Страница 59 из 70
Глава 24
Мемуары Мишеля Шарбонье
Как только Филиппов и Румянцев проникли в дом, началась стрельба. Преступники, еще не протрезвев, были все же опасны. Помощь Богдана оказалась неоценимой. Во время задержания он сбил с ног одного бандита, когда тот пытался сбежать.
Задержание прошло удачно, на злодеев надели наручники, спутали ноги и поместили в чулан, где до этого содержался Карасев. Филиппов не стал задавать вопросов, решив, что сначала им надо проспаться в камере.
Элина вошла в дом после того, как все было кончено. При ней Филиппов позвонил Расторгуеву:
– У нас все в порядке. Что у тебя? – Притихнув, Иван Макарович посмотрел на Элину и сказал в трубку: – Повтори. – После того, как оперативник повторил, он приказал: – Оформляй ордер на обыск. Подпиши и срочно вези сюда. И, вот еще что: возьми с собой Лавленцова. Для него здесь есть работенка.
Перехватив вопрошающий взгляд Элины, Филиппов сообщил:
– Этот дом принадлежит Артуру Яновичу Навикасу. Вот так!
Элина заметила без особых эмоций:
– Что вписывается в нашу с вами концепцию.
– В нашу с вами? – Иван Макарович рассмеялся: – А вы нахальная особа! Я сразу же это понял.
– Да, что бы вы делали, если бы не я! – с вызовом бросила Элина, но перехватив взгляд Богдана, поправилась: – Если бы не мы, вы бы ни черта не нашли!
– Ладно, хватит! – Филиппов вытянул руку и выставил перед собой ладонь, словно отгораживаясь от нее самой и от ее амбиций. – Теперь помогите, продемонстрируйте свою квалификацию. Ступайте в кабинет хозяина и посмотрите, что там есть интересного. Только не трогайте все подряд! Сюда едет криминалист.
– Я знаю, как это делается, – Элина вынула из кармана платок и посмотрела на Богдана.
Перехватив ее взгляд, Филиппов распорядился:
– Апостолов идет со мной в гостиную! Там много работы.
После этого все четверо, включая Румянцева, разошлись по дому.
Войдя в кабинет Навикаса, Элина опешила оттого, как ладно, ловко и дорого здесь все было устроено, от шкафов с книжными полками, до настенных панелей и массивного стола на резных лапах. Столешница, разумеется, была затянута зеленым сукном, на ней стоял серебряный письменный прибор и лампа с зеленым абажуром.
Обычные выдвижные ящики стола ее интересовали меньше всего, но она планомерно их осмотрела. Не обнаружив ничего интересного, Элина приступила к поиску потайных.
Примерно на десятой минуте, она разглядела на задней стенке письменного стола плоскую створку, которая открывалась с помощью утопленной ручки-гвоздя. Покопавшись и открыв ее, Элина поняла, что сорвала небывалый куш: в открывшейся нише, на полке лежала коричневая тетрадь с золотистой плетеной рамкой, там же был пистолет. В нижнем углу Элина обнаружила полиэтиленовый пакет с двумя телефонами.
– Ну, что тут у вас? – спросил Филиппов, войдя в кабинет. – Есть что-нибудь интересное?
Элина протянула ему телефоны и пистолет. Тетрадь отдала Богдану со словами:
– Попробуй перевести. Здесь на французском.
Богдан развернул обложку и прочитал на первой странице:
– «Воспоминания капитана Великой армии Мишеля Шарбонье».
Филиппов вырвал у него тетрадь и сам посмотрел на ровные рукописные строчки:
– Реально?
– Я же перевел, – обидчиво проронил болгарин. – Остальное влет не смогу.
И тут вмешалась Элина:
– Астахов сможет! – она еще не пришла в себя от ошеломительной находки и была взволнована. – Откуда у Навикаса воспоминания Шарбонье, да еще в оригинале?
– Разберемся… – пробормотал Филиппов и, обернувшись, крикнул: – Румянцев! – Когда тот пришел, Иван Макарович протянул ему пакет с телефонами: – Иди в машину к Карасеву, пусть опознает. Сдается мне, что одна из трубок принадлежит ему самому, а вторая – Файнбергу.
Через несколько минут Румянов вернулся в кабинет.
– Карасев подтвердил, вы оказались правы.
Иван Макарович спросил:
– Ребят еще нет?
– Уже приехали. – Ответил Румянцев.
Вскоре в дом вошли Расторнгуев и Лавленцов. Оперативник вручил Филиппову ордер на обыск и получил от него приказ вместе с Румянцевым конвоировать задержанных в СИЗО.
Криминалист получил от него другое задание:
– Найди в доме отпечатки хозяина и сравни с отпечатками из квартиры Файнберга.
– Откуда их взять? – спросил Лавленцов.
– Ты сам лучше меня это знаешь! – Прикрикнул Филиппов. – С бритвенного станка, с мужского одеколона, с ящика письменного стола. Действуй!
Долго ждать не пришлось. Уже через час из Управления пришло подтверждение: отпечатки с выдвижного ящика стола и флакона с одеколоном полностью совпали с отпечатками на чемодане Файнберга и оконном стекле в его квартире.
Выйдя из дома Навикаса, Филиппов позвонил Брылееву, доложил о спасении Карасева, о задержании преступников и обо всех находках.
Брылеев выслушал его и, в свою очередь, сообщил:
– У меня для вас есть новая информация. В Париж Навикас летел прямым рейсом из Стамбула. Лутонин летел отдельно через Варшаву.
– Что-то мне подсказывает, что именно его вдова Файнберга не пустила в квартиру. – Сказал Филиппов. – Мое предупреждение не было бесполезным.
– И, кстати, – продолжил Брылеев. – На обратном пути Лутонин также купил билет на рейс до Варшавы, но почему-то сдал его и улетел в Стамбул.
– Это, как раз, объяснимо. Вторая открытка уже у него.
– Вы в этом уверены?
– Абсолютно. – Помолчав, Филиппов спросил: – Имеете сведения, где сейчас находятся Навикас и Лутонин?
– Таких сведений нет. – Ответил Брылеев.
– И где их теперь искать?
– Для начала пошлите оперативников на адреса.
– Само собой. – Согласился Филиппов.
– Кстати, насчет Лутонина, – сказал Брылеев. – Он – мутный тип, имеет связи с криминалитетом. Допускаю, что одержим идеей поиска сокровищ.
– Не-е-ет, – протянул Филиппов. Помимо этого, здесь присутствует что-то еще, намного сложнее и глубже. И, знаете, меня взволновала находка мемуаров Шарбонье.
– Как собираетесь поступить с тетрадью?
– Отдам в перевод. Даже, если не пригодится, отработаем по полной программе.
– Насчет дневника не возражаю. А, вот, Навикса и Лутонина следует задержать как можно быстрее.
– Есть задержать, – безо всякой уверенности в голосе ответил Филиппов.
Заметив, что следователь закончил говорить по телефону, к нему подошла Элина.
– Что будет с мемуарами?