Страница 28 из 51
Глава 12. С чувством глубокого удовлетворения
Мне бы хотелось сказать, что я не ждал Ковалеву.
Даже более того: мне бы хотелось её не ждать. Потому что ну зачем мне эти сложности?
Я не собирался здесь задерживаться, я не собирался ни к кому и ни к чему привязываться, я не хотел эмоциональных качелей на работе и прочих неприятных последствий офисного романа. Умные люди не зря сказали: не следи, где живешь, не живи, где следёшь. У меня в принципе сейчас не было внутренних ресурсов на роман: ни на офисный, ни на какой другой.
Я уже десять раз пожалел, что ввязался во всю эту историю, столкнув шаткий камень делового паритета с вершины горы. Теперь он с прискоком и гиканьем катился вниз, увлекая за собой приятелей. Мне оставалось лишь отстраненно наблюдать за последствиями импульсивного поступка, отмечая про себя: эка его понесло! Если меня этим всем накроет, я живым не выберусь.
Но пока до низа было далеко, и какое-то время можно было расслабиться в надежде, а вдруг он в воздухе повиснет? Или каким-нибудь другим способом аннигилирует?
Вдруг Варвара Арсентьевна не придёт?
Ага!
Как же!
Пятая точка Ковалевой притягивалась к приключениям, как магнит на ниточке. И это намагничивало меня, черт бы её подрал!
Да, молча она раздевалась быстрее. Но быстрее — не значит без некоторых шалостей. Барышне бы в вебкаме подрабатывать, озолотилась бы. Ах эти акценты! Эти шаловливые невзначайные скольжения пальчиком по коже! Эти: “Ой, чуть не упало!”.
Что же вы в актрисы не подались, Варвара Арсентьевна? Валялся бы я сейчас на кровати с ноутом, а не стоял в ожидании завершения шоу.
И да, меня накрывало пьянящей волной предвкушения.
— Ну? — Варвара Арсентьевна стояла предо мной а-ля натурель в живописной позе: подбородок задран, локти и плечи отведены назад, правая нога выставлена чуть вперед, усиливая силуэт песочных часов, и на лице крупными буквами написано: “Я готова, Илья Сергеевич. Удовлетворяйте!”.
И ни капли пошлости и похабщины. Один сплошной задор во весь рост!
— На колени, Варвара Арсентьевна.
— А, ну то есть удовлетворять будем вас! — понимающе кивнула она.
— Вообще-то я имел в виду, на стол и сесть на колени. Но ваша интерпретация мне нравится больше. Я совсем не против! У вас, Варвара Арсентьевна, очень хорошо языком получается владеть. Грех такому таланту пропадать!
Я даже руки развел: работайте, госпожа Ковалева, я весь ваш!
— Я бы рада, — заявила на это Варвара Арсентьевна и придвинула свободный от одежды стул. — Но Дедушка Мороз! Он может расстроиться!
Даже носом шмыгнула, так ей старичка было жалко.
— Он ведь старался, выбирал… — Она попыталась забраться на стол грациозно, но стол не создан для грациозных восхождений. И ещё меньше — для грациозного опускания на колени. — Э-э-э… А какой, простите, стороной… на колени?
— Фасадом, Варвара Арсентьевна. Прекрасно! А теперь то же самое, только колени в стороны. И руки за спину.
Я легко стянул их в запястьях розовой лентой. На бантик.
— А это зачем? — не смогла промолчать Ковалева.
— Это, Варвара Арсентьевна, для глубокого удовлетворения. — Я снял пиджак и повесил его на спинку стула. — Знаете ли вы, что в женском мозге область принятия решений антагонистична зоне, отвечающей за оргазм? — Расстегнул пуговки на манжетах рубашки и стал закатывать рукава. — Чем меньше свободы и выбора стоит перед женщиной, тем ярче и насыщенней будет кульминация.
— То есть самое полное удовлетворение при насилии? — Она саркастически подняла бровь.
— Если женщину это возбуждает — то почему нет? Любые фантазии имеют право на существование. При условии что они добровольны.
— А как же решения? — фыркнула Ковалева. Я лизнул вызывающе торчащую розовую вершинку, и Варвара Арсентьевна сразу заткнулась.
— Поэтому все договоры — на берегу. А потом только стоп-слово, — напомнил я ей о том, что пока от неё этого слова не слышал. Но не прямо, а так. Намеком.
— Этот сатисфаер, — я нажал на включение, и гаджет тихо защелкал, — работает как вакуумная присосочка.
Я вновь лизнул вершинку и прижал к ней рабочее отверстие, а сам присосался к другой. Варя резко всосала воздух сквозь зубы. Я потеребил сосок упругим кончиком языка и скользнул пальцами второй рукой между разведенных ног, попав в вязкую влагу.
— Этот малыш имитирует посасывания там и тогда, где и когда это проблематично.
Я развел пальцами складочки, чтобы не промахнуться с точкой приложения. И Варя сразу отреагировала движением бедер.
— Натуральные… о! О! …посасывания выходят… О-о-о-о! …лучше, — скромно намекнула она, двигаясь навстречу моим пальцам, и я оторвался от её груди и посмотрел в глаза.
— Варвара Арсентьевна, Дед Мороз уже подарил вам сегодня один подарок. Не ждите слишком многого от старичка!
Её губы приоткрыты, а в глазах светилось легкое безумие.
Очень заразное.
— Я хочу больше, — прошептала она.
— Больше можно, — согласился я. — Но придется поработать.
— Внеурочно? — хохотнула Варвара.
— Ну почему же? Всё в рамках урока. И проходимой темы.
Я выкатил из-за стола свое кресло, которое, к счастью, покупалось не под мой поджарый зад, и даже не под два таких, как мой. Опустил Варю за бедра со стола, поставив на ноги, приспустил штаны, чтобы натянуть презерватив на боеготовый снаряд и сел.
— А руки?
— Не-е-е-т, Варвара Арсентьевна, с руками-то всякий сможет! Уверен, у вас получится. Ну, смелее! На колени… — подсказал я.
Ругаясь и бурча себе под нос, она забралась, нащупала ось движения и стала медленно на неё опускаться, погружая меня в острое, обжигающее удовольствие. Крепко удерживая руками за бедра, я помог ей подняться, и она вновь соскользнула по мне до упора. Я чуть изменил угол погружения — для большего трения, прикусывая грудь и заставляя Варю выгибаться.
Кульминация подкатывала неотвратимо, всё ближе и ближе, я ускорил темп, яростно насаживая Варвару на себя и двигаясь ей навстречу, понимая, что, кажется, слишком быстро несусь вперед, когда она выгнулась, вся напряглась и глухо вскрикнула. И я с сиплым стоном взмыл следом.
Варя, обмякнув, уткнулась мне в плечо.
Я освободил её руки, развязав бантик.
Сердце гнало в ушах как бешеное.
Я бездумно водил пальцами по гладкой коже.
Вопрос комфорта нужно как-то решать.
— Ну как, я сдала зачет? — отклеилась от меня Варя.