Я тебя верну

Внутри пахнет свежестью — видно, что перед нашим приездом клининг хорошо постарался.

На первом этаже просторная гостиная с камином, мебелью, обитой мягкой тканью и уютными пледами на креслах. На полу ковер в пастельных тонах, на стенах несколько картин с пейзажами.

Дальше большая кухня с деревянными фасадами, вытяжкой, массивным столом и высоким окном, из которого видно сад.

— Как мне здесь нравится! — восторженно восклицает Крис, распахивая кухонные шкафчики. — Этот дом будто ждал нас!

Мне тоже нравится. Очень. Я даже боюсь выражать свою радость, чтобы не спугнуть удачу.

Поднимаемся на второй этаж. Там две спальни, в одной из которых балкон выходит в сад.

Внутри пахнет деревом, из шкафов доносится слабый аромат лаванды. Ванная комната одна, но тоже светлая, с большим зеркалом и практически новой сантехникой.

— Это просто идеальное место, — соглашаюсь я, выходя обратно в коридор. — Даже не скажешь, что тут давно никто не жил.

Возвращаемся вниз и выходим во двор.

Перед домом небольшая лужайка, дорожки выложены камнем. Видно, что летом здесь было много цветов, хотя сейчас клумбы убраны.

За домом совсем крошечный сад, буквально несколько деревьев. Зато все очень ухожено, даже есть две деревянные скамейки, выкрашенные в желтый цвет.

В углу сада — качели, которые покачиваются и слегка скрипят от легкого ветра.

— А кто ухаживает за садом и клумбами? — спрашиваю господина Ренье.

— Садовник, — отвечает он, — я оставлю вам телефон, если пожелаете.

Бросаю взгляд на соседний дом. Он стоит чуть в стороне, отделенный узкой полосой зелени. Ставни плотно закрыты, но сам дом выглядит вполне обжитым и ничуть не заброшенным.

— А кто наши соседи? — спрашиваю я у господина Ренье. — В доме кто-то живет?

Он переводит взгляд в ту сторону и отвечает:

— Дом только недавно сдали. Так что совсем скоро у вас появится сосед.

У меня внутри шевелится нехорошее предчувствие, но я быстро от него отмахиваюсь.

Нельзя думать только о плохом. Если думать о плохом, плохое и будет притягиваться. Сосед и сосед. Пускай это будет милый старичок, с которым мы будем здороваться по утрам и справляться о его здоровье.

Кристина удовлетворенно хмыкает и поворачивается обратно к нашему дому.

— Ну что, нам нравится? — спрашивает она.

— Думаю, да, — отвечаю, чувствуя, как потихоньку расслабляюсь.

Мы снова поднимаемся на веранду. Господин Ренье передает документы, мы с Крис быстро их просматриваем. Крис задает несколько вопросов, и, наконец, я ставлю подпись.

Мне вручают ключи.

— Если возникнут вопросы, управляющая компания всегда к вашим услугам, — говорит Ренье перед уходом.

Мы благодарим его, провожаем взглядом, пока он не садится в машину и не уезжает.

Я вдыхаю воздух полной грудью. Здесь спокойно. Тихо. Может, и правда получится устроить жизнь заново?

— Ну что, давай отпразднуем? — Крис радостно встряхивает ключи в руке. — Выпьем чаю. Где мы сложили чашки и чайник?

Морщу лоб, вспоминая, в какой именно коробке лежит кухонная утварь.

— А я говорила, давай подписывать! — ворчит Крис.

— Мы так спешили, — оправдываюсь, вскрываю одну коробку за другой, — и нам все равно надо будет все разбирать.

— Давай установим традицию завтракать на веранде и вечером здесь же пить чай, — заявляет Крис, когда мы усаживаемся в плетеных креслах, кутаясь в пледы.

— Зимой тут будет холодно, — возражаю я.

— Да сколько той зимы, — беззаботно машет подруга рукой, — а представь, какая тут весной красота. А летом! И бро мой будет целыми днями на свежем воздухе. Вот тут поставим коляску под деревьями. Классно же!

Она продолжает расписывать в красках, а я невольно перевожу взгляд на соседний дом.

Не знаю, почему вид плотно закрытых ставен вызывает в душе смутную тревогу.

Мне все-таки нужно посетить доктора и попить успокоительное. Крис права, зима пройдет быстро, а весной родится мой ребенок. И может тогда боль если не уйдет, то хоть немного уменьшится?