает.

Детектив Хейз стоит в конце коридора, прислонившись к двери. Я зажимаю бархатный мешочек в ладони и сжимаю кулак, надеясь, что он его не заметил.

— Что тебе нужно? — спрашиваю я.

Он ухмыляется.

— Не рада меня видеть?

— Нет. И это частная собственность.

Он медленно приближается с ленивым и торжествующим видом. Тревога сжимает сердце и желудок. Почему он так чертовски доволен собой? Мои ладони потеют, и бархатный мешочек кажется раскаленным.

— Мне сегодня поступил один интересный звонок, — говорит он.

— Рада за тебя.

— Хочешь знать, от кого? — спрашивает он, начиная обходить меня кругом. Я переступаю с ноги на ногу, стараясь не выпускать его из виду. — Позвонила молодая леди по имени Марли Максвелл. Знаешь такую, Денвер? Впрочем, вряд ли. Это ведь не настоящее ее имя. Это сценический псевдоним.

Мое терпение начинает иссякать.

— Потрясающе. Я могу идти?

— Денвер, пожалуйста, — говорит он. — Дай мне насладиться моментом, я представлял это месяцами. Итак... — он снова начинает говорить легким тоном, — у Марли недавно случился кризис совести, и она решила позвонить и сделать небольшое признание. Она рассказала мне, что была одной из тех женщин, которых трахал твой муж.

Он перестает кружить и встает напротив меня, все еще широко улыбаясь.

— Нам не удавалось поговорить ни с кем, к кому прикасался Уайатт. Они были как призраки. Стало казаться, что никаких женщин и вовсе не было. Так вот, прелестная Марли поведала мне, что чувствовала вину, потому что Уайатт ей нравился, а она ему лгала. Она делала вид, что они случайно встретились в баре, но это вовсе не было случайностью.

Мне становится холодно. Дыхание перехватывает.

— Ее

наняли

, Денвер, — говорит он. — И можешь угадать, кто ее нанял? Нанял их всех? Погоди! — Он ухмыляется и вскидывает руки. — Можно я сам скажу? Я хочу это произнести. — Он наклоняется ближе. — Рейнджер. Люкс.

Я пытаюсь унять дрожь, ярость и неверие.

— Ты лжешь.

— О нет, — говорит он. — Я не лгу. Я хороший коп, помнишь? Мне не нужно лгать. Твой будущий муж, ну... похоже, он лжет напропалую.

Рейнджер не мог этого сделать. Он не нанимал этих женщин. Он бы не стал.

— Но я еще не закончил, Денвер, — говорит Хейз, драматично надув губы. — Я также заглянул в завещание твоего отца, потому что никак не мог взять в толк, почему ты с Рейнджером. В этом не было смысла. Я знал ребят, которые вели дело против твоего отца, и все знали, что под конец он ненавидел Рейнджера. Так с какой стати ему писать в завещании, что Рейнджер должен распоряжаться твоими финансами? Зачем ему указывать, что он хочет, чтобы ты пошла к нему? — Он жмет плечами. — Ответ прост. Он этого не писал.

— Ты лжешь! — кричу я. — Я... я была на чтении завещания. Я там была!

— Но ты сама его читала? Или его читали тебе?

Я не могу соображать. Я была так убита горем из-за потери отца, что доверилась словам семейного адвоката. Почему бы мне было ему не доверять?

— Видишь ли, Денвер, Рейнджер ненавидел твоего отца. Правда ненавидел. Нико хотел завязать с бандитской жизнью, и Рейнджер счел это предательством. Он ждал. Ждал. И как только подвернулась возможность, он убил твоего отца и прибрал тебя к рукам. Это лучшая месть, не так ли? Забрать дочурку Нико ДеЛуки, растить тебя в мире, от которого Нико хотел тебя оградить, да еще и трахать тебя в придачу.

Я даю ему пощечину. Он разминает челюсть и улыбается. Это его не останавливает.

— Двух мужчин, которых ты любила больше всего, твоего отца и Уайатта, стер из твоей жизни Рейнджер Люкс, — говорит он. — И, э-э... сколько там до свадьбы? — Он сверяется с часами. — Восемнадцать часов?

— Все это неправда, — твержу я. — Рейнджер бы так не поступил. Он любит меня.

— Ой, «Люкс», — говорит он, делая шаг ко мне. Я отступаю. — Нет, не любит. Ты для него средство достижения цели – мелкая месть. А ты его покрываешь. Ты защищаешь человека, который отнимал, отнимал и отнимал у тебя. Потому что ты слабая.

— Это не так, — шепчу я.

— Так. И как только он на тебе женится, ты попадешь в ловушку. Станешь женой Рейнджера Люкса. Несчастной. Одинокой. То-то папочка будет гордиться. То-то мамочка будет гордиться. И малыш Тео... — Он цокает языком. — Каким же разочарованием оказалась его мамочка.

Я бросаюсь на него. Я бью его наотмашь, кулаками, впиваюсь ногтями в лицо. Он перехватывает мои запястья и толкает назад. Я падаю. Бок пронзает боль от удара об пол.

И моя ладонь разжимается.

Хейз переводит взгляд с меня на выпавший мешочек и мгновенно его подхватывает.

— Нет! — я пытаюсь его перехватить.

Но он уже открыл его.