Круиз с осложнениями

Глава 15

Вцепившись в край фарфоровой раковины, пытаюсь сдержать рвотный позыв. На ужин подали мясо с подозрительным вкусом. Темноволосая женщина рядом пыталась убедить меня взять телятину, уверяя, что «медовый мужчина»

12

– не опечатка. Теперь верю ей: то, что мне принесли, явно не было ветчиной.

Закрываю глаза, ожидая, пока пройдет тошнота. Ни на одном брифинге это не упоминалось. Думала, работа будет легкой, но с каждой минутой становится ясно – я выбрала слишком сложное задание.

Слышу легкий стук в дверь ванной, затем раздается голос Маверика.

— Всё в порядке? Ты там довольно давно, а я уже несколько минут не слышу, как тебя тошнит. Не умерла, случайно?

Толкаю дверь и смотрю на него снизу вверх.

Он прочищает горло.

— Без обид, но ты выглядишь немного… Может, пропустим игры сегодня?

— Знаю, как выгляжу. После того, как съела человечину, выгляжу так, как себя чувствую, а чувствую – дерьмово.

С трудом встаю, прохожу мимо него и падаю на кровать. Лежу, жалея о том, что вообще поднялась на корабль. Этот опыт – самое близкое к кошмару, что я переживала.

— Держи, выпей, — Маверик протягивает холодную бутылку воды, и я беру ее. По крайней мере, один из монстров в этой сумрачной зоне добрый. И опасно красивый.

— Вы все едите человечину? Может, я просто странная, но у меня никогда не возникало такого желания, — откручиваю крышку и жадно глотаю холодную жидкость.

Маверик садится на край кровати.

— Нет, большинство из нас предпочитает есть обычную еду. Просто шеф-повар такой… — он качает головой. — Если не идем на игру, пойду в холл, чтобы…

— Мы точно идем на игру. Не затем проделала такой путь, чтобы торчать в каюте, — ставлю пустую бутылку на тумбочку и откидываюсь на подушки. На самом деле я бы предпочла пропустить их больные игры. Может, еще не поздно выпрыгнуть за борт и доплыть до берега. — Когда мы должны отплыть?

Маверик смотрит на часы у кровати.

— «Отбитый Круиз» официально отошел от причала около часа назад.

Сердце падает.

— Серьезно? Я ничего не почувствовала.

— Стабилизатор на лайнере довольно современный. Если не попадем в очень сильный шторм, ты почти ничего не почувствуешь, — Маверик поворачивается и смотрит на меня, только сейчас замечаю, насколько зеленые у него глаза. Морская пена и золотые искры кружатся вокруг черных зрачков. — Ты уверена, что готова к играм?

Встаю с кровати и подхожу к сумке – только ради того, чтобы немного увеличить расстояние между нами. Смотреть в его глаза – единственная игра, которой мне действительно стоит избегать.

— Сказала же, всё в порядке. Хватит нянчиться. С нашей разницей в возрасте, должно быть наоборот, — достаю из сумки футболку и джинсы. — Как одеваться на мероприятие? Есть какое-нибудь приложение, которое подскажет, чем мы будем заниматься?

Маверик обходит кровать и снова вторгается в мое личное пространство.

— Погоди. Вернись к тому, что ты сказала до этого. Ты не можешь быть сильно старше меня, максимум на пять-шесть лет.

— Сколько тебе?

— Двадцать два.

Усмехаюсь.

— Мне тридцать восемь. Разница в шестнадцать лет, и я бы сказала, это довольно существенно. Но только если бы мы пытались трахаться…

— А мы не пытаемся, — говорим хором.

Этот момент снимает напряжение, и мы наконец смеемся. Рада, что дрейфуем на одной волне. Если бы только моя гребанная вагина могла мыслить рационально…

— Если Джим не скажет иного, можем надеть что угодно, — говорит Маверик.

— То есть он не контролирует каждый аспект?

Маверик качает головой, но его короткие светлые волосы не сдвигаются с уложенного пробора. Он что, использует стайлинг?

— Нет, он в основном дает нам свободу. Строг только к первому и последнему вечеру. Обычно.

Появляется возможность, и я ее использую.

— Можешь отвернуться, пока переодеваюсь? — прошу, и он отворачивается. Лично мне плевать на скромность, но хочу оценить его язык тела, когда будет отвечать, а это легче сделать, когда парень не смотрит прямо на меня, пока я смотрю на него. — Расскажи немного о Джиме. Чем он занимается, когда не организует отдых для серийных убийц?

Его плечи поднимаются и опускаются в пожатии.

— Особо нечего рассказывать. Мы мало о нем знаем, — он замолкает, затем прочищает горло. — Слушай, знаю, это твой первый отдых, но у нас тут не кружок по интересам, где мы рассказываем о себе вне мероприятий. Боюсь, у меня не будет много информации о большинстве людей здесь, если ты ищешь именно это.

— Прости, не пыталась выпытывать. Просто хочу поддержать разговор, пока раздеваюсь прямо за спиной у незнакомца.

Он поворачивается ко мне лицом.

— Тебе было бы удобнее, если бы я вышел в коридор?

— Мне было бы удобнее, если бы ты не оборачивался, когда у меня сиськи торчат наружу, — торопливо натягиваю мешковатую футболку, спадающую с плеча, но меня не особо беспокоит, что он обернулся. Однако тот факт, что его взгляд так и не опустился ниже подбородка, немного раздражает.

Он улыбается и снова отворачивается к двери.

— Мои извинения.

Неловкое чувство возвращается, сердце начинает биться быстрее. Маверику не понравилось, что я так близко подобралась к Джиму, и, сказав, что они особо не разговаривают на таких мероприятиях, парень быстро пресек любые будущие вопросы о ком бы то ни было.

Застегивая пуговицу и поднимая молнию на шортах, мысленно отмечаю, что нужно забрать пистолет, пока Маверик будет спать. Буду чувствовать себя спокойнее, когда снаряжение будет под рукой. Сейчас практически хожу голая, и это меня тревожит. Без служебного пистолета, значка и других атрибутов профессии у меня остался только мозг, и этот конкретный сучий орган предает меня на каждом шагу.

— Ладно, теперь можно повернуться, — говорю, когда одеваюсь.

Он поворачивается ко мне и окидывает взглядом, прежде чем издать низкий свист.

— Ты хорошо одеваешься, по-простому, красавица, — говорит он со смехом, и это маленькое ласковое слово заставляет сердце трепетать.

— Всё лучше, чем космический костюм.

— Не знаю. Раньше твое лицо было закрыто. А теперь нам всем приходится на него смотреть. Гадость, — Маверик корчит рожицу, и я шлепаю его по руке. — Шучу, шучу. Ты выглядишь…

Пока он колеблется, подбирая нужное слово, я замираю в ожидании. Пойдет ли он по безопасному пути и скажет, что я милая? Или попробует польстить и скажет, что я красивая?