Страница 13 из 85
Пожалуй, только Юрна не ощутила перемен — пятна и дыры на дорогих сердцу вещах заказчиков появлялись с прежней регулярностью. Работала она быстро и качественно, леваком не грешила — все по договору подряда, и даже к зельеварам за очищающими средствами не обращалась. Принципиально. Хотя по правилам некоторые типовые декокты ей полагались на технологические нужды. Управлялась своими силами, невеликими, но очень квалифицированными. Потому как очищающее зелье клиент и сам прикупить мог, не тратя средства на весьма дорогостоящую услугу мага-бытовика, который не только залатает-почистит, но и внешний лоск на изделие наведёт.
Юрна и принесла подружкам новости на кончиках своих афро-кудряшек, изрядно облагороженных Серафимой.
В департаменте началась медленная, но неумолимая чистка. Секретари в неопознаваемых мундирах, тоже молодые, оказались не лишены финансовой грамотности.
А еще в кулуарах вдруг зашелестела нервическая догадка, что все они, секретари эти, как один, тайные менталисты. По этому поводу артефакторы вдруг стали необыкновенно популярны — магическое сообщество резко озаботилось защитой своих мыслей. Самые озабоченные первым делом и попали в зону интереса новичков… Леваком пробавлялись абсолютно все. Особенно замарались отделы, предоставляющие материалоёмкие услуги — зельевары и артефакторы. Мало того что налоги с левых услуг не платили, так ещё и ингредиенты с компонентами подворовывали на это дело. И это не считая перерасхода накопителей. Короче, грешки перед короной были у всех.
И таки да, все началось с наездницы. Видимо, наезднику-землянину в коридоре подвернулись обиженки из мелкотравчатых.
Пашка по привычке полез пальцами в ёжик волос на макушке и понял, что больно — так сильно расчесал. Недовольно глянул на медикуса, сияющего неимоверно дружелюбной улыбкой: доволен, гад, учиненной экзекуцией. А еще, помимо неприятных ощущений, было досадно: он, Пашка, и словами через рот хорошо понимает. Без обидных шлепков и унизительной почесухи. Что и было доведено до самозваного воспитателя в выражениях, далеких от куртуазных. А для усиления своего увесистого «фи» он уселся на стул для пациентов, глянул исподлобья да сухо потребовал:
— Лечи давай, Макаренко недоделанный, — и потыкал пальцем себе в маковку. — Грудину еще подрихтуй, зашибло вчера. А заодно убери всё лишнее.
— А если не уберу? Проклятья симпатичные. Одно на детские кошмары во сне, а второе на неопределенное беспокойство. Будешь все время бояться опоздать или друзьям доверять перестанешь. Полезная штука. Станешь пунктуальным и осторожным. Не-а, не сниму, — медикус всё ещё веселился.
— Тогда пойду к лавэ Шенолу и скажу, что ты отказался, — отрезал парень жёстко. Интэ Дрири резко посерьёзнел: понял, что перегнул палку и довёл таки добродушного здоровяка до края терпения.
— А ты повзрослел, Павел, — уже совсем другим тоном сказал заслуженный медикус.
— А ты бы спросил, зачем меня к тебе лавэ командировал в приказном порядке…
И таки да, всё внешнее влияние было устранено, и макушка, и всё прочее залечено. А ещё дотошный медикус опытным путем определил, что Пашкин резерв — вещь в себе. Резерв сам по себе неплох, почти на четвёртый уровень тянет — неплохо для человека, магия которого чуть больше года назад проснулась. Только есть нюанс. У магов с обычным развитием дара этого уровня резерв подвижен, как вода в сосуде с тонким горлышком. И не расплескивается, и изливается дозировано, согласно воле обладателя: хоть по капле. А надо — струёй. У Пашки та же вода, только в заскорузлом бурдюке с широким горлом, из которого даже струйку организовать трудно, не то что капельный расход. Либо льем фонтаном, либо не льем. Вот униформа и вытянула всё, что имелось разом, вместо того, чтобы перейти в режим энергосбережения и побыть просто одеждой. Поэтому и самочувствие у парня в тот момент было непривычно плоховатым.
Видимо, дефект структуры личного магохранилища — это последствия поздней инициации. А уж когда Пашка вспомнил, что инициировался со страху и был в это время в подавителях воли, инте Дрири только крякнул раздосадованно и велел приходить завтра. Ему подумать надо. А ещё ему вдруг захотелось взглянуть на резерв Ольги и сравнить… Ольгина магия, если подумать, тоже ведет себя нестандартно.
Как результат: Павел был обучен нескольким упражнениям, которые должны были сделать виртуальные стенки резерва более эластичными. А как побочный эффект — научить парня чувствовать свой магический ресурс без заныривания в медитацию, а по первому желанию. В идеале — контролировать постоянно на подсознательном уровне. Первые пять дней упражнения делались под строгим надзором, пока навык не закрепился.
А потом Павла таки пригласили в столицу. Приказ звучал однозначно: «прибыть немедленно».
Правда, оказалось, что парень понял содержание записки слишком буквально. Сын потомственного офицера — это диагноз.
Благо, лавэ, к которому Пашка, как полагается, со всем возможным поспешанием сквозанул на доклад об отбытии по приказу с верху, парня притормозил. У начальства имелись более подробные инструкции. А у туэ Вадуд вполне определённое мнение, как нужно собираться в служебную командировку. И вообще, какой придур… хм… слишком исполнительный младший чин ломится во дворец на ночь глядя? Кому он там нужен без денег, запасных трусов и с неучтённым для прокорма нгурулом на хвосте. И без гостинцев. Инициативу с гостинцами лавэ, дайте шельмы ему всяческой удачи, пресёк на корню. А вот организовать комфортный постой Раша — прямая обязанность уважаемой туэ. Почтовик в помощь.
И… Короче, Пашка удрал на хутор предупреждать, что Раш на неопределенное время с довольствия снимается. Тёть Оля хоть и занудничала маленько, а все же была права на все двести процентов. Добрых знакомцев среди коллег из дружественного теперь столичного Корпуса у Пашки хватало, а потому иметь запас наличных для поддержания реноме удачливого служаки очень даже не помешает.
Семёныч Пашке обрадовался, утащил в кузню, усадил, все новости выспросил и задал очень интересный вопрос:
— А что ты, паря, с этим апрольцем делать будешь?
— Ну, ты спросил, дядь Жень… Война манёвр покажет.
Замотанный, внутренне взъерошенный предстоящей командировкой в одно лицо без друзей и привычного начальственного пригляда, Пашка ответил на «отвяжись», но всё ж допетрил, что вопрос-то по делу.
Действительно… А что?