Летние занятия

— Ты сама такая, — парировала Елена. — С такой внешностью, как у твоего отца, с его непринужденностью — готова поспорить, в нем еще полно огня.

Тэмми вскочила, ее стул с грохотом рухнул на пол, и по залу прокатился шепот. Она рванулась к Елене, я схватила подругу за руку и в последний миг удержала.

— Если он когда-нибудь свяжется с кем-то твоего возраста, я застрелюсь, — ее ноздри дрожали, мышцы были напряжены до предела. — Но сперва я прикончу эту суку!

Я схватила наши сумки и потащила Тэмми за собой.

Студенты вытягивали шеи, перешептывались и хихикали. Когда мы оказались перед кафетерием и дверь за нами захлопнулась, я отпустила Тэмми.

— Что это сейчас было? Ты чуть не врезала ей.

— Эта мелкая дрянь заслужила.

Я не понимала ее реакции. Она была импульсивной, но никогда прежде ни на кого не набрасывалась.

— С каких пор ты принимаешь это всерьез? Пусть себе фантазируют. Ты же сама хотела их свести.

Ее глаза блестели. Она отвела взгляд и сглотнула.

— Мама была на шесть лет старше него. — Ее нижняя губа дрожала. — Он никогда не стал бы связываться с кем-то моложе. Я не хочу это слушать, понимаешь, Джей-Джей? Это отвратительно.

Слезы катились по ее щекам.

— Она была для него всем. И для меня тоже. Я никогда тебе об этом не рассказывала, потому что… — Ее голос сорвался, она покачала головой. — Просто не могу.

Я притянула Тэмми к себе и погладила по спине. Никогда прежде я не видела ее такой. Она никогда не показывала, что чувствует. В голове эхом звучали слова Хантера: «Она потерялась».

Внезапно меня накрыло чувством вины. Я была худшей лучшей подругой на свете. Эти игры с Хантером нужно прекратить, пока мы не ранили Тэмми своим ребяческим поведением. Нужно остановиться, пока я не увязла в том, чего никогда не будет.

***

Фары «Форда» Тэмми освещали дорогу всего на несколько метров вперед. Дождь барабанил по стеклам, и Тэмми включила дворники на максимальную скорость.

Я прислонила голову к окну.

— Этот старый дом простоит еще сотню лет. — Тэмми рассмеялась.

Полчаса назад шторм превратился в настоящий ураган, и хотя с Тэмми было безопаснее, мне нужно было знать, все ли в порядке с нашим домом.

Мы съехали с шоссе, оставив позади районы с белыми садовыми заборами и ухоженными лужайками, и свернули на мою улицу. Первое, что я увидела, — красно-синие огни пожарных машин у нашей подъездной дорожки. В горле встал ком.

— Черт. — Еще до того, как Тэмми успела затормозить, я распахнула пассажирскую дверь, натянула капюшон дождевика и начала проталкиваться мимо собравшихся людей. Они словно завороженные смотрели в сторону нашего дома, из-за толпы я его даже не видела.

— Простите. — Я отодвинула в сторону какую-то женщину, протиснулась мимо плотного мужчины, и чем ближе подходила, тем сильнее становилось ощущение, что что-то не так.

Когда я пробилась вперед, обзор перекрывали две пожарные машины. Я хотела обежать их сбоку, но тут ко мне бросился пожарный и покачал головой:

— Пожалуйста, отойдите назад, мисс.

— Что случилось?

— Вы здесь живете?

Я кивнула, готовясь к его ответу.

Только не это. Пусть хоть раз все будет хорошо.

Он положил руку мне на плечо, его взгляд смягчился, и я поняла, что мое желание не сбудется.

— Не подходите близко. Сожалею, мисс.

Мои ноги двинулись вперед сами собой.

— Джей-Джей? — позади раздался голос Тэмми, но я шла дальше.

Пластиковая лента, отделявшая наш двор от тротуара, трепетала на ветру. Из раций пожарных доносились помехи и голоса, но когда я увидела, что произошло, мир вокруг сжался, а все остальное потеряло значение.

Ствол старой ольхи переломился посередине, как спичка. Крона разрушила половину остроконечной крыши и нижние окна. Наш дом выглядел так, будто в него врезался шар для сноса зданий.

— Нет… — я уставилась на обломки, надеясь проснуться. Но дождь, сирены и гул голосов вокруг казались слишком реальными для сна.

— О Боже, — Тэмми положила руку мне на плечо.

«Теперь все наладится», — голос матери звучал в моей голове, будто насмехаясь.

Теперь все наладится.

Я словно оцепенела, уставившись на то, что осталось от нашего дома, и ждала, когда слезы навернутся на глаза и я сорвусь.

Ничего не происходило. Сердце билось ровно.

— Мы со всем справимся, — донесся издалека голос Тэмми. — Когда пожарные уберут дерево, все окажется не так страшно.

Кивок — единственное, на что я оказалась способна. Тэмми притянула меня к себе и погладила по спине:

— Все хорошо, все наладится.

Моя доска желаний.

Моя доска с фотографиями, цитатами и мечтами о жизни, которую я себе представляла.

Все погребено под обломками крыши.

Белый забор, чау-чау, семейные праздники, поездка к Эвересту — все оказалось под завалами и пеплом. Вместе с этим и жизнь, которой я жила до сих пор.

Я ответила на объятия Тэмми, крепко прижала подругу к себе и выдохнула. Давление в груди исчезло, дышать стало легче.

Что-то изменилось.

Я не могла сказать, что именно, но я это чувствовала.

***

Два дня назад в мою жизнь ворвалась очередная катастрофа. После того как пожарные временно оградили дом, а я пережила первый шок, я пыталась увидеть в этом знак. Неоплаченные счета, разрушенная крыша, отсутствие матери… Возможно, судьба что-то мне говорит. Может, стоит воспользоваться шансом и наконец вырваться из ее лап и из своей токсичной жизни.

А может, судьба просто раздает мощные пинки под зад, и я возглавляю ее список.

Ультрафиолетовая лампа заставляла мое белое платье и розовые неоновые браслеты на запястьях светиться. «Gorilla» Бруно Марса и смех гостей гремели у бассейна. В кармане завибрировал телефон. Я достала его и улыбнулась, прочитав сообщение Тэмми:

Я рада, что тебя не сломить. Помни: неважно, насколько поздно, я за тобой приеду. Хочу узнать все подробности, немедленно.

Как раз когда я собиралась убрать телефон, пришло еще одно сообщение:

Если проведешь ночь с ним, будешь целый месяц каждый день приносить мне кофе. Я вас свела.

Наверняка она сидит дома и неотрывно смотрит на экран телефона. Тэмми и ее любопытство… Я подняла голову и поискала глазами Аарона, он исчез пять минут назад, чтобы раздобыть что-нибудь попить.

Он пробирался сквозь танцующих и протянул мне пластиковый стакан:

— Вот! — сказал он, перекрывая музыку. — Уверена, что не хочешь чего-то другого?