Наследница пророчества

ГЛАВА 10

Солнечный свет, сверкавший на воде, обрушился на них с сокрушительной силой, ослепляя Одру.

Она не была до конца уверена, сколько именно они пробыли запертыми в брюхе корабля. Уайлдер оказалась права: следить за временем было практически невозможно. По их самым скромным подсчетам, прошло две недели, а может, и больше. Без окон и часов убедиться в этом было нельзя. Она подняла руку, прикрывая глаза от ярких лучей.

Одра осторожно шла позади Маргариты, держась поближе к молодой матери, которую жрицы по-прежнему ежедневно пичкали успокоительным, вгоняя в заторможенное состояние. Походка женщины была неуверенной, взгляд блуждал где-то далеко отсюда. Одра опасалась, что та может качнуться вперед и перевалиться через борт корабля. Ее сестра, Камилль, судя по всему, разделяла эти страхи, крепко вцепившись пальцами в подол платья Маргариты — на всякий случай.

Одра зажмурилась от безжалостных солнечных лучей и попыталась разглядеть окрестности. Судя по ее точке обзора на палубе, корабль стоял на якоре у подножия гигантских горных утесов, вздымавшихся из воды так, будто сами боги-фейри решили укрепить эти земли. Стены скал были полностью лишены красок — ни единого живого растения, гладкая каменная поверхность отражала солнечный свет, переливаясь ослепительно-белыми сколами.

Одра отвела взгляд и посмотрела на три точно таких же корабля, стоявших по бокам от их судна. На их палубах, точно так же как и здесь, выстроились размытые фигурки людей.

На нее упала тень, и Одра перестала щуриться, подняв голову на шагавшего рядом великана.

— Это полнейший бред. — Каллум провел тыльной стороной ладони по кровоточащей губе, куда один из солдат только что ударил его древком за попытку спросить, куда их ведут.

Она не сомневалась: не будь за спиной этого ублюдка-солдата целой свиты, Каллум запросто швырнул бы его за борт. Одной рукой. Он был заметно выше большинства стражей-фейри.

— Просто держи голову ниже. Мы найдем способ сбежать, но сейчас явно не лучший момент, — тихо произнесла Одра, пытаясь умерить его гнев. Руки кузнеца дрожали.

Он шагнул в строй позади нее, осторожно проталкивая Сершу между ними. Каллум чувствовал себя спокойнее всего, когда сестра была у него перед глазами, да и сама Серша вовсе не рвалась отходить от брата. Одра не винила ее. Было что-то успокаивающее в его колоссальных габаритах. И в мускулах, перекатывавшихся под рукавами рубашки, когда он сжимал и разжимал кулаки. Несомненно, ему так и хотелось сомкнуть их на горле того охранника и хорошенько сжать.

— И все же это может быть наш единственный шанс, — прошептала Уайлдер слева от Одры.

Одра сделала пару шагов к трапу, по мере того как очередь медленно продвигалась вперед.

— И как мы сбежим? Что мы вообще будем делать, если удастся вырваться? Грести обратно в Хавею? У нас нет ни еды, ни пресной воды. Ты вообще умеешь ориентироваться по звездам?

— Точно нет. Нет… и чуть-чуть умею, — призналась Уайлдер, явно раздраженная собственной беспомощностью.

— Ну, я точно нет. В кузнице от звезд толку мало, — раздался за спиной раскатистый голос Каллума.

— Мы найдем другой выход. — Одра старалась звучать уверенно, хотя на самом деле ей хотелось броситься к борту и сигануть в воду, пусть даже пришлось бы плыть домой вплавь. Она была готова сделать что угодно, лишь бы не спускаться в те шлюпки, что покачивались на волнах внизу.

Когда настала ее очередь спускаться следом за Уайлдер, руки Одры тряслись так сильно, что ухватиться за веревочную лестницу стоило огромного труда. Она напомнила себе, что вообще-то это ей знакомо. Она всю жизнь играла с такими веревками. Училась вязать их дюжиной разных способов. Узнала, как за считанные секунды закрепить лодку у причала. Их похитители могли быть фейри, но веревки у них были плетены точно так же — привычный, знакомый с детства узор плетения.

Однако сильный ветер, раскачивавший лестницу, и брызги ледяной морской воды, насквозь пропитавшие канаты, совсем не помогали успокоить нервы. К тому моменту, как она добралась до последней ступени, пальцы горели от холода. Несмотря на мучительно медленный спуск, в конце концов она со стуком спрыгнула с корабля в небольшую шлюпку и быстро оттолкнулась в сторону, чтобы Серша могла спуститься за ней. Одра протянула ей руку, помогая аккуратно устроиться в лодке, а следом за ней спустился и Каллум. Его массивное тело так сильно качнуло суденышко, что стало жутко.

Одра села рядом с Уайлдер, сосредоточившись на том, чтобы удержать в желудке съеденную копченую рыбу. С уровня воды скалы казались еще выше и зловеще. Их ослепительная белизна напоминала выбеленные временем кости, а не камень, словно они принадлежали вратам самой Смерти.

К тому времени, как в лодке набралось человек семь, стражники-фейри принялись грести к утесам. Их место тут же заняла другая шлюпка, готовая принять новую партию дрожащих от холода людей.

Какое-то время они плыли параллельно скалам, пока не добрались до узкой щели пещеры, прорубленной в камне, словно разинутая пасть черепа.

Стражники-фейри были сильными и натренированными. Они гребли быстро и в идеальном унисоне, словно обладали единым разумом. Одни охранники смотрели на людей с любопытством, другие — с равнодушием. Кое-кто зыркал исподлобья с нескрываемой враждебностью. Но хуже всего были сальные, похотливые взгляды.

Каллум подвинулся так, чтобы полностью загородить Сершу от крупного стражника, сидевшего напротив его сестры и пялившегося на нее. Даже когда солдат вскидывал руки в такт остальным, его глаза продолжали шарить по ее фигуре.

Серша, надо отдать ей должное, держала спину прямо, а подбородок высоко, глядя в открытое море, пока ее рыжие волосы трепал ветер. Ее волнистые пряди тоже казались взъерошенными и злыми. Она полностью игнорировала немые угрозы во взгляде стражника-фейри.

К сожалению, Одра слишком привыкла к таким взглядам моряков, которые после месяцев в море оценивали ее тело так, будто она была куском свежего мяса, приготовленного по высшему разряду. Они с Каллумом переглянулись. Они уже говорили об этом, когда их в спешке гнали на палубу. Если вдруг их разлучат, она сделает все от нее зависящее, чтобы защитить его сестру. Она пообещала ему это в ту самую секунду, как они почувствовали падение якоря.