Страница 61 из 86
Он распорядился удвоить охрану.
— Мы сменим ваш номер.
— Если нашли этот, найдут следующий.
— Не обязательно.
Соня позвала меня из комнаты.
Я вернулась.
— Кто звонил?
— Ошиблись номером.
— Ты испугалась.
— Немного.
— Папа?
Я села рядом.
— Не знаю.
Она вздохнула.
— Ты обещала не говорить «возможно». Но «не знаю» тоже плохое.
— Знаю.
— Скажи что-нибудь хорошее.
Я погладила её по волосам.
— Ты выздоровеешь. Мы вернёмся домой. У тебя снова будет окно, из которого можно смотреть на двор. И никто не станет фотографировать без разрешения.
— А папа?
— Что папа?
— Он будет с нами?
— Нет.
— Никогда?
— Он останется вашим отцом. Но жить вместе мы не будем.
— Даже если станет хорошим?
— Даже тогда.
Она смотрела на меня серьёзно.
— Потому что ты его больше не любишь?
— Да.
— А дядю Артёма любишь?
Вопрос застал меня врасплох.
— Я…
Соня нахмурилась.
— Только не «возможно».
Я улыбнулась сквозь слёзы.
— Кажется, начинаю.
— «Кажется» тоже считается.
— Тогда да.
Она кивнула, будто получила нужный ответ.
— Хорошо.
— Почему?
— Он проверяет окна.
Детская логика была простой.
Любит тот, кто проверяет окна.
Не тот, кто покупает дом.
Не тот, кто обещает море.
Тот, кто остаётся рядом со страхом и не делает его стыдным.
К вечеру Берестов сообщил, что Дениса Шатова задержали.
Его нашли в квартире знакомой.
При нём были поддельные документы, наличные и фотография нашего предыдущего места проживания.
— Он признал проникновение? — спросила я.
— Частично.
— Что значит частично?
— Утверждает, что вошёл забрать документы по поручению Кирилла. Не знал, что в квартире будут люди. Артёма ударил, испугавшись.
— А Роман?
— Говорит, что Воронцов поручал только наблюдение за детьми, но не кражу.
— Лжёт.
— Вероятно.
— И снова это слово.
Берестов не понял.
— Какое?
— Ничего.
— Есть ещё информация. Шатов сообщил адрес квартиры, которой Кирилл пользовался для встреч. Там нашли копии документов детей, фотографии и устройство для изменения голоса.
— Значит, звонил он?
— Звонок был уже после задержания.
— Тогда кто?
— Устройство мог использовать другой человек.
— Роман.
— Проверяем.
— Он нашёл адрес?
— Пока нет оснований так считать.
Я посмотрела на охранника за дверью.
— Тогда зачем звонок?
— Чтобы заставить вас вывести детей.
— Куда?
— Под предлогом передачи вещей или встречи с адвокатом.
— Значит, они не знают, где мы.
— Похоже.
Я впервые за сутки смогла вдохнуть глубже.
Они искали.
Но ещё не нашли.
— Романа объявили в розыск?
— Его разыскивают для допроса. Статус подозреваемого пока не оформлен.
— Почему?
— Нужна совокупность доказательств.
— На диске его голос.
— Экспертиза подтверждает предварительно. Но защита будет заявлять о монтаже.
— Евгений свидетель.
— Да.
— Шатов.
— Его показания противоречивы.
— Валерия.
— Готова дать показания?
— Да.
— Тогда сообщите адвокату. Пусть привозит её завтра.
Я отключилась.
В этот момент в коридоре сработала тревога.
Охранник приказал нам закрыться.
Мама прижала детей к себе.
За дверью послышались шаги, команды, короткий шум.
Я схватила тяжёлую настольную лампу.
Миша увидел.
— Ты будешь драться?
— Нет.
— Тогда зачем?
Я поставила лампу обратно.
— По привычке.
Через пять минут начальник смены вошёл.
— Ложная тревога. У ворот пытался проехать автомобиль доставки без заявки.
— Кто водитель?
— Проверяют.
— У него были вещи?
— Коробки с продуктами.
Телефон охранника зазвонил.
Он выслушал.
Лицо стало жёстким.
— Машина числится угнанной. Водитель убежал.
— Куда?
— В лесополосу.
— Он знал адрес.
Начальник не ответил.
Не требовалось.
Роман нашёл нас.
Ночью объект начали эвакуировать.
Не потому, что нападавший вошёл.
Потому что адрес перестал быть безопасным.
Нам сообщили, что поедем в другое место под сопровождением.
Детей разбудили.
Соня была горячей и сонной.
Миша молча одевался.
— Куда теперь? — спросила мама.
— Нам не сообщают заранее.
В коридоре стояли люди в форме.
Один сотрудник взял наши сумки.
Другой проверил лестницу.
Мы спустились через служебный выход.
Во дворе ждали два одинаковых микроавтобуса. Нас разделили: мама с детьми села в первый, я — во второй, чтобы запутать возможное наблюдение.
— Нет, — сказала я. — Я поеду с детьми.
— Так безопаснее, — ответил начальник группы.
— Я не оставлю их.
— Машины будут следовать вместе.
— Тогда мы все в одной.
— Вера Андреевна, не спорьте.
Соня плакала в руках мамы.
— Мамочка, со мной!
Я шагнула к первому микроавтобусу.
Сотрудник преградил путь.
— Транспорт уже заполнен.
— Там мои дети.
— Вы увидитесь через сорок минут.
Сорок минут.
Роман однажды забрал их из сада на несколько часов.
Мне обещали, что всё нормально.
Теперь люди, которые защищали нас, просили снова поверить.
Я посмотрела на Тамару Леонидовну. Она приехала после тревоги и стояла рядом.
— Это безопасная схема, — сказала она. — Я поеду с детьми.
— Обещаете?
— Да.
Я поцеловала близнецов.
— Увидимся совсем скоро.
— Не «возможно»? — спросила Соня.
— Точно.
Дверь закрылась.
Первый микроавтобус выехал.
Наш тронулся через две минуты.
Первые пятнадцать всё было спокойно.
Потом водитель получил сообщение по рации.
Его плечи напряглись.
— Что случилось? — спросила я.
Он не ответил.
— Что?
Сотрудник рядом приложил палец к наушнику.
— Первая машина не отвечает.
Внутри всё оборвалось.
— Позвоните Тамаре Леонидовне.
Я набрала сама.
Телефон выключен.
Мамин — тоже.
— Где они?