Я тебя верну

Эпилог

Четыре месяца спустя

Лиза

Сквозь сон слышу тихое хныканье, но окончательно проснуться не успеваю. Моя голова осторожно перемещается на подушку, и следом я слышу успокаивающий голос мужа:

— Чшшш, мой хороший, не кряхти, иди к папе. Не надо будить нашу маму, пусть она поспит. А мы с тобой пойдем погуляем..

Алекс достает малыша из кроватки и выходит с ним в детскую, где включает ночник. Слышу, как он там с ним возится и пытается напевать ему колыбельную.

Несмотря на полное отсутствие слуха и голоса, не знаю, как у него так выходит, это все равно получается трогательно и мило.

Некоторое время балансирую на грани. Хочется провалиться обратно в сон, но опыт подсказывает, что сын и его отец продержатся недолго. И это точно не по вине Алекса.

Он старается делать все, чтобы я высыпалась, просто наш сын весь в своего отца. Одними уговорами его не возьмешь.

Так и есть. Они слишком долго не возвращаются из детской.

— Давай его сюда, Алекс, — зову мужа, развязывая завязку на сорочке. Расстегиваю застежку бюстгальтера.

— Ты не спишь? — заглядывает он в спальню. — Я не хотел тебя будить.

— Леон, я так понимаю, тоже не спит? — спрашиваю с улыбкой.

— Мы поменяли подгузник, выпили воды, но спать он отказывается, — Алекс приносит сына и бережно подкладывает мне под грудь.

Сам обходит кровать и ложится так, чтобы обнимать меня со спины и смотреть, как я кормлю Леона.

— Это такой кайф, малыш, смотреть, как моя женщина кормит моего ребенка. Я не думал, что когда-то смогу это прочувствовать. И тебе говорил, что не устану тебя благодарить? — он целует меня в плечо.

— Каждый раз, милый, — поворачиваю к нему лицо, чтобы поймать еще один поцелуй губами.

Он говорил, что Лора не кормила Кристину грудью. Крис выросла на смесях, и муж сам часто кормил ее из бутылочки.

Теперь он хочет наверстать пропущенное. Поэтому когда наш папа дома, он всегда старается не пропускать кормление и быть с нами рядом.

Сейчас, когда он смотрит на нас с малышом, в глубине его черных глаз разгорается настоящий огонь. Да, на ночь Алекс всегда снимает линзы.

Этот огонь отражается в зеркальной панели телевизионного экрана и обжигает меня, стоит только повернуть голову.

Кажется, даже на щеке остается ожог.

Твердые горячие губы целуют мою шею, двигаются по направлению к мочке уха, перемещаются дальше к затылку.

— Что нам врач говорил, когда там уже можно будет, ммм? — мурлычет он.

— Ты каждый день спрашиваешь, — шепчу в ответ тихо, глядя как сонно малыш чмокает возле груди. — Иногда по два раза. Поставь уже отметку в календаре в телефоне.

— Так давно поставил, — он улыбается мне в волосы, прижимаясь твердеющим пахом сзади. — Просто хочется услышать от тебя.

Практически до самых родов у нас была очень бурная и яркая сексуальная жизнь. Теперь все на паузе. Только нежничания. Мы с сыном купаемся в них и тонем. И меня пока так устраивает.

Но я хорошо знаю своего мужа. И знаю, что он ждет. Ждет терпеливо, как хищник в засаде.

Ждет, когда дадут команду «можно».

Роды у меня прошли по общепринятым стандартам нормально без осложнений. Но это по медицинской терминологии. А для меня все свелось к сплошной раздирающей боли и кошмару. Не знаю, как бы я справилась, если бы рядом не было Алекса.

Партнерские роды для Европы в принципе давно норма, поэтому нас даже не спрашивали. Между нами это даже не обсуждалось, как бы само собой подразумевалось, что он на роды пойдет вместе со мной.

Когда малыш родился, я могла только плакать. Его положили мне на грудь, я смотрела на него и ревела.

— Он похож на тебя, — сказал Алекс, поцеловал сначала его, потом меня. — Я же говорил, что не надо его называть Маратом. Марат будет следующий.

Малыш и правда родился светленький с голубыми глазами. Они могут потом потемнеть, но я сама вижу, что он не похож на своего отца, скорее, на своего деда. На моего папу. Поэтому мы назвали его Леон.

Я пока о следующих родах могу думать только с содроганием, но мой муж уверен, что я быстро передумаю. И второй у нас тоже будет сын.

— Я хочу от тебя еще детей, малыш. Мне понравилось, — сказал он, когда мы привезли Леона домой.

Его обожает весь дом. Фрау Эльза не знает куда меня посадить и чем накормить. Она бы не спускала внука с рук, но ее сын этого делать никому не разрешает.

Алекс нанял приходящую няню, которая помогает с ребенком. Правда, я стараюсь справляться сама. И у меня слишком много помощников.

Крис с удовольствием возится с бро, но у нее теперь для этого меньше времени. Она больше не живет с нами, съехала на арендованную квартиру. Причем не одна.

Я тогда еще не родила, мы с ней вышли прогуляться в парк. Внезапно перед нами затормозил до боли знакомый белый кроссовер, и из него вышел огромный букет роз. Следом выпали шарики в форме сердечек, а за ними появился Оскар.

— Крис, ты слишком много пропустила уроков по вождению, даже не знаю, как мы все это будем наверстывать, — сказал он.

Кристина шокировано распахнула и приоткрыла рот. Потом всхлипнула и бросилась парню на шею.

Этим же вечером мы узнали, что Оскар — сын одного из партнеров по бизнесу Александера. Он попросил Алекса взять сына в одно из подразделений, это обычная практика для западного бизнеса, чтобы их дети начинали с низов.

Алекс взял парня личным водителем, а тот запал на Крис. Прямо спросил, что за девушка, и не будет ли против босс, если он к ней подкатит.

Мой тогда еще не муж как раз решил провернуть аферу с розыгрышем внедорожника. И лучшей кандидатуры, чем Оскар, на роль инструктора для Крис, найти было трудно. Поэтому, конечно, он согласился.

Когда Крис поняла, что за нами начата охота, она прогнала Оскара, потому что не хотела его подставлять.

Теперь они вместе живут в арендованной квартире. Алекс скрипит зубами, но терпит. Сейчас вроде как уже привык. А поначалу даже пытался ставить условия.

— Пусть сначала женится, потом будете вместе жить, — заявил он.

Крис подняла брови.

— Лиза, уйми своего мужа, — ответила язвительно. — Мы не собираемся жениться с Оскаром, по крайней мере сейчас. А если надумаем, то вас на свадьбу обязательно пригласим, не переживайте!

С Лорой Кристина больше не виделась, хотя та пробовала выйти на связь. Но ее последняя попытка сдать отца бандитам оказалась последней каплей. Крис ей этого не простила и порвала с матерью окончательно.

Алекс не вмешивался, сказал, что поддержит любое решение дочери.