Страница 4 из 187
— Закройся, — проворчала я.
Я быстро сняла с себя платье-миди и стала натягивать боди, которое было словно вторая кожа. Он что, специально настолько тонкое купил?
Я вышла из санузла, и сразу же музыка стала громче, будто кто-то ждал этого момента. Воздух был плотным, пропитанным ритмом и темно-красным светом, который окутывал всё, как дым. Я чувствовала, как тонкий материал боди обтягивает каждую линию моего тела, будто его вообще нет — только его взгляд на коже, тяжелый и требовательный.
Пальцы сжали шест, холодный под ладонью. Первое движение — медленное, проверочное. Я прижалась к металлу, чувствуя его твердость, а потом откинула голову назад, позволяя ритму вести меня. Музыка проникала глубже, в кровь, в мышцы, и я уже не думала о том, что на мне или как я выгляжу. Только движение. Только этот момент.
Я оттолкнулась от шеста, сделав шаг назад, и почувствовала, как его глаза следят за каждым изгибом моего тела. Насмешка, вызов, что-то еще — неважно. Потому что сейчас это был мой танец. И даже если он считал, что контролирует ситуацию... на эти несколько минут шест, музыка и я были единым целым. А он — всего лишь зритель.
Я кружила вокруг шеста, чувствуя, как музыка пульсирует в висках, а тело двигается почти само — плавно, но с нарочитой небрежностью. Взгляд скользнул в сторону дивана.
Энтони сидел, развалившись, одна рука лежала на бедре, пальцы слегка постукивали в такт. Но его поза была обманчиво расслабленной — в глазах стояло то самое хищное напряжение, которое я узнавала даже в полумраке. Он не сводил с меня взгляда, будто пытался прожечь дыру в этом чертовом боди.
— Ну же, Льдинка, — его голос прорвался сквозь музыку, низкий и нарочито спокойный. — Ты можешь куда энергичнее.
Я замедлила движение, специально задерживаясь спиной к нему, позволив бедрам покачиваться чуть медленнее ритма. Натяжение в воздухе стало почти осязаемым.
— Вот так лучше, — он проронил сквозь зубы, и я услышала, как кожа дивана слегка скрипнула под его пальцами.
Когда я обернулась, его поза изменилась — он наклонился вперед, локти на коленях, подбородок почти касался сцепленных рук. Глаза — темные, неотрывные. Будто ждал, что я сейчас сделаю что-то, что заставит его сорваться с места.
Я ухмыльнулась про себя и медленно провела рукой по шее, откидывая волосы назад. Его взгляд тут же упал на открывшийся участок кожи, а пальцы сжались чуть сильнее.
— У тебя пять минут, — он внезапно откинулся на спинку дивана, но в голосе появилась хрипотца. — Потом я включаюсь в процесс.
Я резко сменила темп, схватив шест обеими руками и закружившись вокруг него быстрее, так, чтобы свет сливался в алую полосу.
Я замерла у шеста, ладонь все еще сжимала холодный металл, когда почувствовала его приближение. Не шаги — Энтони двигался бесшумно, но воздух вокруг вдруг стал гуще, насыщеннее, будто заряженный статикой перед грозой.
— Ты думала, это просто танец? — Его голос прокатился по моей коже, как предупреждение.
Я не успела ответить. Его руки схватили меня за талию и резко прижали спиной к его груди. Губы коснулись обнаженного плеча — горячие, влажные, оставляющие за собой мурашки.
— Ты прекрасно знаешь правила, — он прошептал, пока его пальцы медленно скользили по тонкой ткани боди. — Подарок должен быть распакован полностью.
Одним резким движением он разорвал хлипкую ткань. Холодный воздух комнаты ударил по обнаженной коже, но тут же сменился жаром его ладоней. И когда его губы наконец захватили мои в жарком поцелуе.
Я выгнулась ему навстречу, а он подхватил меня на руки, я моментально обхватила его бедра ногами. Наши языки сражались за право власти, а затем он рыкнул и кинул меня на кровать. Я приземлилась на мягкий матрас, воздух вышел из легких. Энтони снял с себя худи, брюки отлетели в сторону и боксеры вместе с ними. Он зацепился руками за палку сверху на кровати, продемонстрировав свое идеальное тело с шрамами и татуировками.
Я поднялась на локтях, в животе собрался узел. Я смотрела на обнаженного Энтони, который пожирал меня взглядом. Затем его колено опустилось на кровать, а музыка стала ещё более страстной. Добавляя в этот момент ещё больше желания и голода.
Я проскользнула по кровати назад от него, его рука схватила мою ногу и дернула на себя. Я ахнула и оказалась под Энтони.
— Мне очень интересно, — прошептал хрипло он. — Какой подарок я получил на этот раз.
Его рука сняла с меня трусики, а затем и остатки боди. Его рот наполнился и захватил мой сосок, сжав его зубами, и я выгнулась грудью вверх, рот открылся в тихом стоне. Его рука провела линию от лодыжки до бедра, а затем скользнула между моих ног, заставляя трепетать.
Умелые пальцы Энтони проскользнули по моим складкам. Я раздвинула ноги шире, его рот все ещё был занят моим соском, а затем он отстранился.
Энтони встал с кровати и подошел к шкафу, я смотрела, что он делает, а затем, когда он открыл, то достал шприц. И я поняла, что это снова противозачаточное.
Энтони подошел снова к кровати и ввел иглу мне в бедро. Я зашипела, и чуть жжение появилось в месте укола.
— Обязательно это было делать сейчас? — проворчала я, бросая злой взгляд.
Он отбросил шприц, тот со звуком упал на ковер. И он снова залез на кровать, его рука моментально опустилась к моему лону.
— Вся моя, — прорычал Энтони и улегся на спину. — Давай. Поезди, Льдинка.
Я посмотрела на него, а затем приподнялась и залезла на него сверху. Коварность в моей голове вспыхнула сразу.
Я медленно взяла его член в руку, который был уже в полной боевой готовности, а затем сжала и поделала рукой вверх и вниз. Энтони наблюдал за мной с похотью в глазах. Музыка давила на уши, а сердце стучало все быстрее и быстрее.
Я медленно оседлала его, и его рука легла мне на талию, сжав, а вторая осталась у него под головой. Я положила руки на его грудную клетку и стала двигаться, удовольствие, которое уже завязывалось в узел, накрыло меня с ног до головы. Первые стоны вылетели из моих губ, когда я села до основания и почти встала с него. Рука Энтони на моей талии сжалась, и он сжал губы.
Видимо, он контролирует, чтобы не взять снова в своем ритме меня. Но у него это плохо получается, потому что его бедра уже стали работать в ответ.