Совратить недотрогу

Глава 18

Ната

— Державин, у тебя с головой что-то не то, по всей видимости, – смотрела на него, искренне недоумевая, что, собственно, здесь происходит.

— Во-первых, у меня есть имя. Во-вторых, с чего такие выводы? – нахмурился он, продолжая улыбаться, но не так лучезарно, как пару мгновений назад.

— Петя, – выделила голосом его имя, – я вообще-то убирать твои хоромы пришла, а не развлекаться.

— Но ты же человек, верно? Тебе тоже требуется принимать пищу? Или ты робот и еда тебе не нужна?

— И что? Ты так всех горничных встречаешь? – смотрела на него, старательно игнорируя накрытый стол и больше всего желая развернуться и уйти из этой квартиры.

Когда представляла, как будет выглядеть моя работа на мажора, то не ожидала настолько нелепой ситуации. Думала, что он наоборот будет всячески подчёркивать наше неравенство, указывая на моё место. А вместо этого.. обед. Серьёзно?

— Нет, не всех, – ответил шумно вздохнув.

— Так чем же я удостоилась такой чести? – на мгновение представила себе физиономии его дружков, которые нашли бы, как повернуть эту ситуацию так, что я потом не смогла бы смотреть в глаза своему отражению.

— Просто сядь и поешь. Обещаю, тебе понравится.

— Прямо-таки обещаешь? Гарантируешь? – хмыкнула, скрещивая руки на груди.

— Даю слово, ты получишь удовольствие, – последняя фраза из его уст прозвучала настолько двусмысленно и порочно, что я непроизвольно покраснела.

— Зачем тебе это? – не получалось у меня найти рационального объяснения его поведению.

— Не люблю есть в одиночестве, – будто в самую душу пытался мне заглянуть своими голубыми глазами, так пристально вглядывался в меня.

— Почему тогда не позовешь кого-то из друзей? Уверена, они с радостью составят тебе компанию.

Блондин отвернулся в сторону, сжал плотно челюсти, а затем без улыбки снова посмотрел на меня.

— Не хочу. Бывает такое.

Не в силах выдерживать интенсивности его взгляда, перевела взор на его руку, удерживающую спинку серого кресла, разглядывая побелевшие костяшки пальцев. Неужели Державин начал терять терпение?

— А если я не хочу есть? – зачем-то намеренно выводила его из себя.

— Тогда просто посиди со мной.

— Как же ты еще жив остался в такой огромной квартире и без компании?

— Ем вне дома, – пожал он плечами.

— А сегодня сделал исключение? – продолжала дергать тигра за усы.

— Да, – ответил резко.

На пару мгновений мы оба замолчали.

— И что потом? – первой заговорила, все же стараясь разобраться с тем, что меня ждет.

— Потом я проведу экскурсию и расскажу тебе, что и где находится, – замолк, рассматривая меня и дожидаясь реакции. Неловкость, вставшая между нами, казалась настолько осязаемой, что при желании я могла бы до нее дотронуться.

Где-то тихо играла старая рок-баллада, обволакивая мелодией и хоть как-то разряжая накалившуюся обстановку.

Мы продолжали сверлить друг друга взглядами, словно ожидая, когда второй наконец-то поднимет белый флаг и сдастся воле второго.

— Я так понимаю, пока ты не закончишь трапезничать, я так и не узнаю, где у тебя кладовка со всем необходимым?

— Верно, – усмехнулся он. – Ну, – снова кивнул на кресло.

— Ладно, – пошла к нему навстречу. – Сжалюсь над твоим пищеварением.

— Ну спасибо, – хмыкнул мажор как раз в тот момент, когда я подошла к нему и, отвернувшись от блондина, опустилась на сидение.

Сидеть спиной к мажору было некомфортно. Казалось, будто в позвоночник вбили металлический прут, не позволяющий расслабиться или даже повернуть голову. Шею пекло, и я даже дышать старалась не сильно глубоко, чтобы слышать все, что он делает. Каждый шорох, каждое движение. Но, задвинув мой стул, Державин ушел в кухонную зону, взял что-то и только тогда вернулся к столу. Поставил на стол графин с соком и два бокала.

— Надеюсь, ты не вегетарианка, – обошел стол и сел напротив меня.

— Нет, не вегетарианка, – робко улыбнулась, внезапно ощутив неловкость.

— Я не знал о твоих предпочтениях, поэтому приготовил шатобриан с фермерскими овощами, – взял он приборы в руки.

— Хочешь сказать заказал? – почему-то оказавшись с ним за одним столом, я по-настоящему смутилась, ведь это все ощущалось настоящим свиданием.

— Нет, приготовил, – хмыкнул он, принявшись разрезать и без того аккуратно нарезанные пластики говядины.

В это мгновение я мысленно поблагодарила работу официантки. В результате этого опыта я не упала в обморок от незнакомого слова и даже знала, из чего приготовлено блюдо.

— Да ну! Ты издеваешься, да? – уставилась на Державина, требуя, чтобы он подтвердил мои слова. Ведь в этом случае мы оба могли бы рассмеяться. – Думаешь, я поверю, что ты, богатенький мальчик, не знающий забот, живущий с кучей обслуги и прожигающий деньги родителей, умеешь готовить? Ты же наверняка не знаешь, даже как микроволновка включается.

— Вот, значит, какого ты обо мне мнения, – отправил в рот кусок телятины, не выражая совершенно никаких эмоций.

— Хочешь сказать, это не так? – теперь мне нестерпимо захотелось попробовать это чертово мясо. Убедиться, что оно несъедобно, и вычеркнуть пунктик из списка предполагаемых достоинств блондина.

— Давай ты сейчас попробуешь, и если тебе понравится, то я повторно приготовлю его при тебе. Или любое другое блюдо, которое захочешь.

Сверлила его взглядом, не зная, то ли устыдиться собственной реакции и сделать вид, будто поверила, или же утолить любопытство. Аромат приготовленной пищи сводил с ума. Учитывая тот факт, что мне с прошлого дня ничего в горло не лезло и мой желудок видел только чай и бутерброд с сыром, то устоять от подобного соблазна оказалось невозможно.

Под пристальным вниманием Державина взяла вилку с ножом и осторожно отрезала маленький кусочек, отправила его в рот. Как только телятина коснулась языка, и чуть не застонала от удовольствия. Мне казалось, что моим вкусовым рецепторам открылись врата рая. Это было настолько божественно вкусно, что я вмиг наплевала на Державина и самодовольное выражение его лица. Мы ели молча. Он, наблюдая за мной и за тем, как пустеет моя тарелка, и я, полностью поглощенная ощущениями, стараясь получить от обеда максимум удовольствия.

— Ну как? – отпил из бокала виноградный сок.

— Безумно вкусно! Спасибо! – вытерла рот салфеткой, после того как последние кусочки спаржи и мяса растворились у меня во рту.

— Говорил же, что ты будешь удовлетворена. А когда я говорю об удовольствиях, я не обманываю, – поставил бокал на место.