Страница 50 из 148
Потом Аверин вдруг приехал навестить. Приезжал-уезжал, на обратном пути снова заехал с женой. Это мы впервые с Ольгой Авериной так близко пообщались.
Сначала у них дети были совсем маленькие. Потом если и пересекались, то все больше на общих приемах, да и то буквально несколько раз. Она не любительница таких мероприятий.
Теперь все внезапно разъехались, и мне одному даже завтрак не лезет.
Хоть Ольшанскому звони. Один он мне конечно нахер не нужен, зато Арину с Катюхой привезет. А мы с ним все равно собирались у меня в офисе встречаться, я ему должен решение проблемы с приятелем подогнать.
Звоню, и на удивление Демид соглашается.
— Арина как раз просилась, чтобы я взял ее с собой, у нее к тебе какое-то важное дело. Катю с няней оставим, приедем вдвоем с Ариной и потом вместе поедем в офис.
— Давайте так.
Мне лишь бы одному не завтракать.
Платонов тоже куда-то с утра усвистал, сказал, в офис приедет.
— Роберта, принеси пока кофе. Завтракать я буду позже, скажи на кухне, чтобы рассчитывали еще на две персоны.
— Хорошо, синьор.
Роберта уходит, смотрю ей вслед. Стройная тонкая фигурка. Прямая спина.
На ходу быстро проводит рукой по волосам, проверяя прическу. Заправляет за ухо несуществующую прядь.
Такой простой непритязательный жест.
В сознании что-то вспыхивает как короткое замыкание. Вспыхивает и гаснет..
Да нечего тебе заправлять, все зализано, будто корова языком зализала. Так и хочется догнать, снять эту белую херню, выдернуть шпильку и растрепать волосы.
Но нельзя. Я же блядь дон.
А дону не положено гоняться за горничной по особняку..
Съезжаю по спинке ниже, вытягиваю ноги. Надо сменить тему, а то время утренних стояков как бы уже прошло.
Подумаю о чем-то другом. Вернусь к своему особняку и гостям.
Очень милая у Костяна жена. Теперь я понимаю, почему Аверин ее прячет на своей вилле и не очень охотно выводит в свет.
Ему хочется, чтобы было что-то свое, только для него.
Я бы тоже так делал, если бы я имел право на нормальную жизнь, если бы оставался просто Феликсом, пусть даже главарем сомалийских пиратов. А лучше бывшим..
Может, у меня тогда тоже была бы семья, и жена, и дети.. Например сын такой как Рафаэль..
На секунду закрываю глаза и представляю как я выхожу из машины, вернувшись вечером с обычной работы из обычного бизнес-офиса.
Малой, похожий на Раэля, бежит ко мне через газон, который только подстриг наш садовник Антонио. Бежит, расставив руки, и кричит:
— Синьол..
Возле дома стоит.. Милана. Милана, блядь. Темные длинные волосы, широкая улыбка. Она стоит достаточно далеко, чтобы я мог различить каждую черточку лица. Но это она, в своем цветастом «сомалийском» сарафане.
— Ваш кофе, синьор.
Открываю глаза и вздрагиваю.
На меня смотрят почти синие глаза Роберты, а обычно они у нее голубые. Или в них отражается небо?
— Ты что-то хотела, Роберта?
— Приехали синьор и синьора Ольшанские. Подавать завтрак, пока они дойдут до террасы?
Растираю лицо, чтобы прогнать захватившее виденье.
— Подавай.
Если бы это был мой сын, он не стал бы называть меня синьором. И вообще он не стал бы говорить со мной на итальянском. Как минимум на двух языках, смотря на каком бы говорила его мама.
А мой сын называл бы меня папой, а не синьором..
Только никаких сына и жены у меня быть не может. Я сам впрягся в это дерьмо и впрягать еще кого-то точно не стану.
Дон — это не должность, и даже не образ жизни. Это диагноз, и диагноз смертельный. Так что я просто не имею права никого подставлять.
— Привет, — у террасы появляется Арина, за ней Демид. Поднимаюсь с дивана, подхожу сначала к Ольшанской.
— Привет, Шарик!
Демид удивленно поднимает брови.
— Шарик?
— Феликс считает, что это очень смешно, — объясняет ему Арина, глядя на меня с жалостью, — Ари-Шарик.
— А, — хмыкает Ольшанский, — ну да, прикольно!
Она смотрит на нас свысока и поводит плечом.
— Ладно вам, давайте завтракать и погнали! Ну ладно, не дуйся, — подлизываюсь к подруге, подсовывая ей офигительные блинчики с апельсиновым соусом. — Смотри какая вкусняха. Малой Ольшанский их стрескает и попросит добавки.
— Платонов уверен, что будет вторая девочка, — говорит Демид, наворачивая блины.
— А ты сильно расстроишься? — спрашиваю.
— Мне однохуйственно, — качает он головой, — лишь бы все нормально прошло.
В общем, делаю вывод, что в компании завтракать веселее.
— А ты зачем в офис едешь? — спрашиваю Арину, когда уже едем в машине.
Мы с ней сидим на заднем сиденье, Демид на рулем. За мной потом приедет водитель.
— Мне до родов надо проект успеть в университет закончить. Хочу финансистов наших попросить. Прости, уже твоих, — она быстро исправляется.
— А почему у Демидовских не попросишь? — мне не то, чтобы жалко, просто интересно.
— Так я с его делами вообще не знакома, а в наших делах мне проще ориентироваться. Ты не переживай, — она трогает меня за рукав, — я никаких секретных документов из офиса выносить не буду. Мне просто для курсовой нужны цифры. Чтобы не с потолка. Я возьму, да? Можно?
Она кладет подбородок мне на плечо. Демид поглядывает на нас с водительского сиденья и явно начинает нервничать, но молчит.
— Да можно, бери, — пожимаю плечами, — там ничего секретного и нет в тех цифрах. Это ж не черная бухгалтерия, это по криптоферме. Там все в белую идет.
— Спасибо, — Арина, расчувствовавшись, чмокает меня в щеку и отодвигается.
Мы с Демидом вместе выдыхаем и каждый смотрит в свое окно. Он вперед, я в сторону.