Страница 52 из 63
Глава 37
Сонейя
Я, не помня себя, взбежала на второй этаж и едва не сунулась в свою комнату за номером четыре. Но тут тетка Ирида, которая вот прямо вездесущая, тотчас встала на моем пути.
– Деточка, к лорду иди, в апартаменты егоные. Забыла, что ли? У тебя- ишшо работать и работать… Да и я вот, с окном-то, маху дала, – дух тяжело вздохнула.
– Оно, конешно, забыть-то немудрено. Страсти, страсти-то какие. А как он на тебя смотрел, как смотрел-то…
Тетка Ирида смахнула призрачной рукой набежавшую слезинку.
– А ты-то, ты прямо вот вся к лорду-то нашему потянулася… я даж замерла вся. Ну, думаю, вот и поцелуются наконец-то…
Я прижала руки к разгоревшимся щекам и прошептала:
– Не говорите ерунды, тетка Ирида…Как это можно вообще. Он…он же мой начальник..
– И-и, детонька, да самый бы настоящий поцелуй-то был. Че я, не видела? Мне, чай, сверху виднее. И вабще виднее. Грила ж тебе, не помнишь? Начальник он…Оно, конечно, но ить… Коли любовь-то?
Я замотала головой, поскорее развернулась и бегом в апартаменты лорда Кирина. Дверь перед носом духа захлопнула.
– Тетка Ирида, хватит! Мне…мне, может, нужно одной побыть, – горестно заявила я и, в чем была, повалилась на постель.
– Будто дверь мне преграда, детонька, – вздохнул неугомонный дух.
– А так что, не понимаю я, что ли? Сразу бы сказала, что одна хочешь горевать, да слезами девичьими подушку-то заливать. Оно-то завсегда так… – тетка Ирида померкла и практически растворилась в воздухе.
Напоследок до меня донеслось тихое:
– Вот помню, как у меня-то с Лойко оно было… Любовь-то.
Я навострила уши и неожиданно сказала:
– Ладно, тетка Ирида…не уходи. Расскажи, а?
Дух тотчас материализовался и с такой довольной физиономией, что я подумала, может, и зря ее позвала?
– А и расскажу, детонька. Кто еще расскажет, как не я-то? Ты-то девонька молодая, неопытная, всяко на пользу пойдет, – тетка Ирида села рядом и пригорюнилась, упершись подбородком в крепкий кулачок.
– Так-то я была девка со всех сторон хороша. Батюшка уж сговорил за нашего, местного кузнеца. И кузнец был тоже хорош. Что ростом, что дородвством, да и руки золотые. Избу отдельную уж ставить собирался…– тетка Ирида опять вздохнула.
– А тут вот, откель не возьмися, Лойко. Идет себе по селу, поглядывает. Я-то сидела на лавочке, думу думала. Всеж замуж итти дело-то непростое. Оно и хотся, и жмется. Как оно там еще, замужем-то, будет?
Лойко-то, как меня увидел, подбоченился. Глаз огнем загорелся, да и попросил у меня водицы колодезной, напиться-то, – тетка Ирида покосилась на меня.
– Оно, детонька, в деревнях-то завсегда так. Путник просит, девка воды подносит, колодезной. Ну и я, штож. Встала, налила на подала ему. А у самой-то вдруг сердцечко забилося, ноженьки ослабели…
Дух заморгал глазами.
– Вот и…поняла я, что кузнец-то всем хорош, а вот сердечко мое не билося, когда его видела. А тут…
Я слушала, широко раскрыв глаза.
– А дальше, тетка Ирида?
– Ну, дальше-то рыдала я, подушки две за ночь слезами омочила. Да думаю, что с того-то? Тот-то водицы выпил да отправился восвояси, а кузнец рядом, сгороворена уж, – тетка Ирида тяжело вздохнула.
– Порыдала да и успокоилась… Утром вот раненько встала да пошла коровку-то доить. А тута, – дух мечтательно поднял глаза к потолку, – а тута и вижу, что никуда-то мой прохожий не делся.
– Вот стоит у забора да смотрит, глаз с меня не сводит. Ну и я…хоть и сговоренная, и девка толковая, а сердцу-то не прикажешь.
– А он и говорит: Люба ты мне, девица. Лойко я. На судах работаю. Будешь женой мне?
Я ахнула:
– Что, прямо так и сказал?!
Тетка Ирида степенно кивнула, а глаза ее заблестели:
– Так и сказал. Ну и я…меня как будто кто подтолкнул. Подбежала к нему да и говорю, что согласная, мол.
– Вот оно как было-то, девонька. Сбежала я с ним, с Лойко моим. Обручилися, обженилися, честь по чести, – добавила она и зажмурилась.
А я…
Я только вздохнула.
Если честно, меня-то никто замуж не звал. Да и тот …поцелуй. Тот, который не случился. Глаза наполнились слезами. Мне стало так жалко, что он не случился…
И вместо подушки я уткнулась в призрачную грудь тетки Ириды и разрыдалась.
Дух вздохнул:
– Ниче, детонька. А и поплачь, поплачь. Девичьи слезы што роса, сердцу-то облегчение. Любовь-то дело такое, нервическое оченно.
Любовь…
Я всхлипнула:
– Тетка Ирида, думаешь, это и правда любовь…
– А то штош еще, – авторитетно заявил дух. – Она самая и есть.
– Но…он же, лорд Кирин…он ведь, там, мадамы всякие у него, – всхлипнула я опять. Так жалко себя стало…
Я тут вся рыдаю, страдаю, а у него мадамы… И пусть сказал, что сегодня не был у них, но…но ведь ходил!
– Шо ты, девонька…какие мадамы. Оно, конешно, мушшина он видный, да и мушшина ведь. Но то когда было-то. А вот как ты тута у нас появилася, так и не был ни разочку, – доложилась тетка Ирида.
– А все почему?
Я высморкалась и прогундосила:
– Посему?
– Потому как к тебе сердцем-то прикипел, вот почему, – тетка Ирида погладила меня по волосам. И вот странно. Она же дух, а я почувствовала ласковую тяжесть ее руки и тепло, из нее исходящее.
– Ложись-ка ты спать, девонька. Оно утро-то всегда мудренее, – добавила тетка Ирида и я зевнула.
– Вот и хорошо, спи, детонька. И саучата твои вон спят без задних-то ног. Че-то завтра будет. Ой, че-то будет, – заворчал дух, а я провалилась в сон.