Страница 39 из 68
— Привыкай. — услышал я чей-то голос. — И научись контролировать эмоции, а иначе он будет пищать постоянно. Он реагирует на учащение твоего пульса и ещё на что-то.
Я не видела говорящего, но могла точно сказать, что это был мужчина.
А ещё только когда он заговорил, и я попыталась найти его взглядом я поняла. Что освещение было сделано так, что я видела лишь то, что было внутри и саму клетку. А вот снаружи было темно.
— Кто ты? Где я? — начала я задавать вопросы, но ответ не получила.
Вдруг свет погас, клетка погрузилась в кромешную тьму. А потом я услышала, как что-то скрипнула и я знала, что кто-то зашёл в клетку. Я чувствовала приближение кого-то. Хотя и не могла ничего разглядеть.
Вот мне сделали укол. Поняла это же когда тонкая игла вонзилась в голое предплечье. Потом было несколько минут ожидания. Писк ошейника прекратился. Кто-то померил мой пульс. Мне самой даже не пришлось прилагать усилия чтобы успокоиться. За меня это сделало то лекарство, которое мне вкололи. Снова моё тело было безразлично к любым внешним раздражителям, и не починялось мне, а вот разум работал.
Ещё когда свет выключился, и я не смогла разглядеть в кромешной тьме ничего, я закрыла глаза. И вот сейчас я так и лежала обездвиженная лекарствами, с закрытыми глазами, но в полном сознании. Разве что гул в голове всё ещё мешал сосредоточиться на звуках.
— Ну что подействовало? — спросил кто-то.
Голос был мужской и звучал как будто издалека. Видать тот, кто спрашивал стоял не рядом с моей койкой, а там за периметром клетки.
— Думаю, что да. — ответил тот, кто стоял у койки. — Она же не зверь, а людям много времени не нужно.
— Тогда нечего тянуть. Нужно вытащить из неё маяк. — дал указание первый, тут же объяснив причины спешки. — Времени мало! Скоро Старший Блэйквуд узнает, что случилось и начнёт поиски.
Второй ничего не ответил, но моя койка сдвинулась с места и меня куда-то покатили. Вот мы миновали открытую дверь клетки, я понял это по характерному стуку колёсиков больничной койки по металлической рамке на полу. Потом шли по какому-то гулкому и тёмному коридору и вот вышли на свет. Сквозь плотно закрытие веки я лишь могла предположить, что второй коридор был освещён лампами дневного света. Вот тут-то это и случилось. Я моргнула. То есть моё веко дёрнулось. Сначала я решила, что это просто рефлекс. Но потом, когда смогла сделать это сама, то чуть не выдала себя. Сжала пальцы правой руки и почувствовала покалывание. Получалось, что в этот раз они точно ошиблись с дозой или же лекарство было другое, но меня потихоньку начало отпускать.
Но тут мы снова миновали какие-то двери и вот остановились.
— Слушай, а почему нельзя просто пропустить через неё ток и спалить его? — спросил второй. — Это же такая морока сейчас сканировать её искать маяк, а потом резать её чтобы достать его!
— Если маяк будет в недоступном месте для того, чтобы его извлечь, то тогда сожжём. А так у Франка другие планы на этот маяк. — ответил первый и снова дал указание. Не болтай, а отстёгивай ремни.
Не поверив своим ушам, я затаив дыхание ожидала, когда меня освободят. И мысль о том, для чего они это делают, меня в тот момент не волновала. Я сосредоточилась лишь на том, чтобы лежать и не двигаться. Самым сложным было контролировать своё дыхание, чтобы ошейник не выдал меня.
Вот ремни были расстёгнуты и меня начали перекладывать.
В голове металась мысль: «-Сейчас или рано ещё?»