Страница 93 из 94
Прячу фото обратно в ящик. Поднимаю глаза — прямо напротив висит картина. На ней изображен остров, просто кусок застывшей вулканической лавы посреди Индийского океана. А еще облака и солнце.
Благодаря этой картине я поняла, что за приобретение сделал отец и передал мне в наследство. Она появилась после того, как я уехала в Европу. Затем папу убили, и когда я вернулась, мне было не до картин. А потом я переехала к Демиду.
Илья получил ключ и сделал видеообзор дома, чтобы я могла оценить, все ли на месте или чего-то не хватает. Я еще находилась в клинике, у меня было слишком много свободного времени. Я сделала стоп-кадр, приблизила и долго-долго смотрела.
Просто остров. Просто плоский неживой камень, над которым светит солнце. Много-много солнца. Каждый день, триста сорок дней в году.
Повинуясь интуиции, повернула экран с изображением, затем открыла интернет. И в голове словно ручкой нарисовали цепочку. Солнце — солнечные панели — энергия. Остров, нарисованный в форме биткоина.
Крипта. Отец собирался установить там серверы и майнить крипту, а в качестве источника энергии использовать солнечные панели. Триста сорок дней в году.
Дальше было проще. На картине в нарисованном облаке я легко угадала наш с папой шифр. И когда вошла в облачный диск, на меня посыпалась информация. Горы информации.
Я оказалась права, отец бредил криптовалютой. Он давно говорил, что это идеальный бизнес, у которого есть только два «но» — стоимость энергии и охлаждение.
Чертежи, схемы, решения — папа давно готовился. Вот только придумал это не он, он лишь присвоил чужую идею. Украл. У этого изобретения совсем другой автор.
Набираю на телефоне номер, который был записан на обрывке салфетки. Мама чудом его сохранила, когда нашла в кармане платья.
— Здравствуй, Феликс.
— Привет, — абонент даже не думает скрывать изумление. Не даю ему возможности опомниться.
— У меня есть то, что ты искал. И что тебе будет интересно вернуть. Но еще у меня есть условия.
— Слушаю, красивая, — он напрягается, я продолжаю.
— Первое, ты больше не называешь меня красивой. Остальное могу озвучить при встрече. Напиши, где и когда.
И нажимаю «завершить звонок».
* * *
Феликс выбрал Рим, и я согласилась. Мне пора возвращаться, а на Бали удобнее лететь через Европу. Документы оформлены, дом выставлен на продажу, нежилая недвижимость тоже.
Меня здесь больше ничего не держит, даже могила отца. Я нужна живым, а не мертвым.
Илья приехал со мной в аэропорт за компанию. С Иосифом Аароновичем и Софой Марковной я попрощалась накануне.
Со мной всего лишь небольшой чемодан, который вполне может сойти за ручную кладь. Мы прощаемся с Ильей, и когда самолет отрывается от земли, меня охватывает дрожь предвкушения.
Я неимоверно скучаю, мне слишком мало гигабайтов фото и видео, которые высылает мама. Поэтому каждая секунда, которая приближает к дому, отсчитывается внутри вместе с сердцебиением и пульсацией крови.
Но я должна закончить то, что хотела, поэтому закрываю глаза и пробую уснуть. У меня будет два часа между рейсами, я сразу забронировала билет до Денпасара. Все равно Феликсу нужно будет время, чтобы обдумать мое предложение. Да и решение в конечном итоге принимать не ему.
Я заплатила Илье по отдельной смете, и он провел для меня небольшое расследование. Это не слишком секретная информация, но взять мне ее было неоткуда. А Циммерман вращается в кругах, в которых нарыть такое намного легче.
Илья выяснил для меня, что Феликс — внебрачный сын одного из влиятельнейших сицилийских мафиози. Он поссорился с отцом и теперь отказывается от любого общения с ним, от его помощи и поддержки. Самостоятельно с нуля поднял бизнес, который потом отобрал папа.
Я много думала о Феликсе. Почему ни Ольшанский, ни мой отец не сделали того, что сумел сделать он? И папа, и Демид талантливые управленцы, иначе они не достигли бы в своем деле таких высот.
Почему они оба предпочли потратить свои силы и способности на то, чтобы отнять чужое? Воспользоваться чужими достижениями?
Правда, Илья осторожно заметил, что Демид стал гораздо более осмотрительным в своей деятельности. Возможно, он тоже сделал для себя определенные выводы. А может, ему понравилось быть олигархом.
Я этого никогда не узнаю. Я дала понять, что меня это не интересует. Циммерманы не знают, что нас связывает, поэтому тема Ольшанского была закрыта.
Я до сих пор не знаю, как Феликс получил свой остров. Но почти уверена, что папа мог точно так же попытаться. Индонезия не единственное солнечное место на планете, с его деньгами он вполне мог позволить себе разместить серверы в других точках.
Но Глеб Покровский предпочел украсть. Посредством Демида Ольшанского, пусть и использовав его втемную.
Вхожу в ресторан, Феликс уже там. Сидит за столиком, уставившись в экран телефона. Но меня будто чувствует, поднимает голову и встает из-за стола.
— Привет, — «красивая» вовремя проглатывает. Это хорошо, есть шанс, что мы договоримся. Он отодвигает стул, демонстрируя, что с манерами знаком. — Падай.
— Здравствуй, Феликс, — сажусь на предложенное место, — у меня мало времени, поэтому давай по существу.
Выкладываю на стол папку, достаю оттуда договор дарения на остров. От Арины Покровской Феликсу Фоксу. Пока без моей подписи.
— Я возвращаю тебе то, что у тебя забрал мой отец. А ты возвращаешь Ольшанскому все, что увел с его счетов.
Феликс молчит. Долго молчит, затем заговаривает холодно:
— Ты ему не сказала. Не сказала же?
— Это тебя абсолютно не касается, — отвечаю сухо. Феликс вскидывается.
— Почему, Арина? Зачем ему возвращать? Давай я лучше тебе переведу. Ты имеешь полное право..
— Не нужно, — перебиваю, мотая головой, — мне достаточно того, что оставил отец. Не вернешь Ольшанскому деньги, не будет никакого договора.
— Ладно, — сдается он, — договорились. Верну. Прямо сейчас отправлю распоряжение своему бухгалтеру.
— Теперь вопрос, — наклоняюсь ближе, — ты уже думал, как будешь охлаждать сервера?
Он зависает на мгновение, но быстро отмирает и откидывается на спинку стула. Сверлит меня взглядом, в котором читается азарт.
— Догадалась? Ну умница. У Покровского не могла родиться дура. Он был умный мужик.
— Ты не ответил на вопрос.
— Испарительные панели и вентиляция.
— Так ты будешь терять энергию, которую сгенерируешь.