Страница 19 из 70
– Дочка моя, Светлана, – сказала старуха, помогая Стерховой снять полушубок. – Намерзлась, небось?
– Замерзло только лицо. – Улыбнулась Анна. – Вы хорошо меня утеплили.
– Вы приехали из Москвы? А правда, что теперь метро до утра работает? – Светлана сыпала вопросами, разливая чай.
– Нет, не правда. Метро, как и прежде, работает до часа ночи. – Анна с улыбкой приняла от нее чашку с чаем.
Пелагея Михайловна, тем временем, придвинула к Стерховой тарелку с жареной картошкой.
– Поешь, милая, поешь.
– Москва… – Светлана смотрела на Анну так, как будто та привезла с собой кусок Красной площади. – На Арбате музыканты еще играют?
– Куда ж они денутся.
Стерхова слушала ее болтовню, кивала и ловила себя на мысли, что представление Светланы о «большой земле» сложилось из простых и наивных мифов. Ей казалось, что в столице небо голубее, а люди улыбаются без причины.
– Спасибо. Теперь мне пора спать, – Анна поднялась из-за стола. Усталость тянула вниз, как будто гиря на дно Енисея.
– Иди, милая, иди… – Пелагея Михайловна собрала чашки и смела со стола крошки. – К завтраку разбужу.
– Приятно было познакомиться! – выглянув из-за матери, улыбнулась Светлана.
– Мне тоже, – сказала Стерхова.
В ее комнате пахло горячей печью и сушеными яблоками. Она разделась, но свет не выключила. Положила на тумбочку альманах с легендами и только тогда легла на кровать.
«клинк-ког… клинк-ког… клинк-ког…» – проскрежетали пружины панцирной сетки.