Постучи в семь дверей

ГЛАВА 51. Изар

О том, чем можно подкупить призрака, Марк не ответил, посоветовав почитать сборник легенд об общении людей с духами и другими потусторонними сущностями. Здесь к легендам относились не как к сказкам, а как к практическому опыту, изложенному поэтично, с некоторыми преувеличениями, но полезному для использования в похожем случае.

А ещё по его совету я поговорила с замковым жрецом, прояснившим для меня здешние представления о том, что ждёт душу после смерти, все возможные варианты посмертия.

Ничего удивительного, что после таких разговоров ночью мне приснилась Изар.

– Какая ты настойчивая! – усмехнулась она, выплывая из тумана. – Так не хочется умирать?

– Не хочется, – честно призналась я. – Но ближайшие два года мне это и не грозит, если то, что слышала о проклятии, правда. Жёны ведь умирают только родами?

– Да. Я не смогла подарить Ральфу наследника, и никто не сможет!

– И тебе его не жалко? Мне говорили, что ты его любила. А если любят - жалеют.

– А он меня пожалел?! – глаза призрака налились тьмой и словно превратились в провалы, затягивающие в себя частицы света.

– Уверена, что да. Он ведь тоже любил тебя.

– Любил?! Он и сейчас меня любит! Или ты думаешь, что заменила меня не только в постели, но и в его сердце?

Изар засмеялась и взмыла вверх чтобы смотреть на меня сверху вниз, подчёркивая своё превосходство.

Слышать такое было неприятно, тем более, что уверенности в том, что Изар ошибается, у меня не имелось. Я постаралась не показывать, как меня задевают её слова, заговорила спокойно:

– А ты думаешь, он будет любить тебя вечно? Ты ведь убиваешь не только жён, но и его детей. Каждая новая смерть наносит ему жестокую рану. Подумай, как скоро ты для него превратишься в бессердечное чудовище?

Изар перестала усмехаться и нахмурилась.

– И потом, как бы он к тебе не относился, посмертие ты с ним не разделишь. Ведь его душа уйдёт на перерождение, а твоя – нет. Даже если в этой жизни я умру нелюбимой, у меня есть шанс встретиться в новой жизни с Ральфом и провести её в любви и согласии. Без тебя!

– Нет! Нет, этого не будет!

Изар попыталась топнуть ногой и вновь взмыла вверх.

– А как ты сможешь этому помешать? ведь проклятие привязывает тебя к этому миру.

– Ральф умрёт, и я освобожусь!

– Не обязательно. Ведь ты прокляла графа Лартиса. А появлению нового графа проклятие не помеха. Сам Ральф тому хорошее доказательство.

Изар молча заметалась, то исчезая в окружающем тумане, то вновь появляясь передо мной. Наконец она замерла, остановившись в шаге от меня.

– Пусть Ральф сам попросит. А я подумаю!

– Но как? Это ведь только мой сон. Ральф не может видеть тебя.

– Приходите завтра в полночь к пруду с моими цветами. Наяву. Ты поможешь ему меня увидеть.

Изар приблизилась и схватила мою руку. Ледяной холод обжёг кожу и достал, казалось, до самого сердца.

Я проснулась. Сердце колотилось, как африканский тамтам. Перед глазами плыли круги, и я не сразу поняла, что окружающий мрак – это не постигшая меня слепота, или ещё что похуже, а просто ночь. Задёрнутые шторы. Отсутствие света.

Потянулась магией и зажгла ночник. Тусклый свет не разогнал темноту полностью, но помог убедиться – я в своей спальне. Рядом – никого. Всё привычно. Тревога не отпускала. В колышущихся тенях чудились чьи-то глаза.

Я сняла вязаный браслет и положила его на пол возле кровати. Утром подниму. Стало немного спокойнее. Похоже, Изар откликнулась. Не верю, что привидевшееся – обычный ночной кошмар. Впрочем, уже в следующую ночь у меня есть шанс проверить. Достаточно прийти с мужем к пруду в полночь. Завтра, а точнее уже сегодня, Ральф вернётся в замок.

Интересно, а захочет ли идти Ральф? Поверит ли? Или стоит заманить его, не раскрывая карт? Вряд ли он мне откажет в романтичной прогулке под луной в парке.

Нет. Обманывать не стану. Расскажу, как есть. Даже если он мне не поверит, Ральф достаточно галантен, чтобы не отказать женщине в такой пустяковой просьбе. А уж что из этого выйдет – посмотрим.

Я думала о том, как рассказать всё мужу, как убедить в необходимости полночного рандеву, о том, как всё это будет проходить, и что может пойти не так. И всё для того, чтобы не думать над тем, что меня действительно мучило – насмешка Изар. “Ты думаешь, что заменила меня не только в постели, но и в его сердце?”

Если это правда? Ральф ценит меня, я это точно знаю. Нам хорошо вместе. Но любит ли он меня? Не знаю. Думать об этом было больно. И я пряталась от этой боли в другие мысли и заботы.

Снова удалось заснуть лишь на рассвете, от того опять встала поздно. Верика Мадик подтвердила, что Ральф с управляющим вернуться к обеду.

– Если бы они задерживались, муж бы меня предупредил, – сказала она.

Хлоя принесла мне ещё один браслет от Пруденс, а Марк подзарядил его. Не знаю, как он подействует на Ральфа, но почему бы не попробовать? Вдруг он и ему поможет увидеть призрака.

Ральф вернулся, как и обещал, ещё до полудня. Усталый, но довольный. Видно было, как вымотала его дорога, потому я не спешила рассказывать мужу про свой сон. Помогла ему привести себя в порядок после дороги, покормила, хотя муж убеждал, что вполне может потерпеть до обеда, а оставшееся до него время он с большим удовольствием проведёт иначе.

– Одно другому не мешает, – возражала я, кормя его бутербродами. – Мы всё успеем.

И я была права. Единственное, что никак не успевалось – это рассказать про Изар. Ральф так радовался мне, так страстно ласкал и целовал, что имя его бывшей никак не сходило с моего языка, и я малодушно откладывала и откладывала разговор.

Лишь на закате, когда, гуляя вдвоём по парку, мы вышли к тому самому пруду, я наконец решилась:

– Знаешь, мне сегодня приснился странный сон. Ко мне приходила Изар. Не цветок, а твоя первая жена.

Я почувствовала, как напрягся и закаменел Ральф, после упоминания Изар. Он не прерывал меня и никак не комментировал. Но не поверил. Это стало ясно, когда он заговорил.

– Это просто сон. Слишком часто здесь тебе напоминали о ней. Скоро мы уедем в поместье, и ты успокоишься.

– Нет, это не просто сон...

– Мари-на, я понимаю, что тебя пугает проклятие, – прервал меня Ральф и остановился, повернулся лицом ко мне. – Но клянусь, сделаю всё, чтобы оно тебя не затронуло. Я готов отказаться от детей навсегда, только бы избежать риска.