Страница 106 из 109
— Смотрел, смотрел на него на кассе и решил, что он нам ни разу не потребовался. Так, может, уже пора?
— Мик, — перебиваю я, забирая тест.
— Знаю, — он виновато улыбается. — Но в последнее время я думаю о том, как ты будешь нянчить карапуза, все чаще.
— Романтичный идиот, — уточняю я и иду в ванную.
Закрываю за собой дверь, прислоняюсь к ней спиной. Сердце колотится так, что кажется, его слышно во всей квартире. Я смотрю на тест в руках и понимаю, что сейчас моя жизнь может измениться навсегда.
И я боюсь.
Не результата. Не того, что тест окажется положительным. Я боюсь, что он окажется отрицательным. Потому что в последние минуты, в эти несколько мгновений, пока я стояла на кухне и смотрела в глаза Мику, я уже успела представить, как это будет.
Маленькие ножки, первые шаги, первый смех и долгожданное “мама”. Я успела полюбить того, кто, возможно, еще даже не существует.
Поэтому я немедленно должна выяснить, сбудется ли все это в ближайшее время, или чуть позже. Я открываю упаковку, достаю тест.
Ждать три минуты.
Три минуты, которые растянутся в вечность.
Я опускаю тест на край раковины и смотрю на него, не в силах отвести взгляд. Первая полоска появляется сразу. Вторая..
Вторая не торопится.
— Ну, давай же, — шепчу я, и голос срывается.
Я закрываю глаза, делаю глубокий вдох. Открываю, но так и не отыскав изменений. И повторно тоже. Может, я просто все выдумала? Может, это все мои фантазии?
Мне кажется, я даже не моргаю, смотрю на тест и чувствую, как к глазам подступают слезы.
— Глупости, — говорю я себе, прикрывая веки. — Я получила самый желанный кубок в мире. Моя карьера в самом разгаре. Я не буду плакать из-за..
Я открываю глаза и теперь вижу вторую полоску.
Четкая, яркая, жирная красная полоса.
Теперь их две.
Я смотрю на них, не веря своим глазам. Смотрю, пока они не начинают расплываться. А потом я смеюсь. Я смеюсь и плачу одновременно, смотря на тест.
В дверь стучат.
— Ари? — зовет Мик. — Ари, что там? Ты как?
Я поворачиваю защелку, ошарашенно смотря на Гордеева.
Он стоит на пороге, бледный, с расширенными зрачками. Смотрит на меня, на тест в моей руке, снова на меня.
— Ари? — шепчет он.
Вместо ответа я протягиваю ему белую полоску.
Он рассматривает его долго. Так долго, что я начинаю переживать: вдруг он не понял и ему нужно объяснить значение двух полос. Но Мик все понял. Я вижу это по тому, как вспыхивает огонь в его глазах и губы растягиваются в улыбке.
— Ари, — выдыхает он, и в этом одном слове столько всего, что у меня на глаза наворачиваются слезы. — Ари, малыш..
Он делает шаг, берет меня за руки, притягивает к себе. Аккуратно, бережно, будто я хрустальная. Утыкается носом мне в макушку и замирает.
— Мы.. — начинает он и замолкает, прокашливается. — У нас будет ребенок?
Вместо ответа я киваю. И слезы, которые я сдерживала последние пять минут, наконец прорываются.
Мик смеется. Смеется, а я плачу, не до конца понимая, радуюсь этому или нет.
Муж прижимает меня к себе так крепко, как никогда раньше, но при этом все так же осторожно, будто боится навредить.
— Ари, — шепчет он мне в волосы. — Ари, ты только что сделала меня самым счастливым человеком на свете. Слышишь? Самым счастливым.
— Это всего лишь две полоски, — всхлипываю я.
— Это наш ребенок, — поправляет он. — Наш маленький человечек, которого мы сделали вместе. Я не знаю, как это объяснить, но я.. Черт, это чудо! Настоящее чудо!
Я поднимаю голову, смотрю в его сияющие глаза, ощущая то же, что и он.
— Мик, нам нужно к врачу. Подтвердить. И потом..
— И потом расскажем всем, — подхватывает он. — Родителям в первую очередь.
— А если это ошибка? — шепчу я. — Если тест ложноположительный?
— Тогда мы купим еще один. И еще. И еще, — он целует меня в лоб. — И будем покупать, пока они не окажутся достоверными. Но я знаю, что это не ошибка. Я чувствую.
Я прижимаю руку к плоскому животу. Он все еще твердый. Но под ладонью вдруг становится тепло, и мне кажется.. или это только игра воображения, но я ощущаю, что где-то там, глубоко внутри, бьется его сердце.
— Я люблю тебя, — говорю я, чувствуя, как глаза наполняются слезами.
— А я люблю тебя, моя ведьма, — отвечает он. — И его, — опускает руку поверх моей ладони. — Уже люблю. Безумно.
Весь день мы ходим по квартире как во сне. Мик не отпускает меня ни на шаг, постоянно прикасается, обнимает, целует и вообще выглядит пьяным. Я таким видела его только в начале наших отношений и после свадьбы. А я все еще не могу поверить в свое состояние.
— Ты как? — спрашивает он в сотый раз, когда я перебираю вещи в шкафу, готовясь к завтрашнему выходу.
— Мик, я беременна, а не больна, — смеюсь я. — И вообще, через три дня у меня матч. Нужно подготовиться.
— Может, отменим матч?
Я поворачиваюсь к нему и смотрю как на ненормального.
— Нет. Я сыграю. Это выставочный матч, не турнир. К тому же срок еще маленький. Думаю, я буду играть до последнего.
— Ари..
— Мик, — я подхожу к нему, беру за руки. — Я всю жизнь готовилась к этому. К победам, турнирам, к большой игре. А теперь.. теперь наша жизнь изменится, но это не значит, что я должна отказываться от того, что мне важно. Понимаешь? К тому же мы не знаем, как я буду восстанавливаться после рождения ребенка. Так давай не станем отказываться от всего, что дорого, раньше времени.
Муж смотрит на меня долгим, тяжелым взглядом, а затем шумно выдыхает.
— Я так тебя люблю, Ари. И я буду самым лучшим отцом. Но обещай, если у тебя будут показания к тому, чтобы сделать паузу в карьере, то ты не станешь упрямиться.
— Обещаю, — обнимаю его за шею и целую, смакуя удовольствие от ощущений.
Через три дня я выхожу на корт. На трибунах нет свободных мест. Среди зрителей Мик, моя мама и ее новый мужчина, свекры вместе с Виком и его новой девушкой, и, конечно же, мой бессменный менеджер последние годы — Александра — тоже тут. Все, кто стал мне родным за эти годы.
Меня больше не отвлекает присутствие мужа во время игры. Оно меня, наоборот, успокаивает.
Победа дается мне не без труда, но с большим удовольствием. В трех сетах, с красивой подачей и победным смэшем в последнем гейме. Когда мяч падает на корт соперницы, трибуны взрываются. Я поднимаю ракетку в победном жесте, а потом смотрю на Мика, который прорывается сквозь толпу, чтобы обнять меня.
— Я горжусь тобой, — шепчет он мне на ухо.
Из раздевалки я выхожу под вечер. У служебного входа стоит Мик, держа в руках огромный букет белых роз.
— Это мне? — улыбаюсь я.