Пашкины будни

Часть 3 Иномирец + иномирец + абориген. Глава 7. Говори, что думаешь, и думай, что говоришь

Даль Варим поначалу был не слишком рад свалившейся ответственности, ведь предполагалось спокойное, практически бесконтактное дежурство под дверью у важного иномирянина. Почётно и не хлопотно. А иномирян вдруг оказалось двое и оба проблемные. Мало того, что иномирцы, так еще и с нирматами на шеях. Оба. А с другой стороны… так интригует! И Даль принялся за сбор информации. Не по злонамеренности и даже не по службе, а потому, что интересно. Нет, не так… Это же такое сладкое чувство — знать то, чего не знают другие. И Далю уже не казалось новое поручение неудачным — подопечные у него образовались более чем колоритные. Рано или поздно они таки вызовут интерес у дворцовой публики, у служивой части — так точно! И тогда он не упустит шанса приподняться над массой любопытствующих и строящих предположения. Он не будет гадать, он будет ЗНАТЬ! Дивное ощущение, даже если придется держать язык за зубами. А держать придется — его величество Эрик отдал прямой приказ: присматривать и помалкивать. Знал бы Эрик, что для новобранца Варима «присматривать» и «совать нос не в свое дело» — синонимы, очень бы удивился.

Даль предвкушал, Даль настраивался не только наблюдать, но и анализировать — еще одно удовольствие, которое можно смаковать в одиночку!

И так…

Наездник, да еще с нирматом. Не слишком приятно. Но, он младше, да еще землянин, хоть и знаменитый. То, что знаменитый, это плюс. Надо думать, что поставить на место этого провинциала будет не сложно.

Апролец — вещь в себе. Одно понятно: там, на родине, он принадлежал к знатному и влиятельному роду. Одна только твердокаменная сдержанность чего стоила! Ну и шельма с ним! Понаблюдаем, посмотрим, доложим по команде. В данном случае — самому его величеству Эрику! А Эрик, по наблюдениям очень чуткого к дворцовой конъюнктуре Даля (а как иначе выжить во дворце младшему сыну младшего рода), потихоньку подминал под себя всё, что связано с охраной и безопасностью. Вот как бывших королевских советников и их кровных родственников — общим числом восемьсот тридцать семь душ, включая младенцев и стариков — закинули живьем в Пустоту на глазах у всей столицы, так дворцовая охрана, и в первую очередь гвардия, почувствовала изменения. Всех без исключения, невзирая на чины и заслуги, прогнали через жёсткую ментальную проверку. Всех!

Те, кто пытался возмущаться, а их таких уверенных в себе и неосторожных, было немало, тихо исчезли. Некоторые подчинились, но так и не вернулись с аудита. Собственно, эта чистка и позволила Далю Вариму, на тот момент стажеру на испытательном сроке, занять то положение, которое он имел сейчас. Чем премного был доволен. А что заставили принести повторные клятвы на верность королевскому дому, так Далю то нетрудно и даже приятно, потому как верность дому Керим в их клане разумелась сама собой. Ну добавили к традиционному тексту новую фразу о том, что клятву приносящий обязуется ни мыслью, ни словом, ни письмом, ни жестом, ни иным путем не искать способы обойти данный обет. И что? А кто бы не подстраховался после предательства самой элитной элиты? Братья-короли в своем праве.

Поклястся каждому величеству по отдельности и трону в целом? Да с дорогой душой!

К тому же лишний раз попасться на глаза венценосным братьям всегда полезно. Даль не подозревал, что именно повторная личная клятва, искренняя и даже восторженная, и заставила его величество Эрика обратить внимание на более чем ординарного гвардейца, не обладающего ни статусной наследственностью, ни выдающимися способностями, ни даже лидерскими задатками. Зато мальчик был не лишен амбиций, не глуп, при этом честен и любознателен. Дай такому правильные ориентиры, и будет у короны ещё один добротный исполнитель. Разве плохо? А чем не ориентир Павел Мартун и его крепкий внутренний кодекс потомственного воина.

И вот теперь юному Вариму предстояло организовать досуг двух таких странных подопечных. Ну, хоть одну зацепку, таверну, ему подсказали.

Павел попросил показать ему дворец. Не весь, конечно. Только то, что на вкус самого стихийного гида покажется достойным внимания. Алу особого интереса к экскурсии не проявил, но и не противился.

Собственно, Алу и задал настрой всех перемещений. Даль уже смирился с долгим и нудным пешим путешествием по бесконечным коридорам. Нужно было из самых дальних жилых помещений западного гостевого крыла дотопать до центральной части огромного дворца. Но всё оказалось проще. Собственно, это и был первый раз, когда апролец проявил не то что интерес, а целую полновесную инициативу.

— Пешком? — удивился он холодно. — Тогда мы до полуночи не пообедаем.

На что Павел как-то обреченно хохотнул:

— Зато аппетит нагуляем. Неужто ты не насиделся еще в четырёх стенах, бро? Все равно выбора нет, как я понимаю.

Малоподвижное красивое лицо апрольца впервые чуть дрогнуло. Далю показалось, что он уловил иронию.

— Не ты ли чуть горничную не покусал, когда она обед нести отказалась?

Пашка скроил пренебрежительную и при этом уморительую рожицу — ну, было, а кому удаётся жить без промашек?

— Твои предложения, Ал? Наматывать километраж по коридорам меня тоже не тянет. Натощак прекрасное не так уж прекрасно, знаешь ли. Сюда меня его величество перенёс, но Даль-то у нас один, а нас двое. Двоих утянешь, Даль?

Вопрос был риторическим. Один ходок — один пассажир или груз, равноценный по весу. Это аксиома.

— Вас, наверное, не предупредили, господа, но, несмотря на нигаторы, я вполне способен перенести себя сам.

— Нигаторы? — вопрос парней прозвучал в унисон. И вдогонку от Даля: — Ты тоже ходок?