Страница 8 из 86
Глава 4. Правила Романа Воронцова
Через месяц я заработала свои первые семьдесят тысяч.
Почти половину пришлось отдать няне, которую мама нашла через знакомых. Остальное ушло на новый компьютер в рассрочку, лекарства и оплату занятий Миши с логопедом.
Но эти деньги были моими.
Не переводом от Романа.
Не суммой, которую он мог уменьшить, если я вела себя неправильно.
Я заработала их ночью, сидя на кухне в старом свитере, пока дети спали за стеной.
Первый проект оказался небольшим: обновление салона красоты без капитального ремонта. Мне пришлось сохранить почти всю мебель, придумать, как спрятать старые стены, и сделать помещение привлекательным при минимальном бюджете.
Когда хозяйка увидела эскизы, она обняла меня.
— Ты вернула мне надежду.
Я улыбнулась.
Потому что в каком-то смысле вернула её и себе.
Роман узнал о моей работе случайно.
Он приехал за детьми в пятницу и увидел образцы тканей на обеденном столе.
— Что это?
— Материалы для проекта.
— Какого проекта?
— Моего.
Он взял в руки папку.
— Ты снова решила поиграть в дизайнера?
Раньше я бы промолчала.
Теперь забрала папку.
— Я не играю.
— Кто сидит с детьми?
— Няня.
Его взгляд стал холоднее.
— Какая няня?
— Обычная.
— Имя.
— Тебе зачем?
— Я имею право знать, с кем находятся мои дети.
— Алла Викторовна. Пятьдесят шесть лет, двадцать лет работала воспитателем. Рекомендации есть.
— Я хочу с ней познакомиться.
— Хорошо.
— Почему ты не сказала заранее?
— Потому что ты не спрашиваешь, как проходит наш день. Ты спрашиваешь, здоровы ли они, и присылаешь подарки.
— Я вижу их каждые выходные.
— Дважды за месяц.
— У меня работа.
— У меня тоже.
Роман нахмурился.
Ему не понравилось это равенство.
— Я перевёл деньги.
— Видела.
На этот раз сумма была ещё меньше.
— Ты не поблагодарила.
— За алименты?
— Мы пока не разводились.
— Но ты уже ведёшь себя так, будто сделал одолжение.
Он открыл рот, но в прихожую выбежали дети.
Миша был в костюме пирата, Соня — в блестящей юбке и короне.
— Папа! Мы идём на корабль?
— На настоящий, — сказал Роман.
Они закричали от восторга.
Я посмотрела на него.
— Куда вы едете?
— Друг пригласил на яхту.
— В ноябре?
— Она закрытая и отапливаемая.
— У Миши насморк.
— Вера.
— Что?
— Не начинай.
— Я сообщаю тебе, что ребёнок простужен.
— Я справлюсь.
— Как с непереносимостью Сони?
Он сжал губы.
— Мы вернёмся завтра вечером.
— Мы договаривались на один день.
— Планы изменились.
— Чьи?
— Мои.
— Тогда измени их обратно.
Дети замолчали.
Роман понизил голос:
— Не устраивай сцену при них.
— Никакой ночёвки не будет.
— Почему?
Я посмотрела ему в глаза.
— Потому что не знаю, где и с кем они будут спать.
— На яхте есть каюты.
— Валерия будет там?
Пауза длилась меньше секунды.
Но этого хватило.
— Будет несколько человек, — ответил он.
— Дети не поедут.
— Ты не можешь запрещать им знакомиться с моей женщиной.
Моей женщиной.
Слова обожгли, хотя я должна была привыкнуть.
— Могу запрещать ночёвки рядом с женщиной, которую они никогда не видели.
— Они должны постепенно привыкать.
— К чему? К тому, что ты заменил их мать?
— Не говори ерунды.
— Валерия не будет ночевать рядом с моими детьми.
Роман подошёл ближе.
— Нашими.
— Тогда веди себя как их отец. Предупреждай заранее. Учитывай здоровье и режим. Не ставь меня перед фактом.
— Ты просто ревнуешь.
Я едва удержалась, чтобы не ударить его.
— К женщине, которая получила мужчину, способного оставить пятилетних детей ради гостиничного номера?
— Следи за словами.
— Забирай их до восьми. Без яхты и без ночёвки.
— Мы поедем, как планировали.
Он взял Мишу за руку.
Я встала между ним и дверью.
Роман посмотрел на меня сверху вниз.
Разница в росте всегда заставляла меня чувствовать себя маленькой рядом с ним. Когда-то мне это нравилось. Я любила, как он закрывал меня собой от ветра, как легко поднимал на руки.
Теперь его сила выглядела угрозой.
— Отойди, — сказал он.
— Нет.
— Не позорься.
— Ты не заберёшь детей на ночь без моего согласия.
— У меня такое же право на них, как у тебя.
— Тогда вызывай полицию.
Его глаза сузились.
— Ты уверена, что хочешь этого?
Мне стало страшно.
Не из-за полиции.
Из-за того, насколько спокойно он произнёс вопрос.
Роман не делал пустых угроз. Он привык просчитывать последствия раньше других.
— Уверена.
Мы смотрели друг на друга, пока Соня не потянула отца за рукав.
— Папа, мы никуда не поедем?
Его лицо мгновенно изменилось.
Он присел перед ней.
— Сегодня нет, принцесса.
— Почему?
Роман посмотрел на меня.
— Потому что мама не разрешает.
— Не смей, — прошептала я.
— Что?
— Делать меня виноватой.
Миша снял пиратскую шляпу.
— Мама всегда всё запрещает.
Я почувствовала, как слова ребёнка входят под рёбра.
Роман погладил сына по плечу.
— Мама просто волнуется.
Он произнёс это мягко, но я услышала скрытое послание.
Мама тревожная.
Мама мешает.
С папой было бы весело, если бы не она.
— Вы можете поехать в игровой центр, — сказала я. — Или в парк. К восьми домой.
— Я никуда не поеду, — заявил Роман. — Настроение испорчено.
Он надел пальто.
— Ты уходишь? — спросила Соня.
— Да.
— А мы?
— Остаётесь с мамой.
Дочь посмотрела на меня так, будто я отняла у неё праздник.
— Я тебя не люблю!
Она убежала в комнату и хлопнула дверью.
Миша побежал за ней.
Я осталась напротив Романа.
— Доволен?
— Это ты сделала.
— Ты специально сказал им, что я запретила.
— Это правда.
— Ты мог остаться. Провести с ними день без Валерии.
— Я не позволю тебе управлять моей жизнью.
— А я не позволю использовать детей, чтобы узаконить твою новую жизнь.
Он взялся за ручку двери.